Кречетов, ты - не наследник! Том 4 - Тимофей Тайецкий

пришлось несколько раз погладить его по гриве, чтобы успокоить.

— Есть только здания, приятель, — сказал Хагал, когда я убрал ногу от бокового удара Даны, из-за чего коротышка чуть не упала со своей лошади. — Высокие, конечно.

Чёрт возьми, действительно высокие.

— Владислав, — прошипела Дана, одарив меня одной из своих фирменных улыбок. — Что ты делаешь? — спросила она смущённо. — В чём дело?

— Ничего, посмотрим, сможешь ли ты найти их следы, красотка, — ответил я.

— Мэриэль могла бы помочь, она на нашей стороне, — повторила Дана.

— Нет, она не такая.

— Она с людьми Финаэля и Афалона. Не с культистами.

— Я никогда не говорил, что здесь могут быть культисты, — спокойно ответил я, наблюдая, как кочевники рассредоточиваются, чтобы определить маршрут, по которому прошла группа Метиса и Семена. Было очевидно, что возле Башен никого не было. Они проверили сначала одну, потом другую. Никаких признаков лошадей.

— Она не любит водяную жрицу, — сообщила мне Дана.

— Есть и другие стороны, — сказал я, глядя на широкую выложенную плиткой дорогу, на больших участках покрытую сплошным асфальтом, с очень небольшим количеством кустарника по краям. — Ты можешь помочь?

Дана выдохнула и прыгнула с седла, перекатившись один раз по земле, прежде чем начать осмотр следов небольшой группы всадников. Я закатил глаза на её выходки, несмотря на беспокойство после предупреждения Эврирекса.

— Чего ты боишься? — шептал Хагал, предводитель кочевников, подходя ко мне, пока я был отвлечён. Я заметил, что поводья были намотаны на его бронзовую руку.

Я ничего не сказал, потому что не знал, как объяснить свои чувства.

— Я просто чувствую это, — пробормотал я, глядя на массивную Западную башню. Вход в неё был наполовину разрушен, гранитные блоки потрескались, но башня всё ещё выглядела крепкой, как сам ад. — У тебя когда-нибудь было такое?

— Да, — ответил Хагал, оценивающе глядя на меня. — Думаю, было. Один или два раза.

— Может быть, это ерунда.

— Хм. Не заглянуть ли нам внутрь башен? — предложил Хагал.

— Лучше сначала поищем наших людей, — сказал я, и Хагал отступил. Он кивнул и повернул свою степную лошадь меньшего размера прочь. Дана, которая кружила по подлеску, подняла руку и помахала ею в его сторону.

— Что? — рявкнул я, потому что давление давило на меня, и Дана сложила пальцы один за другим, кроме среднего.

Ох, чёрт возьми.

— Следы, — сказала полуночница, посмеиваясь. — Пасущиеся лошади.

— Семен? — спросил я, спрыгивая с седла и бросаясь к ней.

— Хм, — пробормотала Дана, продолжая следовать за следами и пробираясь через голые участки, где скопилось достаточно земли. Она измерила глубину каждой ямки, оставленной лошадиными копытами.

— Ну? — спросил я полчаса спустя, потому что выслеживание было ужасно скучным и неблагодарным занятием, если не считать возможности спокойно поглазеть на подтянутую задницу полуночницы.

— Это лошадь Семена, — сказала Дана, крутанув своей белой головкой и почти поймав мой взгляд. Моё лицо оставалось маской безразличия и молчаливого наблюдения за общим пейзажем, который ничего мне не говорил.

— Откуда ты знаешь?

— Копыта местами впиваются глубже, он какое-то время был впереди, лошади, идущие за ним, немного замели его, — ответила Дана, указывая на участок потревоженной земли, покрытый наполовину съеденной зеленью и помётом животных. Я понятия не имел, на что смотрю, но кивнул, как будто знал. — Они направились к большим зданиям в этом районе.

— Отсюда только плитка и эта штука с пастой. Больше никаких кустарников.

— И дерьмо тоже, — сказала Дана, указывая на середину большой дороги. — От этой травы у них кишки ходили ходуном.

— Правильно, — сказал я с гримасой, направляясь к своей лошади, которая блаженно паслась на зелёном клочке земли. — Рассредоточьтесь, смотрите в оба, — сказал я Хагалу, который разговаривал с заместителем примерно в двадцати метрах от нас, на другой стороне бульвара. — Мы направляемся внутрь.

Глава 15

Логово маньяка

Горний выглядел хуже, чем Золотой Рог. Здесь были построены просторные виллы и поместья, разделённые широкими улицами и частично разрушенными внешними стенами. Но ничто выше первого этажа не выдержало бедствия — всё оплавилось, словно было покрыто цементом, который пролился с неба и остыл, создав причудливый пейзаж, где почти не осталось природы, кроме пятен травы и жёлтых или болезненно белых цветов.

Просторные улицы были пусты и жутковато тихи, если не считать лёгкого ветерка, который охлаждал моё вспотевшее лицо.

— Когда-нибудь видел что-нибудь подобное раньше? — спросил я молчаливую Дану.

— Нет. Мне это не нравится, — ответила она, вздрогнув.

— Да, — пробормотал я, смотря на наклонную дорогу, ведущую к более сохранившимся зданиям. — Это что, лава?

— Не знаю, — сказала Дана и спрыгнула вниз.

Я последовал за ней, и мы направились к ближайшей разрушенной вилле. Перелезли через оплавленную внешнюю стену и зашагали по саду или полю размером с арену, где земля под ногами была плоской. Дана остановилась у того, что когда-то было большим входом, теперь от стены остался всего метр.

— Семен в опасности? — спросила она, опускаясь на колени, чтобы поднять камешек, который затем бросила в отверстие. Камешек ударился о твёрдый, похожий на асфальт пол и откатился к одной из внутренних стен, прежде чем остановиться.

— Они пропали больше чем на день, — ответил я и прошёлся по полу, приподнятому на метр над первоначальным уровнем, чтобы проверить интерьер. — Возможно, так и есть. В городе всё ещё живут. Чёрт возьми, это дерьмо такое большое, что… да.

— Откуда ты знаешь? — спросила Дана, стоя у меня за спиной.

— Мне сказал Эврирекс.

— Дракон? — Дана прочистила горло. — Зачем держать это в секрете? — спросила она через минуту.

Я повернул голову, чтобы посмотреть в её встревоженное лицо.

— Я не доверяю никому, — признался я. — Но ты знала это с самого начала.

— Да, это так, — пробормотала она, прижимая руки к груди и оглядываясь