Моя жизнь. От зависимости к свободе - Нурсултан Абишевич Назарбаев

камвольно-суконный комбинат. Когда кое-как закончили устройство женщин на работу, оказалось, что среди населения резко снизилась доля мужчин. До этого я слышал, что в Елабуге намечается строительство завода по выпуску дизельных двигателей. Подумал: а почему бы не построить его в Костанае? Тогда решились бы и серьезные экономические проблемы, и демографические трудности. Вновь поехал в Москву, где секретарь ЦК А. П. Кириленко тепло принял меня. Не знаю почему, он даже поцеловал меня в щеку, будто давно скучал по Назарбаеву, посадил рядом с собой. Кажется, я постарался подробно донести до него наши мысли и планы и убедить в своей правоте. Смотрю, он как-то отрешенно слушает меня, мне казалось, мои слова как бы уходили в пустоту. Это я потом узнал, что у него уже было неважно со здоровьем, особенно с памятью. После моего монолога он спросил:

– Итак, что за проблема у тебя?

– Андрей Павлович, у меня просьба построить завод по выпуску дизельных двигателей в Казахстане.

Он вызвал заведующего отделом Центрального комитета Фролова. Был сделан звонок министру автомобильной промышленности Полякову. Вопрос был решен за каких-то десять минут. Кстати, этот завод сейчас собирает отечественные автомобили. Например, в 2020 году Костанайский завод выпустил 50 тысяч автомобилей. Сейчас «СарыаркаАвтоПром» уже предлагает 10 видов транспорта мировых брендов.

Что интересно, нашлись люди, которые, вместо того чтобы радоваться за быстрое решение подобных вопросов, раздражались, огорчались, приходили в негодование. Я стал замечать, что многим, а точнее членам нашего бюро, не нравились мои свободные взаимоотношения с Москвой, Центральным комитетом, правительством, мое умение доводить до конца начатое дело. Некоторые из них стали не просто завистниками, а моими противниками. Правильно пишет Билл Клинтон в своих мемуарах «Моя жизнь»: «У меня враги появлялись сами собой, просто потому, что это я, а после того как я пошел в политику, – из-за занимаемой мной позиции и перемен, которых пытался добиться». Я бы сказал, точно так было и у меня. Мои дела, конечно, дошли до ушей «первого». Однажды у Кунаева выскочило: «А ты, оказывается, в Москве вхож к членам Политбюро». Я рассказал о решенных мной вопросах, что все это делается ради республики. Но, чувствовалось, у него остался какой-то осадок в душе. Что поделаешь?..

Брежневщина

Одна из глав сборника воспоминаний П. Е. Шелеста «Да не судимы будете» называется «Утверждение брежневщины». Как известно, этот человек долгое время возглавлял Компартию Украины, был членом Политбюро ЦК КПСС и имел непосредственное отношение к приходу Л. И. Брежнева к власти. Зная всю подноготную той системы, почему он назвал явление того периода брежневщиной? Но как бы ни писали и ни говорили нынешние писатели и ораторы, как бы ни старались показать только негативные стороны деятельности Л. И. Брежнева, а его самого как немощного, жалкого человека, возглавлять в течение 18 лет одну из двух самых крупных держав мира удается не каждому.

«Я работал с двумя Брежневыми. Здоровым и больным. Это разные люди», – писал Александр Бовин. Я же мог видеть только одного из этих двух людей – больного Брежнева. Да, мы в душе поддерживали здорового Брежнева, который работал в Казахстане и возглавлял кампанию по освоению целины, затем получил повышение и дошел до члена Политбюро, не выдержал сумасбродства волюнтариста Хрущёва и участвовал в операции по смещению его с поста, хотя это было очень рискованное дело, в случае провала которого можно было поплатиться головой. Поддерживали его первые энергичные шаги по исправлению многих допущенных его предшественником грубых ошибок. Внедрение пятидневной рабочей недели, установление пенсионного возраста для женщин – 55 лет, для мужчин – 60 лет, назначение зарплаты и пенсий колхозникам – все это хорошо было встречено народом. Следует сказать и о том, что Брежнев непосредственно и эффективно руководил укреплением Вооруженных сил Советского Союза, особенно разработкой и производством стратегических ракет. Мы радовались близким человеческим отношениям Д. А. Кунаева с ним со времен его работы у нас, благодаря чему для Казахстана было сделано много добрых дел. Однако с течением времени курс Брежнева начал меняться в плохую сторону. Достаточно сказать о торможении косыгинских реформ, подавлении с помощью танков Пражского восстания в 1968 году, вводе в 1979 году войск в Афганистан. Получение в мирное время трижды звания Героя Советского Союза, лауреата Ленинской премии в области литературы, сравнявшего его с такими гигантами, как Шолохов, Ауэзов, Леонов, Твардовский, Айтматов, самой высокой награды по общественным наукам – Золотой медали имени Карла Маркса, в конце концов, ордена «Победа», которым награждаются только в военное время, сделало его посмешищем на весь мир. Всех нас угнетало то положение, что с середины семидесятых годов в стране широкое распространение получили коррупция и воровство, стало обычным делом восполнять брешь в бюджете за счет поступлений от реализации алкогольных напитков, доведение общества до крайностей духовного обнищания. Не раз приходилось видеть, как он даже на рабочих совещаниях ограничивался только прочтением написанного текста, не добавляя ничего от себя. К тому же мы знали, что у Брежнева случился инсульт в 1976 году.

Я никогда не бывал на личном приеме у Л. И. Брежнева. Когда в 1980 году я ездил на утверждение в должности секретаря Центрального комитета Компартии Казахстана, меня принимал М. А. Суслов. И все же именно в том году удалось близко встретиться с Леонидом Ильичом. На 60-летие юбилей Казахстана приехали все члены Политбюро ЦК КПСС. Вид генерального секретаря производил удручающее впечатление. Совершенно отсутствующий взгляд, очень тяжелая походка. Когда он ходил, его почти все время поддерживали с двух сторон два дюжих парня.

Запомнились два эпизода. В перерыве торжественного заседания все руководство собралось в боковой от сцены комнате. Было очень жарко и душно, поэтому пили чай, сняв пиджаки. Неожиданно Леонида Ильича пригласили к телефону ВЧ. Когда он вернулся (вели его те же два парня), то громко поделился новостью:

– Польский руководитель Герек настойчиво требует встречи. Но люди Андропова говорят, что этого делать не следует. С ним, наверное, все кончено. Люди Андропова говорят, что там есть хороший парень, Каня.

В Польше тогда происходили сложные события. Там поднимала голову «Солидарность». И суть этого разговора я оценил впоследствии, когда Каня был избран первым секретарем ЦК ПОРП. Вот таким образом решались вопросы, затрагивающие судьбы миллионов людей.

Другой случай произошел во время грандиозного приема, устроенного в фойе театра имени Ауэзова. На нем присутствовало около тысячи человек. Два этажа фойе были заставлены столами. Едва все расселись, как Д. А. Кунаев предложил пространный тост за Леонида