Семьянин - Николай Дронт

зале. Королева почти простила де Мартена, лишь велела три года сидеть, не выезжая, в своём графстве. Так ведь, и Адама похоронили! Старый приятель, на дуэли, при большом стечении народа, первым выпадом заколол. И вновь Тихий даже мимо не проходил. Кстати, с убийцей ни разу не встречался и общих знакомых не нашлось.

— Тоже муж проверял?

— Кто ещё?

— Раз — случайность, два — бывает, три — уже система…

— Заметьте — это только то, о чём знают все! И что случилось при Дворе за последние месяцы.

— А сколького мы не знаем?

— Хотите противоположный пример?

— Конечно!

— Слышали, что кое-кому удалось спастись после вызова Ангела?

— Что-то было в газете. Правда, глухо упоминали. Простолюдины какие-то. Их вроде перенесло в соседний подвал.

— Угу! Какие-то… Финансовый советник Тихого и отец его конкубины вместе с жёнами.

— Не может быть!

— В храме поинтересуйтесь, секрета в том нет. В столичном соборе выжившие камень в серебро оправили. А при свадебном обряде графу и его жене боги даровали символы брачного единения.

— Я тоже слышала!

— Так на графа Тихого снисходит Милость Богов?

— Скорее всего, какого-то одного конкретного, но сильного…

— Очень сильного, если посмотреть на карьеру графа, магическую силу, его жену, дочку царицы дальних земель, появление венчальных рисунков после брачного обряда.

— Хм… Может, стоит заехать в собор, к камню в серебре? Полюбопыт… Помолиться!

Прогулка

Прогулка с женой затянулась. Сначала зашли в Собор, взявшись за руки, постояли перед алтарём. Ничего такого, но вышли умиротворённые и с оптимизмом взирая на будущие семейные заботы.

Затем направились в розарий. Понятно, что в это время года цветов нет, остались только магические Роза Некроманта и Морозная Роза, посаженные рядом друг с другом. По обыкновению, Шарлотта погладила их розовым сиянием своих рук и ненадолго замерла, прислушавшись к себе. Потом вновь развернула сияние, повторила поглаживание и вдруг бросилась мне на шею, радостно заявив:

— Стахушка! Я перешла на 4-ый Круг! Как мама говорила! Я так рада! Так рада!

— Вот видишь, какая ты у меня умница?

— Это ты меня… ты мне помог. Хорошо быть природницей! За ребёночка я должна буду подняться на следующий Круг.

— А за второго? Ещё один?

— Ты что! Нет, конечно! Хотя самую капельку силы, вторые роды могут дать. А все следующие уже точно ничего. Слабым природницам только первый ребёнок новый Круг даёт, и до того, первый мужчина чуть-чуть. Иначе бы все деревенские колдуньи не одного ребёнка рожали, а десяток — чтобы стать могучими архимагинями.

— А если сильная природница первого родит?

— Таких очень мало, и им роды почти ничего не добавляют. Мама говорила, что 5-ый Круг это своего рода хребет — тому, кто его преодолел, многие средства усиления перестают помогать. Достигнувшему 7-ого Круга — помочь смогут только Высшие зелья.

— Тебя чем-то поили?

— Конечно! Знаешь, сколько папе моё усиление стоило⁈ Только купание в утренней росе было бесплатным! Местные травы и прочие ингредиенты не так дороги, хотя их надо правильно собрать в правильное время, но вот варка…

— Дорого и сложно?

— Только начальных зелий. Чуть дальше — очень дорого, очень сложно, а рецепт требует редчайших компонентов и высокоуровнего зельевара. Представляешь? Кое-что для меня варил придворный алхимик, но большую часть отец лично.

— Он у тебя алхимик?

— Все архимаги изучают Алхимию, они не верят чужим зельям.

— И артефактам тоже?

— Папа говорил, что с ними проще — сразу можно определить — который проклятый или неподходящий лично тебе. А яды бывают двух и даже трёх компонентные, эликсирами маскируют сложные проклятия… Нет! Если нет гарантировано надёжного зельевара, то варить надо самому. Стахушка! Я, конечно, помогу, но для наших малышей усиление тебе готовить придётся — я слишком слаба по магической силе.

— Даже с 4-ым или 5-ым Кругом?

— Даже для начального комплекса нужен магистр.

— Но я не знаю рецептуру, да и нет самих ингредиентов.

— Всё будет, миленький. Книга рецептов — положенный тебе подарок тестя. Фолиант в моём приданом от папы, которое посмотрим вечером. Кое-какие травки уже есть, остальные пришлют из дома или сами вырастим. И знаешь что?

— Что?

— Раз я непраздна, тебе надо начинать готовить для меня поддерживающие снадобья. А то начнётся… фу… Из чужих рук я зелья брать боюсь.

— Будет рецепт — сделаю.

— Там не одно зелье. Что-то для мамы, что-то для малыша. Одно на маленьком сроке, другое на большом, третье когда почти уже. Даже особый крем есть. Его втирают, чтобы кожа была эластичной и после родов растяжек не появилось. И ещё… Сложно, в общем. У вас для беременных волшебниц зелья проще, но менее действенные. Когда рожу маленького, тебя наверняка начнут донимать просьбами продать комплекс, и можно будет прилично заработать.

— Денег у нас более-менее достаточно.

— Зато к ним приложится хорошая тренировка алхимии, престиж среди волшебниц и прочие полезные штуки. К тому же, большую часть травок я выращу в своей теплице — мне тоже нужна тренировка. Да и в первый раз можно сделать сразу несколько доз. Пару-тройку лет зелья точно сохранятся. Если не продадим, они мне пригодятся, когда за следующим пойду.

— Ты у меня такая практичная! И красивая! И…

— Хватит меня обнимать! Вдруг люди увидят.

— Пусть завидуют!

— Нет! Стыдно. Пойдём домой, у нас много дел. Книги в башне лежат?

— Большей частью. Я тут подумал — стоит ли тебе ими заниматься? Вдруг среди них найдутся близкие к черноте?

— Беременности они не помешают, но я и сама заниматься ими не буду — отложим «на потом», когда разберёмся со всеми остальными томами.

— Кстати, когда мы были в Везене, стражники нам погрузили в багаж бумаги и магические вещи, которые нашли у умерших в Чёртовом Камне. Тоже надо разобрать. Я не показывал свой интерес, потому накопилось с нескольких отрядов.

— Там действительно очень опасно?

— Мне — нет. Камень меня признал хозяином. К тому же никакие хранимые вещи я оттуда не выносил. А шмотки проникших воров защиту не интересует.

— А главный артефактор Гильдии, тот который вошёл и не вышел, с ним что сталось?

— Видишь ли, милая девочка…

— Тааак! Но Силестрии говорили, что у тебя надёжнейшее алиби! Охранители чуть не поминутно проверили весь твой день.

— Понимаешь,