Жена на выход (СИ) - Лесневская Вероника

— Бардак какой-то, — выдал он вместо приветствия, вставая и подходя ко мне. — Никого нет на рабочих местах! Вы что там, от английского приема не отошли? — проскрипел ехидно.

— О твоей компании могу сказать то же самое! — рявкнула в ответ. — Проходной двор какой-то. Заходи кто хочешь, бери что хочешь, — всплеснула руками.

— Ты была в моем офисе? Зачем? — удивленно приподнял бровь Макс.

— Поговорить хотела! — ответила на выдохе.

И притихла. Действительно, я же собиралась поговорить с ним, а не ругаться! Да что с нами не так?

Как будто понимая мои мысли, Стравинский приблизился вплотную и вдруг обхватил ладонями мое лицо, потом провел большим пальцем по нижней губе, слегка сминая ее. Такая неожиданная страстность покорила, и я сама потянулась к Максу за поцелуем. Но он внезапно оставил меня, сделав шаг назад, при этом явно был доволен моей реакцией. Нахмурилась, однако, услышав голос Ключевого за спиной, поняла мотивы Стравинского.

Глава 6

— Ну, здравствуйте, соколы мои!

Валерий обхватил меня сзади за плечи и чмокнул в макушку. Потом пожал руку Максу, вопросительно кивнув на кабинет Огнева.

— Нет его еще, — буркнул Стравинский.

— Тогда хочу знать, как вам это удалось? — потер ладони Ключевой, почему-то посмотрев на меня. — Как вы победили арабского шейха?

— Я не в курсе, — пожала плечами. — На итоговой встрече Макс был один.

— А потом вы не разговаривали, что ли? — рассмеялся Валерий, а мы со Стравинским немного растерянно переглянулись, после чего нахал игриво подмигнул мне.

— Тогда рассказывай, Максимилиан, — приказал Ключевой.

— Что тут рассказывать, — хмыкнул Макс. — Вскрыл нас Хуршид со всеми потрохами. Он изначально знал, что мы на него информацию роем. А еще, как оказалось, шейх прекрасно говорит на английском и понимает по-русски.

На этих словах я слишком громко ахнула, вспомнил все наши перепалки с Максом. Неудобно как-то вышло. Стравинский улыбнулся мне и продолжил.

— И какой-то странный интерес у него был к нашим с Кариной отношениям. Он будто проверял нас, и кажется, мы прошли его проверку, — Макс многозначительно взглянул на меня, но я не поняла, что он имеет ввиду. — Что касается Амана, этот тип изначально не составлял нам серьезной конкуренции. Во-первых, без семьи, а во-вторых, Хуршид сам признал, что не подпустил бы к своим деньгам такого подлого человека. Так что когда «омар» компромат притащил, то только глубже закопал себя своими же руками…

— А что он нашел на нас? — поинтересовалась я.

— Понятия не имею. Хуршид бросил папку в камин, — усмехнулся Стравинский. — Также я не знаю, что разузнал сам шейх, но главное: его все устроило.

Ключевой хотел уточнить что-то еще, но в приемную вошел папа. Мрачный, в сером костюме, точно под цвет лица, и немного помятой рубашке. На лбу залегла глубокая морщина. Обведя нас взглядом, подольше остановившись на мне, он поздоровался и направился в свой кабинет. За ним последовал и Валерий.

— Макс, — шепнула тихо, взяв его за руку.

— Обязательно поговорим, дьяволенок, — угадав мои мысли, ласково произнес Стравинский и добавил, — но после совещания, на котором ты тоже должна присутствовать, — и потащил меня за собой.

Оказавшись в кабинете, я неуверенно замерла и стушевалась под хмурым взглядом отца. Макс провел ладонью по моей спине — и аккуратно подтолкнул меня к столу.

— Присядь, — спокойно, но властно сказал мне.

— Не смей указывать моей дочери! — взорвался папа ни с того ни с сего. — Карина… — обратился ко мне, но Стравинский его перебил.

— Она имеет право здесь быть, так как внесла неоценимый вклад в спасение вашего гребанного проекта! — злорадно выплюнул Макс, и я даже вздрогнула от такого тона.

— Максимилиан! — сурово рявкнул Ключевой, но Стравинского это вряд ли остановило бы.

Собравшись с мыслями, я вмешалась в разговор. Иначе взрыва не получилось бы избежать.

— Папа, я останусь, если ты не против, — и уверенно села за стол, закинув ногу на ногу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

По факту, в этот момент я приняла сторону Макса, и они оба это поняли, потому что отец недовольно свел брови, а Стравинский, наоборот, расслабился, устраиваясь напротив меня.

Некоторое время Огнев листал подписанный контракт, перекидываясь короткими фразами с Ключевым, потом посмотрел откорректированный вариант проекта и недоуменно поднял глаза, похоже, остановившись как раз на исправленном мною разделе. Я взволнованно закусила губу и отвела взгляд.

— Да, этот раздел был… кхм… усовершенствован… Кариной. И Хуршид, к слову, высоко оценил ее инициативу, — с нескрываемой гордостью в голосе проговорил Макс, а я не удержалась от благодарной улыбки.

— Да, достойно, — внезапно согласился папа, но тут же с подозрением уставился на нас. — Максимилиан, а ты откуда знаешь? Тебя же не было в Эмиратах, ведь так?

Теперь настала очередь Ключевого волноваться и вздыхать. Он поерзал на стуле и, нервно щелкнув ручкой пару раз, в итоге решился все рассказать.

— Вообще-то, Костя, это Максимилиан договорился с шейхом о подписании контракта. А помогала ему Карина, — с налетом вины в голосе тихо сообщил Валерий.

— Что-о? — взревел Огнев, вскакивая с места и упираясь кулаками в стол. — Вы были там вдвоем? — метал молнии в нас с Максом, отчего я вжалась в спинку стула. — Карина! Что скажет Стив, если узнает, что ты с посторонним мужчиной в Эмиратах отдыхала?

Я закрыла лицо руками, предвкушая большой бада-бум! И он не заставил себя долго ждать. Стравинский резко встал и, сложив руки в карманы, гневно стрельнул взглядом в Огнева.

— Не с «посторонним мужчиной», а с законным мужем, между прочим! — рыкнул он. — Мы официально расписаны, можете это тоже Стиву передать, — криво ухмыльнулся.

— Ма-акс! — всхлипнула я, обреченно качая головой.

— И я не дам тебе развод, Карина! — добил меня своей фразой, тут же возвращаясь к отцу. — Так что принимайте зятя в семью, любимый тесть! — съязвил напоследок.

— Ты охренел? — взревел папа, до чертиков пугая меня своей злостью. Он никогда раньше так себя не вел и слов подобных не употреблял.

— О, семейные разборки, — пробурчал Ключевой. — Пожалуй, я здесь лишний, — и покинул поле боя, плотно закрыв за собой дверь.

Тем временем перекрестный огонь продолжался, а я просто сидела, понурив голову и всей душой желая, чтоб уже и в меня прилетела смертельная пуля, остановив, наконец-то, все это безобразие.

— У Карины своя жизнь! Оставь ее в покое, — кричал папа.

— Еще чего! — не унимался Макс. — Жизнь свою она со мной проведет, ясно?

Не выдержав, я подскочила, намеренно громко опрокинув стул, таким образом обращая на себя внимание, и, стукнув руками по лакированной поверхности стола так, что он задрожал, рявкнула на мужчин.

— Может, хватит говорить обо мне в третьем лице, будто меня здесь нет? — голос срывался от злости и обиды. — Вы же просто разрываете меня на части! Делите, как какую-то игрушку! Как тачку в автосалоне, пытаясь продемонстрировать, кто из вас круче. Да вы оба друг друга стоите! — поочередно указала на них пальцем. — И вам обоим одинаково плевать на мои мысли и чувства! — и ткнула себя в грудь.

Выплеснув эмоции, вылетела из кабинета, заливаясь слезами. Как же тяжело с этими мужчинами! Хватит! Теперь я сама решу, как мне будет лучше! И на этот раз сделаю все правильно!



Глава 7

Максимилиан

Проводив взглядом хрупкую фигурку Карины, я попытался восстановить дыхание и успокоиться. Она была чертовски права, впрочем, как обычно. Огнев тоже молчал, видимо, переваривая реакцию дочери. Встретились с ним растерянными взглядами и, как по команде, отвернулись друг от друга, хмурясь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Максимилиан, — первым заговорил Константин после паузы. — Хватит уже играть с Кариной, у нее только начало все налаживаться, а тут опять ты… Ты что не видишь, что только мучаешь ее?