Счастливчики - Даниэла Стил

– Благодарю вас за сегодняшний день, – сказала она и, выйдя из машины, помахала им вслед. А затем поспешила в магазин. Она знала, что ей нужно, и сразу же направилась в отдел косметики. Она выбрала лак четырех разных цветов, включая тот, каким были покрыты ее собственные ногти, маленький маникюрный набор, несколько шампуней с кондиционерами и гелей, а также расслабляющую маску для лица. Она попросила уложить это все в подарочную коробку и, заехав на несколько минут на такси в клинику, оставила ее там на стойке администратора для передачи Лили. Когда она вернулась в отель, у нее еще было время прилечь и отдохнуть часок, прежде чем одеться к ужину. Перед тем как лечь, она сняла парик. Она видела, как пристально смотрела на него днем Лили. Интересно, догадалась ли она? Кэрол сказала бы ей об этом сама, не будь там мужчин. Но она не хотела, чтобы они это заметили. Она потерла персикового цвета пушок у себя на голове, закрыла глаза и задремала. Она еще по-прежнему легко уставала, но ей становилось все лучше, и наконец-то она снова могла насладиться жизнью.

В семь часов она надела другой свитер, юбку и туфли на высоких каблуках. Умывшись, она наложила свежий грим, расчесала парик и снова надела его. Она уже была в холле, когда за ней заехали Билл и Джо. Оба были в тех же спортивных куртках, а Джо еще и в галстуке. Так он больше смахивал на жителя Нью-Йорка, Билл одевался более небрежно. Но Кэрол понравилось, как выглядели ее кавалеры. Они были интересные мужчины. Джо напоминал ей мужа, только в более зрелом возрасте. У него был тот же стиль и манера держаться, как у жителя Восточного побережья. Ему это шло, и ей он нравился. Но на поверку Дилан оказался скверным человеком. Сейчас, без него, ей было намного лучше.

– Я хочу вас поблагодарить, – сказал Билл, как только Кэрол уселась в машину. – Лили мне позвонила – она не знала, как связаться с вами или в каком отеле вы остановились. Вы оставили для нее какие-то совершенно потрясающие вещи. Она в восторге. Лак и шампуни, и я не знаю что еще – какие-то ваши дамские секреты. Я дал ей ваш телефон и электронный адрес, чтобы она могла вас поблагодарить. Надеюсь, вы ничего не имеете против. – Как только он это сказал, на мобильнике Кэрол появилось сообщение – восторженное послание от Лили с благодарностью за все. Пока Лили не упомянула об этом сегодня, сама Кэрол уже забыла, как она переживала отсутствие маникюра и прически, когда в этом особенно нуждалась. Эти маленькие женские радости имеют порой такое большое значение!

– Я рада, что ей понравилось. Она напомнила мне, как бывают важны такие мелочи. Иногда я сама обо всем забываю. – В свое время после болезни прическа и маникюр снова заставили ее чувствовать себя человеком.

В ресторане, выбранном Джо, была спокойная уютная атмосфера, прекрасное меню. В ходе непринужденной беседы разговор как-то зашел о браке. Кэрол и Джо признались, что они разведены, Билл поведал о потере жены, что уже было известно Кэрол от Джесси.

– Моя жена сбежала в Непал со своим духовным учителем, – иронически заметил Джо. – Кризис среднего возраста. А может быть, я довел ее до ручки. – Он рассмеялся. Со времени своего переезда в Денвер и их совместной работы с Биллом он чувствовал себя лучше. Было время, когда жизнь казалась унылой и безрадостной, но об этом периоде он старался не упоминать.

– Моего мужа как ветром сдуло, когда у меня обнаружили рак. Судя по статистике, это в порядке вещей. Но было неприятно стать обыкновенной статистической единицей, – сказала Кэрол. – Теперь-то все в порядке. Я снова здорова, и жизнь прекрасна. – Ее разумное, взвешенное отношение к своим проблемам произвело эффект разорвавшейся бомбы. Мужчины были шокированы ее историей.

– Довольно-таки гнусный поступок, – помолчав, высказался Билл. – Вы очень рационально к этому подошли. Я не уверен, что так бы смог. На самом деле я бы точно не смог. Я надеюсь, вы отсудили у него целое состояние.

Кэрол рассмеялась:

– Нет. Должно быть, мне следовало это сделать. Я была слишком больна и удручена, чтобы думать о деньгах. Но теперь у меня все хорошо. – Она выглядела спокойной и довольной. Она на самом деле была счастлива, что ей удалось выжить. Теперь все, что бы она ни делала, было пронизано позитивным мироощущением. Все трое получили большое удовольствие от совместно проведенного вечера.

Тем временем в клинике после ужина Лили покрасила себе ногти в тот же цвет, что и Кэрол. Она была счастлива. Тедди издал крик притворного ужаса, когда, заехав в ее комнату, застал ее врасплох с маской на лице.

– Так вот как ты выглядишь без макияжа? Черт, Лили, ну ты и пугало!

– Не смеши меня, маска сползет, – проговорила она сквозь сжатые губы.

– Ну, как пожелаете, графиня Дракула, – сказал он и направился к себе.

Глава 16

Джесси засиживалась на работе допоздна, как это случалось теперь с ней каждый вечер. Ей никак не удавалось попасть домой настолько рано, чтобы отдохнуть несколько минут, поговорить с детьми и приготовить приличный ужин. Она всюду опаздывала, магазины закрывались, дома дети из-за чего-то ссорились, домашние дела не были сделаны, а готовить было не из чего, кроме замороженной пиццы или гамбургеров. Тима не было в живых ровно девяносто один день, и Джесси чувствовала, что она уже потеряла контроль над темпом жизни своей семьи.

Адам и Джимми ссорились в гостиной из-за компьютерной игры, Криса нигде не было видно, но Джесси знала, что он дома, так как его машина была на месте. Хизер у себя в комнате болтала по телефону, не обращая внимания на младших братьев, дравшихся не на жизнь, а насмерть. В доме царил хаос. Джесси прошла сразу на кухню и сунула в духовку две замороженные пиццы. Она готовила их уже третий раз на этой неделе, чувствуя, что кто-нибудь вот-вот донесет на нее в полицию за жестокое обращение с детьми или, по самой меньшей мере, за пренебрежение их воспитанием. Присмотреть за ними было некому, и они балбесничали целыми днями. Они тоже были в подавленном состоянии. За три месяца у Хизер сильно понизилась успеваемость в школе. Она с таким же успехом могла бы вообще оставаться дома. Последние ее оценки были ниже всякого уровня.

– Только не пицца! – сказал Адам, входя в кухню с выражением отвращения на лице.

– Извини. У меня в шесть часов был срочный вызов, ребенок с сотрясением мозга. – Она говорила с ним, как будто он был ее коллега, а не ребенок, нуждавшийся в материнской заботе и здоровом питании. – Зови всех ужинать, – сказала она с тоской во взгляде. Она чувствовала, что сама заслуживает самых низких оценок как мать, кухарка и хозяйка дома. Удовлетворительные оценки она могла иметь только за работу. Пока она еще не убила никого из своих пациентов.