Моя жизнь. От зависимости к свободе - Нурсултан Абишевич Назарбаев

Перед поездкой в Москву я хотел побывать в ауле, повидаться с матерью. Она в последнее время болела. Я привозил ее в Темиртау, положил в клинику комбината, где она получала лечение. В то время это было очень хорошо оборудованное, специализированное лечебное учреждение. Но состояние ее не улучшалось. Она сама знала это, поэтому просила отвезти обратно, в аул. Отвезли. Когда я приехал, она уже лежала в кровати. Мне сказали, что она уже неделю не может встать. Я присел рядом с кроватью, взял ее за руку, рассказал о своих делах, послушал ее. «Сынок, я, наверное, больше не увижу тебя», – сказала она сквозь слезы. «Нет, мы еще долго будем вместе. Теперь я чаще буду приезжать, скоро вообще буду рядом, в Алматы», – бодро отвечал я. Она произнесла благословение. Попрощавшись, я вышел на улицу. Мне показалось, что кто-то идет сзади. Обернулся, смотрю – мама. В течение недели она не могла встать с постели, а тут сама вышла вслед за мной. Мы сели на лавку. Она обняла меня, гладит по руке и говорит: «Ты старший из детей, присматривай за братьями и сестрой, помогай им». И добавила: «За меня не переживай, я последую за твоим отцом».

Святая моя мама! Как бы я ей ни служил, все равно буду в вечном долгу перед ней!

Дорожить матерью нужно при ее жизни. Несмотря на трудности, нужду и лишения, именно она посвящает тебе всю любовь сердца, самые светлые чувства, день и ночь думает и заботится о тебе. Радуется твоим достижениям, скрывает недостатки, прощает все твои вольности. Надо отбросить в сторону все нескончаемые дела, всю суету и в первую очередь оказывать внимание, уважение своей матери. Увы, об этом с сожалением думаешь только по истечении времени. Каждый год я бываю на могиле матери и про себя прошу у нее прощения.

Кто мог подумать, что ее здоровье пошатнется так быстро? После выдвижения на должность секретаря Карагандинского обкома партии я был на собеседовании в ЦК, в Алматы, затем поехал на утверждение в Москву. Получив весть, что она в тяжелом состоянии, вылетел обратно, но пока доехал, моя милая мама оставила этот мир. Успел только на похороны. Горе мое было беспредельно, что не мог быть рядом с ней в последние минуты, не услышал ее последние слова.

Долгое время я мечтал возвратиться в Алматы, часто думал об этом. Тем не менее, когда через два года после кончины матери меня пригласили на должность секретаря Центрального комитета партии, мне, признаться, нелегко было прощаться со ставшей для меня золотой колыбелью землей Сарыарки, с друзьями и товарищами. Казалось, часть сердца остается в этом ставшем родным крае. Было такое ощущение, что это временно. Жизнь показала, что это чувство не обмануло.

Замечательные в Сарыарке люди! В первую очередь они смотрят на твой труд, честность и человечность. Хороших людей не чуждаются. Ценят твои достоинства. Уважают тех, кто их имеет. В Темиртау и Караганде прошли двадцать лет моей жизни. В молодые годы, отдаваясь всецело работе, день и ночь занимаясь порученным делом, я не задумывался об отдаленности родного аула. Оказывается, тоска тоже такое чувство, которое постепенно впитывается в сознание. Лишь временами пронизывает тебя всего какая-то необъяснимая волна.

Что сказать о назначении на новую должность? Конечно, было бы не совсем скромно говорить, что я добросовестно выполнял свою работу, поэтому оценили мой труд и выдвинули на высокий пост. Но как бы то ни было, я отдавался работе весь, это верно. За 20 лет прошел хорошую закалку, общался со многими людьми, с представителями самых разных национальностей. То, что я работал не в какой-то другой области, а именно в Карагандинской, сыграло в моей жизни свою особую роль. Без преувеличения, темиртауская и карагандинская школы готовят прекрасные кадры, закаляют их. Будучи самым индустриальным регионом Казахстана, имеющим стратегическое значение для всей страны и выпускающим особо важную продукцию в виде топлива, металлов и химических веществ, Карагандинский угольный бассейн и Казахстанская Магнитка всегда находились в зоне особого контроля Москвы. Такое же внимание уделялось и местным кадрам.

Итак, в декабре 1979 года я был избран на должность секретаря Центрального комитета Компартии Казахстана по вопросам экономики. Хотя сказать избран, может, и не совсем точно. Но человека тщательно изучают, смотрят пройденный им путь, включают в резерв, затем делают выбор среди многих. Предварительно в Алматы проводится очень серьезное собеседование, затем путь лежит в московский «большой дом», где надо пройти множество кабинетов, затем кандидатура рассматривается, обсуждается на секретариате Центрального комитета КПСС, и только после одобрения Кремля пленум республиканского Центрального комитета осуществляет «избрание».

Безусловно, в назначении меня в 1979 году секретарем ЦК Компартии Казахстана сыграло свою роль и мнение кого-то из руководителей партии. Однако, думаю, пройденный мной к тому времени жизненный путь дает мне веские основания полагать, что вырастили меня все же разные люди, встретившиеся на этом пути. Кто же они? Те, кто были моими наставниками, учили профессии, работали рядом, способствовали формированию меня как гражданина. Так, в Темиртау директор комбината О. Тищенко был большим специалистом в металлургии. Такие люди, как руководитель городской партийной организации Н. Давыдов, председатель Карагандинского облисполкома С. Досмагамбетов, руководитель треста «Казметаллургстрой» А. Коркин, и другие оказывали серьезную помощь конкретными делами, своим опытом, своей поддержкой. При подготовке проекта постановления Центрального комитета КПСС и правительства по Карагандинской области на завершающем этапе этой работы вся нагрузка пала на меня и Султана Капарулы. В то время первый секретарь обкома В. К. Акулинцев был в отпуске, за границей.

Когда работал горновым, немало было у меня наставников и среди рабочих. Трудно не только перечислить, но даже вспомнить их всех. Можно сказать, что мне известным образом помогли и такие люди, которые по разным мотивам творили мне зло, вставали на пути. Подобные преграды в молодые годы только закаляют, учат философски рассматривать положительные и негативные стороны жизни, различать хорошее и плохое.

Конечно, в выдвижении на такой большой пост в молодые годы, думаю, в определенной степени сказалось доброе отношение ко мне со стороны руководителя республики Д. А. Кунаева. Брежнев не ставил на такие должности молодых, он придерживался принципа «стабильности кадров». Я говорю «в молодые годы» по меркам тех времен, а так сорокалетнего человека разве можно назвать молодым? Казахская пословица гласит: «Если в 30 лет не разобьешь орду, то в 40 лет не завоюешь крепость». Насчет возраста. После обретения независимости, например, скольким молодым людям тридцатилетнего возраста мы доверили ответственные