Плохие решения (ЛП) - Этан Джон

Он повернул ключ в замке зажигания, затем схватился за руль. Обдумал все варианты. Если его поймают на месте преступления, он был уверен, что его арестуют. Если он бросит Рокко, он боялся, что Винсент отомстит за их неудачу, обнародовав проклятые доказательства его порочной экскурсии. Он оказался в безвыходной ситуации.

Он посмотрел в боковое зеркало, затем на заправочную станцию. В любом случае, он все еще жив? – задумался он. Со своего места он не мог видеть Рокко. Он снова посмотрел в боковое зеркало и услышал слабый вой сирен. Он оглядел машину в поисках пути отхода. Его взгляд остановился на зеркале заднего вида.

- Деньги, - прошептал он. Деньги от их работы все еще лежали в портфеле Рокко. Он сказал: - Я могу расплатиться с тобой. Я все еще могу выполнить свою часть сделки.

Он бросил последний взгляд на заправку. Рокко не встал. Скут умчался от колонок и резко повернул направо, шины визжали по тротуару. Он промчался мимо перекрестка, свернул налево в переулок, затем еще раз направо. Он сбавил скорость, как только сирены стихли. Он изменил курс, но продолжал ехать в сторону "Бара и гостиницы Винни".

ГЛАВА 21. Встреча

Скут постучал в тяжелую железную дверь, его освещали лучи раннего утреннего солнца. Прижимая портфель Рокко к груди, он в отчаянии огляделся, бросаясь в глаза, как преступник-любитель, собирающийся вломиться в дом. Улицы вокруг "Бара и гостиницы Винни" были пустынны - ни синих воротничков, ни головорезов, ни бродяг, ни копов.

И все же он чувствовал, что весь город наблюдает за ним - как будто весь мир знал его секреты.

Он прижался всем телом к двери и снова постучал. Подождал три секунды, а затем постучал в дверь кулаками. Глухие удары эхом разнеслись по улице.

- Открой, открой, открой, - шептал он, чуть не плача.

Затем открылась смотровая щель. Он провел тыльной стороной ладони по мокрым глазам и отступил назад. Вышибала в темных очках смотрел на него с другой стороны двери.

- Мне нужно увидеть Винсента Лучано, - сказал Скут.

- Где Рокко?

- Он... Он... Он мертв.

На мгновение воцарилась тишина.

Вышибала спросил:

- Ты убил его?

- Нет. Нет, он... Он зашел на заправку и... Я не знаю, что произошло, но была перестрелка. Я даже не знаю, мертв ли он, но в него стреляли, и он действительно упал. Я не имею к этому никакого отношения.

На мгновение воцарилась тишина.

- Подожди там, - сказал вышибала.

- Я не могу просто ждать здесь, на людях, чувак. Позволь мне...

Вышибала закрыл смотровую щель как раз в тот момент, когда Скут бросился к двери. Внутри бара он ничего не слышал. Он отступил назад и посмотрел на окна на других этажах. Он не заметил никакого движения. Бордель, похоже, был закрыт. Он проверил время на своем сотовом телефоне:

05:04 УТРА.

- Давай, давай, - бормотал он, шагая по тротуару.

Он продолжал поглядывать на аллею рядом со зданием. Он припарковал там свое такси, надеясь скрыть его от полиции. Он подумал о том, чтобы подождать в машине или уехать и вернуться позже. Но он боялся. Он снова проверил время на своем телефоне.

Его ноги покачивались, колени хлопали при каждом шаге. Он чувствовал себя так, словно только что пробежал марафон, хотя ходил всего пять минут.

- Черт, черт, черт, - прошептал он.

Скут сел перед дверью, скрестив руки на портфеле. Он пригибался каждый раз, когда на соседнем перекрестке проезжала машина. Паранойя заразила его разум. Он вскочил на ноги, услышав, как за его спиной щелкнули замки.

Вышибала открыл дверь и поманил его.

- Заходи, - Скут вошел внутрь. Вышибала посмотрел на портфель. - Это Рокко?

- Да.

- Не открывай, пока мы тебе не скажем.

- Ладно.

Вышибала похлопал его по спине, затем кивнул ему и сказал:

- Следуй за мной.

Скут последовал за вышибалой через бар. Как и ожидалось, в баре было пусто и тихо. Ромео отсутствовал, а музыкальный автомат был выключен. Они прошли через двойные двери за баром. Вестибюль тоже был пуст.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Примерно полтора дня назад в той же самой комнате его встретили десять красивых женщин в скудных бикини. С тех пор он подвергался насилию и издевательствам со стороны организации Винсента, он был свидетелем и участником актов шокирующего насилия, и он не смог остановить резню невинной семьи.

Средняя продолжительность жизни в Соединенных Штатах составляла примерно 27 375 дней.

И один день может все изменить.

Жизнь непредсказуема.

Они прошли мимо железной двери у подножия лестницы, затем прошли по коридору и свернули направо в конце. Дверь в кабинет Винсента была открыта. В дверях стоял молодой человек с суровым лицом в костюме – Ричард "Ричи" Кейдж. Заметив посетителя, он отступил в сторону.

Из холла Скут увидел Винсента, сидящего за столом и пишущего что-то на листе бумаги. Хоакин Эспиноса склонился над ним, что-то тихо говоря и указывая на бумагу. Скут видел, как он избил проститутку в переулке, но уже забыл об этом. Он не узнал жестокого сутенера.

Вышибала втолкнул Скута в комнату. Ричи закрыл дверь. Скут оглянулся на дверь, потом на Винсента.

Винсент улыбнулся ему и с необузданным энтузиазмом сказал:

- Добро пожаловать домой, мой друг! Как прошла ночь? Если честно, ты выглядишь дерьмово, но, по крайней мере, ты жив. Итак, какие новости? Что у тебя есть для меня?

Хоакин отошел от стола. Он прислонился к книжному шкафу позади Винсента и скрестил руки и ноги.

Скут все еще обнимал портфель. Он сказал:

- Он... Он тебе нe сказал?

- Кто мне не сказал, и что именно?

- Твой парень, твой вышибала... Он передал тебе то, что я ему сказал? Насчет Рокко? Насчет перестрелки?

- А, об этом, - сказал Винсент, погрозив пальцем Скуту, когда откинулся на спинку сиденья, и сложил руки на коленях. - Да, я знаю все о нашем друге Рокко Шапиро. Я сделал несколько телефонных звонков, чтобы подтвердить твое заявление. Ты знаешь, у меня есть друзья в каждой больнице, в каждом полицейском управлении, на всех уровнях правительства. Хочешь знать, что сказали мои друзья?

Скут сглотнул и кивнул.

Винсент вздохнул, затем сказал:

- Рокко Шапиро был объявлен мертвым на месте происшествия. Да благословит Господь его душу, это был хороший, хороший человек. Трудолюбивый работник. Профессионал. В этом бизнесе трудно найти таких парней, как он. Но у него был вспыльчивый характер, понимаешь? Он не позволял чему-либо вывести его из себя, он был из тех, кто думает, прежде чем стрелять, но когда это происходило - когда что-то действительно доставало его – он терял контроль над собой. Итак, я должен знать: что ты сделал, чтобы он так разозлился?

- Я...?

Винсент развел руками и пожал плечами. Он усмехнулся и спросил:

- Кто ж еще? Ты же не думаешь, что я поверю, что он потерял хладнокровие на заправке в конце своей работы из-за каких-то подлых, тупых головорезов, не так ли? Нет, должно быть кто-то другой, разозлил его. Должно быть, кто-то сказал или сделал что-то, что разозлило его настолько, что он потерял контроль и совершил подобную ошибку. Этот кто-то – ты, не так ли?

- Н–нет, сэр, - заикаясь, ответил Скут. Он услышал угрожающие нотки в голосе Винсента. Он сказал: - Это... Это был не я. У меня был... Мы несколько раз спорили, но справились. У нас было соглашение, и мы... мы чтили его. Я чтил его, сэр. Я–я, гм... Я выполнил свою часть сделки.

Винсент перестал улыбаться. Он спросил:

- Ты пытался нас наебать?

- Нет.

- Ты лжешь мне?

- Нет, вовсе нет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Я думаю, что да. Вы знаете, что я делаю с такими лжецами, как вы, мистер МакДональд? Я снимаю кожу с их лиц, чтобы увидеть их истинные цвета. Я просто снимаю кожу, мышцы, как банановую кожуру. Затем я запираю этих лжецов в комнате, полной зеркал, и заставляю их смотреть на себя. И я держу их там как можно дольше. А потом я их убиваю. Что ты об этом думаешь?