Не приближайся! - Лилия Левицкая

— Акулы? Серьезно?

— А что? Практично и устрашающе, — он подмигнул. — Гости сразу понимают, кто тут главный хищник.

Я сняла свои кеды и с улыбкой надела мягкие тапки-акулы. Они были теплыми и уютными.

— Ну что, проходи, располагайся, — он махнул рукой в сторону дивана. — Матвей подошел к холодильнику, встроенному в кухонный гарнитур. — Есть сок — апельсиновый. Он налил сок и поставил стаканы на журнальный столик, усаживаясь рядом со мной.

— Какой фильм будешь смотреть? Комедия, мелодрама?

Он потянулся за пультом, лежавшим между нами, и наши пальцы на мгновение соприкоснулись. Легкое, случайное касание, но оно словно пустило по моей руке теплую волну. Я быстро отдернула руку, делая вид, что поправляю волосы, а он, кажется, ничего не заметил, увлеченно щелкая кнопками.

— Комедия, — улыбнулась ему.

— У меня как раз есть на примете одна комедия, от которой ты будешь хохотать так, что соседи подумают, будто у нас тут клуб анонимных истериков. Его рука, тянущаяся за пультом, накрыла мою, уже лежавшую на диване. На этот раз я не отдернула ее сразу. Тепло его пальцев было приятным, и я позволила этому мимолетному прикосновению продлиться на секунду дольше, прежде чем он взял пульт. Наши взгляды встретились. День определенно переставал быть томным.

— Готова к порции отборного юмора? — спросил он, бросив на меня быстрый взгляд, прежде чем нажать на «play». В его глазах плясали смешинки.

— Более чем, — улыбнулась я, устраиваясь поудобнее и мысленно благодаря этот диван за его невероятную мягкость.

Сериал и правда оказался легким и забавным. Герои попадали в нелепые ситуации, отпускали остроумные (и не очень) шутки, и мы то и дело смеялись вместе. Иногда наши взгляды встречались в момент особенно удачной реплики, и его улыбка, адресованная мне, вызывала ответную. Я заметила, как он смеется — запрокинув голову, искренне, и от этого звука у меня внутри что-то теплело.

Во время одной из сцен, где главный герой совершал какую-то невероятную глупость, я рассмеялась так сильно, что невольно качнулась и легко стукнулась плечом о его плечо.

— Ой, прости, — выдохнула я, все еще улыбаясь.

— Ничего страшного, — он усмехнулся, и его плечо осталось прижатым к моему. — Можешь опираться, если что. Я крепкий. Почти как этот диван.

Я хихикнула и не стала отстраняться. Было удивительно комфортно сидеть так, плечом к плечу, разделяя смех и эту беззаботную атмосферу. Постепенно я расслабилась еще больше, позволяя себе просто наслаждаться моментом.

Я украдкой посмотрела на него. Чуть растрепанные волосы, сосредоточенный взгляд на экране, уголки губ, время от времени изгибающиеся в улыбке. И я подумала, что мне нравится этот Матвей. Очень нравится. Нравится его чувство юмора, его неожиданная заботливость. Серия подходила к концу. Когда пошли титры, Матвей откинулся на спинку дивана, выдыхая.

— Ну как? — он повернул голову ко мне, и наши взгляды встретились. Мы сидели довольно близко, и я могла рассмотреть каждую ресничку, обрамляющую его смеющиеся глаза.

— В самый раз, спасибо, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

— Всегда пожалуйста, — его улыбка стала мягче. Он не отводил взгляд, и я почувствовала, как мое сердце начинает биться чуть быстрее. Воздух между нами словно стал гуще. — Может, еще одну серию?

— Я… — начала я, но слова застряли в горле.

Он медленно, очень медленно, подвинулся еще чуть ближе, сокращая последние сантиметры между нами.

— Мира… — прошептал он, и его взгляд опустился на мои губы, а потом снова вернулся к глазам, словно спрашивая разрешения.

Мое дыхание замерло. Мир сузился до пространства этого дивана, до его лица так близко, до ощущения его пальцев, переплетающихся с моими. Я видела, как чуть дрогнули его ресницы, как напряглась линия его челюсти. Он ждал. Давал мне возможность отстраниться, сказать «нет». Но я не хотела. Едва заметно я кивнула, или, может, мне только показалось, что я это сделала, но он понял.

Он наклонился еще ближе, и его губы коснулись моих. Сначала легко, почти неуверенно, словно пробуя, а потом чуть настойчивее. Я закрыла глаза и ответила на его поцелуй, мои пальцы сами собой чуть сжали его ладонь.

Он отстранился на мгновение, всего на пару сантиметров, не разрывая зрительного контакта. Его глаза потемнели, в них плескалась нежность.

— Кажется, вторая серия подождет, — хрипло сказал он, и на его губах появилась легкая, чуть виноватая улыбка. — Кажется, да, — прошептала я в ответ, все еще не в силах прийти в себя. Он снова наклонился, и на этот раз поцелуй был глубже, увереннее, словно он убедился, что я не против, что я тоже этого хочу. Одна его рука осталась переплетена с моей, а вторая легла мне на щеку, его большой палец нежно погладил кожу у виска. Я подалась ему навстречу, чувствуя, как меня накрывает волна тепла. В этот момент, в его квартире, я чувствовала себя абсолютно на своем месте. И абсолютно счастливой.

Глава 32 часть 2

— Ну вот… — у моего подъезда я остановилась.

Матвей остановился напротив, его руки были засунуты в карманы джинсов, но взгляд говорил красноречивее любых слов.

— Я… я тогда пойду, — наконец сказала я, делая первый шаг к двери.

— Ага, — сказал он. Не двигаясь с места.

Я открыла дверь подъезда и вошла внутрь. Оказавшись в полутемном тамбуре после яркого солнца, я на мгновение прикрыла глаза. Постояла секунду, собираясь с духом, чтобы подняться на свой этаж. И тут услышала, как дверь за моей спиной снова открывается и закрывается.

Я резко обернулась. Матвей. Он стоял в паре шагов от меня, прислонившись спиной к двери, с легкой, плутовской улыбкой на лице. Его глаза, темные и притягательные, сияли в полумраке подъезда.

— Что ты делаешь? — выдохнула я, не зная, смеяться мне от неожиданности или запаниковать.

— Иду с тобой, — просто ответил он, выпрямляясь.

— Но… зачем? Мама может…

— Она не увидит меня. А я просто… не мог вот так сразу уйти, — он сделал шаг ко мне, его улыбка стала мягче.

— Но…

Он наклонился, и мы снова поцеловались, прямо здесь, в тамбуре подъезда, в любое мгновение рискуя, что кто-то войдет или выйдет. Это было безумно, дерзко и невероятно сладко.

— Мне пора, Матвей, — прошептала я, но голос дрогнул.

— Знаю, — его голос был низким, бархатным, и от него по коже пробежали мурашки. Он не отпускал. Наоборот, его рука на моей талии чуть сжалась.

Наклонился еще ниже, так, что его лоб коснулся моего. Его рука скользнула с плеча на мою шею, пальцы легко зарылись в волосы у затылка. — Я знаю. Я