Кречетов, ты - не наследник! Том 4 - Тимофей Тайецкий

есть обтёсанный камень, — с готовностью ответил Матвей, всегда полный энтузиазма и готовый иметь дело с камнями любого вида.

Также копать.

Это был ещё один фаворит.

— Гранит? Эти валуны, должно быть, весят тонну! Эти куски слишком большие, — со вздохом напомнил я. — Большие куски камня нужно закатить по крутой дороге на плато, а потом что? Превратить то, что было стеной в долине до башен, в замок на склонах?

— Да, — ответил Матвей, не понимая абсурдности нашего плана.

— Ну, — вмешался Ворон, и я предостерегающе посмотрел на него, — мы можем поработать над материалом, разделить его пополам, закруглить углы…

Я поднял руку и прервал его.

— Позволь мне остановить тебя прямо здесь, — сказал я, скривив рот. — Обхода не будет, у нас нет людей, чтобы потакать тебе в данный момент, Маворон.

— Я Ворон, ваша светлость.

— Ты почти заслужил эту букву «М», друг, — предостерег я его.

— Конечно, Всадник Драконов, — ответил Ворон с упреком.

Я повернулся к Матвею.

— Сотня рабочих.

— Как минимум. Двадцать повозок большой грузоподъёмности, вдвое больше инструментов, — ответил домовой. — Я написал Лон-Лону, чтобы он подготовил огромный караван. Или корабль.

— Кто заплатит за это? — спросил я, и Ворон нахмурился. — У тебя есть идеи, Ворон?

— Рабский труд очень дешев и исторически предпочтителен на континенте, — сказал Ворон, и Матвей потрясённо уставился на него.

— У тебя есть лишние рабы? — возразил я.

— Бродяги могут поработать.

Я долго смотрел на Ворона, чувствуя, как растёт моё раздражение. Наконец, я прервал его, не дав ответить:

— Это была не твоя идея, — сказал я. — Если хочешь, чтобы твои люди работали, ты будешь мне обязан, пока я не приведу сюда больше рабочих. Я хочу, чтобы все, кто живёт на побережье, прибыли сюда до конца недели, иначе я сам пойду и приведу их сюда.

— Это возмутительно! Ты, должно быть, шутишь, — возразил Ворон.

— Я не шучу, — ответил я, и моя ухмылка приобрела маниакальный оттенок. — Я собирался попросить Лон-Лона оплатить счёт, но ты предложил мне отличную идею. В награду за то, что я позволил вам остановиться на моей земле, вы начнёте строительство стены.

— И замка, — добавил Матвей, стараясь смягчить оскорбление.

— Твоя земля? — Ворон выдавил из себя, сильно нахмурившись, а затем вздрогнул, увидев мой убийственный взгляд, и низко поклонился. — Я уведомлю остальных.

— Ты также уведоми людей Финаэля, — неожиданно сказал я Матвею. Домовой отпрянул и нахмурился так сильно, что его брови образовали сплошную толстую линию. Он выглядел потрясённым. — Дай им отдохнуть после прибытия, затем возьми лопаты и отправь их вверх по склону. Нам может понадобиться больше инструментов. Харгрим может поработать над этим, он может использовать своих людей. Сотри это со своего лица, друг. Правила применимы ко всем.

Поскольку я их создаю. Иначе я был бы идиотом, которым не являюсь.

Я громко рыгнул, чтобы избавиться от приторного фруктового вкуса во рту. Проглотил две тарелки, хотя вкус мне не понравился. Просто был голоден.

— Ты заставишь их работать на тебя, чтобы сохранить их землю? — сказал Матвей, и я глубоко вздохнул. Воздух на плато был менее влажным, чем я ожидал, прежде чем ответить.

— Выйди из этого, Матвей. Ты придаёшь этому слишком большое значение. Я просто пытаюсь сэкономить деньги.

Матвей хмыкнул, не веря мне, хотя я, по сути, сказал правду. Конечно, в типичной манере Матвей то, что он предполагал или чего опасался, тоже было правдой. Я, несмотря на недовольство экзотическими землями вокруг, любил каждый метр этого места.

В глазах вора или жадном сердце авантюриста то, что я обнаружил первым, принадлежало мне по праву. Моя добыча. Моя земля.

Над нами Эврирекс вырвался из облаков и спикировал над линией высоких деревьев, широко раскрыв свои большие кожистые крылья, чтобы замедлить движение. Растущий дракон приземлился, разбросав материал в радиусе пяти метров, будь то песок, чернозём, мягкая земля или гнилые ветви. Её когтистые задние лапы вспахивали землю.

Эврирекс повернул свою покрытую ониксовой чешуёй и рогами голову, чтобы вдумчиво осмотреть нашу группу, а затем его бордовые драконьи глаза остановились на мне, пока я очищал свою одежду от мусора, которым нас забросал дракон при приземлении.

— Ты мог бы пойти и помочь своим друзьям! — зарычал Эврирекс, показывая блестящие чёрные зубы размером с ножи. — Жрецы хотят убить их!

«Велес побрил яйца, попавшие в медвежий капкан.»

— Где? — спросил я, положив руку на рукоять своего древнего меча. Матвей и Ворон отступили на пару шагов назад. Домовому пришлось пройти вдвое больше шагов, чем имперцу, чтобы не остаться позади.

— Ха? Рядом с озером! Идиоты и головорезы из 'кочевников

— Озеро? — я оглянулся в сторону источников.

— Не это озеро, ты дурак! Другое!

Хм.

— Культисты? — я рискнул предположить.

— Для меня они все фанатики, — признался Эврирекс, причмокнув тёмно-лиловыми губами. — Возможно, я переборщил с одним из них, но он пытался наложить на меня заклинание! Подлый кошачий ублюдок!

Я прищурился.

— Что ты сделал? — прошипел я.

Эврирекс отступил назад и один раз взмахнул собранными крыльями, теперь он был более чем на голову выше меня.

— Скажи, что твоя еда выпрыгнула из тарелки и ударила тебя по лицу, — дракон посмотрел на меня понимающим взглядом. — Обзывает тебя и оставляет намёки! — он взорвался в кульминации, последнее было откровенной ложью.

Я облизал пересохшие губы.

— Владислав? — испуганно спросил Матвей. — Чего оно хочет?

— Приведи лошадей, — ответил я с гримасой. — Эврирекс, возможно, съел местных жителей.

— Один местный! — Эврирекс громко протестовал, почти разгневанный. — Он был богохульным!

* * *

Дана приподняла белую бровь, её лицо выражало одновременно удивление и веселье. Она продолжала изучать меня, а я в это время смотрел прямо в морщинистое лицо Хагала и заместителя.

«Ветерок» фыркал и мотал головой из стороны в сторону, чтобы избежать разъярённого жука. Мне