Звериный круг - Андрей Щупов

Поднявшись на лестничную площадку последнего этажа, Валентин задержался.

Некоторое время стоял, прислушиваясь. Затем оценивающе осмотрел завал из старых школьных парт и ногой подцепил ближайшую. Баррикада из деревянных обломков с грохотом осела.

— Что там у тебя?

Это спрашивал Яша. Не отвечая, Валентин нагнулся и рванул на себя широкую столешницу. Он так долго городил все это, что разбирать завал без шума было попросту обидно. А через несколько секунд Яша с Сазиком стояли уже рядом.

Валентин показал им на узкую щель между потолком и нагроможденным хламом.

— Вот там, прикрывшись парой досок, он вполне мог прятаться. И туда же, вероятно, ушел.

Яша с ревом метнулся вперед. Валентин с Сазиком отпрянули. Когда носорог атакует, лучше держаться от него в стороне. Грохоча по ступеням, парты одна за другой полетели вниз. «Железный человек» вгрызался в завал, как бульдозер в мягкий чернозем. Сазик попытался было помочь ему, но Валентин предупреждающе дернул напарника за рукав. В этой тесноте Яша запросто мог пришибить их.

— А ведь ты прав, черт возьми!..

Наконец грохот стих. Шумно дыша, Яша стоял среди обломков, освещая фонарем разбитую стену. Несколько расстеленных газет на полу, пара окурков. А дальше глазам открывалась широкая брешь в стене, через которую вполне мог протиснуться взрослый человек.

— Что это? — Валентин шагнул ближе.

— Дымоход. — Яша нервно усмехнулся. — Дом-то старый.

— Обычно внутри таких штук расположены поручни. Вроде лесенки. Он мог подняться на крышу, если, конечно, там не зацементировано…

— Быстро! — Яша рванулся к пролому. — Всех, кого встретите, — на крышу!

Если он еще здесь, мы возьмем его!

Оставив Сазика с Яшей, Валентин помчался вниз. На улице его остановил Жонглер. Он уже сунулся было с ребятами в подъезд, но кому-то из них основательно попортило черепушку слетевшей партой. Выслушав Валентина, Жонглер отреагировал мгновенно. Дымоход — значит, возможный выход в котельную, в соседние подъезды и на крышу. Далее — пожарные лестницы, улица и пустырь…

Жонглер вытащил из кармана мобильник и что-то торопливо забубнил. Люди бежали к дому со всех сторон, словно брали приступом враждебную крепость. Впрочем, вряд ли кто-нибудь верил в успех внезапного аврала. Три часа — срок немалый. Даже на своих двоих можно уканделять достаточно далеко, но об этом сейчас никто не задумывался. Желание действовать, продемонстрировав «командирам» готовность и энергию, перечеркнуло все. Тягостное ожидание выплеснулось в нервный и злой поиск несуществующего.

* * *

Грузный, с облетевшей штукатуркой на боках, дом горбился в ярком свете.

Фары полутора десятков машин били в упор по изношенному временем фасаду. Ароныч стоял под дождем и кривил бесцветные губы. По лицу его было видно, что он взбешен. С дрожью Сазик, Валентин и еще с десяток бойцов натягивали на себя окончательно промокшую одежду. Всех, кто так или иначе приближался к роковому подъезду, заставили раздеться, обшарив шмотье тщательнейшим образом. Всех, включая и Яшу. «Железный человек» был настолько потрясен процедурой стриптиза, что не замечал ни ветра, ни холода. Обнаженный по пояс, мокрый, он не сводил горящих глаз со своего хозяина. В свете фар мускулистое тело его казалось отлитым из темного стекла. Он походил на древнего гладиатора, изготовившегося к схватке. Но схваток не предвиделось, да и на роль рядового гладиатора лучший бригадир Сулика не претендовал. Подобного унижения Яша не испытывал, должно быть, с самого своего рождения. Впрочем, унижению подвергли всех. Массовым шмоном руководили Бугда и Жонглер, но и их предварительно ощупали с ног до головы. Версия о чужаке, проникшем в пролом через дымоход, Ароныча не устраивала. В этом богом забытом месте, орошаемом нескончаемым дождем, затевалось какое-то безумие. Присутствующие подозревали, что обыском дело не завершится. Атмосфера накалялась с каждой секундой, и Валентину пришло на ум сравнение с языческими временами, когда перед людьми вставал вопрос о выборе жертвы. Алтарь пустовал, святоши неистовствовали, и в круг выталкивали либо самого слабого, либо конкурента, всерьез угрожающего жрецам собственным растущим авторитетом. Потирая плечи и тщетно стараясь согреться, Валентин притопывал каблуками по земле.

— Это был твой план, стратег доморощенный! — зловеще прошипел Ароныч.

Алоис нервно вскинул голову и попытался расправить плечи. Как он ни старался, выглядеть невозмутимым ему не удавалось.

— Мой, и что с того?

— Значит, ты и ответишь. Считай это предъявой, понял? От всей братвы.

Носом перепашешь все развалины, пока не найдешь бабки.

— Деньги я, разумеется, верну…

— К чертям капусту! Я говорю о другом!

— Не ори на меня. — Алоис тоже понемногу закипал. — Операцией руководил ты! И если стукач не явился, моей вины тут нет.

— Что такое? — Ароныч угрожающе приподнял лобастую голову. Казалось, в любую минуту он готов кинуться на соперника с кулаками. Правая рука его порывисто нырнула в карман, и этого скупого движения хватило, чтобы невидимая черта разом поделила мокнущих под дождем людей. Бойцы начали стягиваться в две отдельные группы, и, заметив это, Алоис воспрял духом. Силы были примерно равные.

— Ты хочешь затеять бойню? — Он холодно улыбнулся. — А может, ты с самого начала этого хотел?

Ароныч порывисто шагнул к нему. Ссора могла завершиться грязной потасовкой. Сражение генералов в присутствии рядовых. Редкостное, кстати сказать, явление. Во все времена и во всех странах генералы предпочитают сражаться чужими мускулами, чужими кулаками. И, проиграв, расплачиваются они также чужими жизнями.

Люди следили за авторитетами во все глаза, ожидая невозможного, но схватки и впрямь не получилось. Алоис готов был оказать сопротивление, и Ароныч почувствовал это. Исполняя свои кровавые поручения, он учитывал сотни различных нюансов, всегда рассчитывая на гарантированный успех, этот самый успех твердо обещая заказчикам. Война экспромтом его не прельщала.

— Хорошо, — процедил он. — Эту беседу мы отложим.

— Отложим, — эхом откликнулся Алоис.

Они и не догадывались, что откладывать или не откладывать что-либо было уже не в их силах. К месту событий спешили новые герои…

Сначала они услышали визг тормозов. По земле и по стенам здания метнулись голубые блики, и тотчас загремел усиленный мегафоном голос:

— Всем оставаться на своих местах! Оружие — на землю!..

Что-то мегафонный оратор собирался сообщить .еще, но затянувшееся напряжение не замедлило сказаться. Нервы у людей не выдержали, и десятки пальцев одновременно легли на холодный металл спусковых скоб. Нашелся и свой «дирижер», этакий массовик-затейник, первый из первых дернувший указательным пальцем. Хлопнул пистолетный выстрел, и горящий на крыше милицейского автомобиля прожектор погас. Защелкали дверцы машин, звонко заклацали передергиваемые затворы, и, не дожидаясь команды, боевики открыли по приехавшим огонь. Им ответили тем же — кровавая свистопляска началась.

Пригнувшись, Валентин зацепил Яшу за локоть, прыжками помчался по скользкой земле. Впереди, странно подскакивая, словно пересекать приходилось кочковатое болото, мчался Алоис.

Через пару минут они уже сидели в том самом «жигуленке», в котором еще совсем недавно отогревались после дежурных рейдов. Водитель торопливо заводил мотор. — Откуда взялись менты?! — рычал Яша.

— Может, патруль какой случайно заехал?

— Ага, и автоматы случайно? У них три или четыре ствола! И Ароныча там бросили.

— Не бросили. Пуля угодила ему вот сюда. — Алоис дрожащей рукой показал на свою переносицу.

Вторую половину фразы он проговорил дважды. Грохот канонады заглушил его слова. Судя по звукам, возле дома, поглотившего злополучные пятьдесят тысяч, творилось неописуемое. Мегафон уже не вмешивался в события. Разговор велся исключительно на языке стрелкового оружия. Где-то в здании грянул взрыв, на частые пистолетные хлопки коротко и жестко отвечали милицейские «малютки».

— Трогай же! Чего ждешь?

Тяжело раскачиваясь, машина развернулась по глинистой грязи, пошла вилять меж тесно расставленных гаражей.

— Куда?! Куда прешь?! Здесь слона утопить можно!

— Проедем, — буркнул водитель. — Если аккуратно, то проедем… Кто там сзади? Свои или чужие? Яша проворно крутанулся на сиденье.

— Вроде наши. Менты — те с мигалками подъезжали…

Яша снова посмотрел назад, дребезжаще рассмеялся.

— Вот же сука очкастая! Оружие, мобилы, одежду — все там заставил скинуть.

Берия паршивый! Обыск ему вздумалось проводить!..

Он продолжал бушевать и тогда, когда машина выбралась наконец на шоссе.

Свой унизительный стриптиз он не собирался прощать даже мертвым.

Водитель посмотрел на них в зеркальце, озабоченно проговорил: