Утес над озером - Михаил Григорьевич Теверовский

еще двадцать минут. Решив, что выспаться он все равно уже не успеет, Филипп поднялся с кровати и, с несколько мгновений подумав, принял положение «упор лежа». К его удивлению, несмотря на почти годовой перерыв, ему удалось сделать целых двадцать отжиманий. Затем провел небольшую разминку, решив делать ее теперь каждый день – хоть и не почувствовал обещанного психологом чувства душевной легкости и полного спокойствия.

После чего выбрался на кухню, поставил чайник и забросил две сосиски в микроволновку на полторы минуты. И только теперь осознал, что в такое время отец еще не вышел из комнаты, как делал обыкновенно. Чувствуя нарастающую тревогу, Филипп подошел к двери. Они всегда оставляли двери приоткрытыми, чтобы у Инди была возможность выбора ночью к кому пойти, а также доступ к мискам, своей собственной лежанке и лотку с пеленкой. Филипп уже хотел зайти внутрь, как до него донеслись едва различимые тихие рыдания. Он почувствовал, как его словно всего парализовало – и теперь стоял рядом, не в силах пошевелиться. И не знал, как поступить… Зайти к отцу, попытаться его утешить? Но что сказать – в голове вновь не было ни одной мысли. Или оставить его наедине с эмоциями? С каждым следующим звуком Филипп чувствовал, словно по его сердцу проводят острым лезвием. Ему хотелось спрятаться, исчезнуть… Лучше бы я умер, а не Никита… Затем в комнате отца проснулся Инди, по всей видимости, почувствовав Филиппа – или ту боль, что он испытывал теперь вместе с отцом. Маленький йоркширский терьер спустился по лесенке с кровати и, цокая коготками, появился из темноты из-за чуть приоткрытой створки двери, придерживаемой тапкой, чтобы не закрылась. Вместе с этим стихли и рыдания. Тогда Филипп на цыпочках ретировался, вернувшись на кухню и делая вид, что возится с завтраком. Через пару минут к нему присоединился отец. Слегка помятый, но стойко делающий вид, что только проснулся, будучи, по всей видимости, уверенный, что Филипп ничего не слышал.

– Сегодня должны списки опубликовать. По ним будет ясно, прохожу ли я куда-нибудь. По идее должен, – произнес Филипп, постаравшись также сделать вид, что и в самом деле не знает о выплеске эмоций отца.

– Отлично, ждем, – отец ободряюще улыбнулся. – Сделаешь мне крепкий черный чай? А то я какой-то сонный совсем.

– Да, конечно. Еще я тут подумал… ты не хочешь поехать все же тоже в Санкт-Петербург? Ты же там все учебные годы провел. Смена обстановки была бы полезна. Да и мне будет спокойнее, что могу навестить тебя в любой момент, – предложил Филипп и, решив разбавить серьезную тему шуткой, добавил. – В конце концов, сможешь спрятаться от жены своей, чтобы не выедала тебе мозги при любом удобном случае.

От Филиппа не ускользнуло, как отец отвел вмиг потускневший взгляд и в следующую же секунду, постаравшись взять себя в руки, внешне приободрился, вновь улыбнувшись, ответил сыну:

– Понимаешь, Филипп, я-то уже староват, чтобы с места на место перемещаться…

– Да ладно тебе, не говори глупостей.

– Правда, зачем мне таскаться за тобой, как мешок какой-то, который и выбросить жалко, и вроде не понадобится? К тому же здесь работа, где я нужен – и до конца года тема должна быть закрыта. А после – посмотрим. Я обязательно буду приезжать, навещать тебя в эти полгода. Успею надоесть, поверь.

– В любом случае время «подумать» пока что еще есть. Если все будет по плану идти, мы уедем с Миланой числах в десятых августа, максимум двадцатых, – решив пока что закрыть эту тему, сказал Филипп, ставя перед отцом кружку с крепким черным чаем без сахара.

– Договорились. Лучше расскажи, как там у вас с Миланой. Все хорошо?

– Да, все замечательно. Надеюсь не разочаровать ее. По крайней мере буду стараться.

– Это правильно. Явно, что девушка она очень хорошая. Приводи ее как-нибудь в гости, познакомимся. А там кто знает, может, и с ее родителями подружусь – они же остаются в Менделеевском?

– Ага.

Они поговорили на отвлеченные темы, после чего Филипп, допив кофе и наскоро позавтракав, принялся собираться на свою рабочую смену в кафе. Он пока еще не решил, когда скажет Рите – собственнице кафе, что в скором времени уволится.

В два часа дня Филиппу позвонила Милана. Отпросившись у Риты, он, спрятавшись в подсобке, принял вызов.

– Филипп, списки выложили! – радостным голосом прокричала в трубку Милана.

– Так, что выложили – хорошо. А что по моим шансам там? – спросил Филипп, хоть и понимал по счастливому голосу девушки, что явно все просто замечательно.

– Ты в каждом вузе в первой десятке. Завтра поездка на дачу в силе?

– Да, конечно.

– Отлично! Я тебя очень порадую, а ты выберешь приоритетный для поступления вуз, договорились?

– Ага. Ладненько, пойду пока что работать. Люблю тебя.

– И я тебя очень люблю!

Филипп, положив трубку и прислонившись спиной к стене подсобки, закрыл глаза. Конечно, он знал, что так и будет. И все же где-то внутри него теплилась надежда, что произойдет что-то, благодаря чему ему все же не придется делать последний выбор… Милана была счастлива, а Филипп не чувствовал ничего, кроме никак не отпускавшей его тяжести вины.

Глава 6

Воскресенье, 28 июля 2024 года

– Придется какой-то один вариант выбрать, – сцепив пальцы рук, сказала Милана, наблюдая за нерешимостью Филиппа, стрелкой мышки на мониторе водящего от одного вуза к другому.

Наконец Филипп решился и ткнул на строчку Санкт-Петербургского политехнического университета Петра Великого, после чего сразу же выбрал направление «Информатика и вычислительная техника», по которому он был третьим в списке.

– Ура! – захлопав в ладоши, крикнула Милана и бросилась Филиппу на шею, целуя его губы и щеки.

– Когда я получу обещанное вознаграждение? – спросил Филипп, нежно целуя ключицу, затем плечико – но Милана отстранила его, смеясь.

– А того, что было ранее, тебе не хватило?

– Это произошло до, потому не считалось, – ухмыльнулся он, сжимая руки на бедрах девушки.

– Так, сначала фильм! Ты обещал новый список сегодня, – уворачиваясь от его рук и спрыгивая с кровати, запротестовала Милана. – А потом я подумаю. По вашему поведению, мистер Филипп Георгиевич Левин!

Вновь пройдя через тернистый и трудный путь выбора фильма для просмотра, они остановились на черной комедии «Залечь на дно в Брюгге» одного их любимейших режиссеров Филиппа – Мартина Макдонах. Для Миланы же определяющим фактором стала главная роль в фильме, которую исполнил Колин Фаррелл.

Но почти на первых же кадрах фильма Милана впечатлилась красотами Бельгийского города Брюгге. С его средневековыми кирпичными домиками, словно