Жена на выход (СИ) - Лесневская Вероника

Сделал глубокий вдох и, зарывшись носом в ее пламенную копну, выдохнул в затылок: "люблю", сам испугавшись своих слов. Дьяволенок промурлыкала что-то сквозь сон и сладко потянулась, еще сильнее вжимаясь в мое тело. Импульсивно скользнул рукой по ее животу, лаская бархатную кожу, и невесомо поцеловал в плечо.

Карина прокрутилась в моих руках и, развернувшись ко мне лицом, обняла, уткнувшись носом в шею. От ее размеренного, но такого горячего дыхания по коже молниеносно пробежал табун мурашек.

Поглаживая рыжую макушку и перебирая пальцами непослушные локоны, я ненароком бросил взгляд на настенные часы и сначала не поверил своим глазам: мы проспали!

— Черт, — выругался, кажется, слишком громко, потому что Карина вздрогнула в моих объятиях. — Карина, хорошая моя, надо просыпаться! — наклонив к ней голову, прошептал на ухо и, не удержавшись, обхватил губами ее мочку, а потом спустился легкими поцелуями ниже, к ключице.

Карина отозвалась мгновенно, выгнулась мне навстречу, лаская ладонями шею и запуская пальчики в мои волосы. Нехотя отодвинулся от дьяволенка, но она томно посмотрела на меня, с улыбкой произнесла: "привет", — и, притянув к себе, прильнула к моим губам нежным поцелуем.

В этот момент остро захотелось наплевать на время, на утренний рейс, на Россию, а просто остаться здесь, наедине друг с другом. В конце концов, нам нужно поговорить и решить, как жить дальше. Хотя для себя я уже вынес вердикт. Карина будет моей — приговор окончательный и обжалованию не подлежит!

— Остановись, дьяволенок, — проговорил я, борясь с демоном внутри, который настойчиво убеждал меня пойти на поводу своих желаний.

Но я понимал, что если мы опоздаем на самолет и не улетим сегодня, Карина мне не простит, ведь дома ее ждет дочь, по которой она очень скучает.

— Наш рейс через час, мы опаздываем, — громче сказал ей.

— Как через час? — округлила свои янтарные глаза, но не выпустила меня из объятий.

— Собирайся, — как можно серьезней произнес я и, освободившись из ее нежных рук, встал с постели.

Дьяволенок подскочила, кутаясь в простынь, и села на краю кровати, потирая глаза после сна.

— Я подготовлю все наши чемоданы, вызову такси, а ты, главное, сама соберись! Только смотри не усни, — усмехнулся я, но, заметив, что она потянулась и поморщилась, словно от какого-то дискомфорта, не удержался от вопроса. — Ты как себя чувствуешь? Все нормально?

Она слабо кивнула и смущенно опустила глаза, заливаясь краской. Как у нее это получается? Быть такой страстной и невинной одновременно?

— Я имел ввиду, не болит ли у тебя спина. А ты о чем подумала? — специально съязвил я, наблюдая, как ее щеки становятся еще румянее. Смешная!

Приблизившись, наклонился к ней, нежно взял рукой за подбородок и поцеловал такие мягкие, податливые губы, которые тут же приоткрылись мне навстречу. И чтобы не поддаваться соблазну, отстранился, спешно покидая спальню.

Глава 2

Карина собралась на удивление шустро, а еще говорят, что девушки медлительны. Выпорхнув в гостиную, она нерешительно взглянула на меня и тут же отвернулась, пряча глаза. Улучив момент, осмотрел дьяволенка с ног до головы. Сегодня она выбрала строгий брючный костюм бежевого цвета с удлиненным пиджаком, волосы убрала, заколов по бокам. Серьезная, строгая, красивая и немного… испуганная?

Какого лешего она боится? Неужели меня?

После паузы, которая для меня тянулась мучительно долго, Карина все же подошла ближе и, не проронив ни слова, принялась помогать мне собирать чемоданы.

Воцарившееся молчание невероятно давило и угнетало. Но я не спешил разорвать его, опасаясь, что сделаю только хуже, опять все испорчу, разрушу и без того хрупкую связь между нами.

Время неслось неумолимо, поэтому мы с Кариной безжалостно распихивали вещи по сумкам, даже не сортируя их: дома разберемся. В этот момент мы и вправду вели себя как семейная пара, бестолковая, вечно опаздывающая, но все же…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Наконец, покончив с этим, спустил чемоданы к прибывшему такси и вернулся в номер. Карина сидела на диване, скрестив руки на коленях и нервно перебирая пальцами. Ее невидящий взгляд был устремлен в пустоту.

Что происходит с моим дьяволенком? Какие мысли занимают ее рыженькую головку?

Вздохнув, взял сумку с ноутбуком и, прибилизившись к Карине, протянул ей руку, которую она с готовностью приняла, поднимаясь с дивана и покорно следуя за мной.

Нет, с ней явно что-то не так!..

На пороге Карина остановилась, подняла на меня глаза, в которых я заметил тревогу, смятение и что-то еще, чего я не смог понять. Она будто боролась сама с собой, хотела сказать мне что-то, но никак не могла отважиться. А я не торопил — всему свое время. Теперь я был твердо уверен в том, что оно у нас есть, потому что отныне я настроен более чем решительно…

— Документы? — в итоге лишь коротко бросила она, хотя я ожидал услышать от нее совсем не это.

— На месте, проверил, — так же отрывисто ответил и после ее одобрительного кивка распахнул дверь.

На протяжении всего пути в аэропорт мы оба упорно молчали. Честно говоря, это начинало меня раздражать, но и выяснять отношения при таксисте желания не было.

Прибыв, наконец, в аэропорт, мы помчались в нужный нам терминал. Карина ни на секунду не отпускала моей руки, хотя делала это скорее в целях самосохранения, потому что в такой толпе снующих мимо пассажиров немудрено было потеряться.

На самолет мы успели в последний момент, чудом пройдя регистрацию. Еще чуть-чуть, секунда промедления — и пришлось бы обезвреживать персонал, пробираться с боем на взлетную площадку и запрыгивать на ходу.

Пропустив Карину к месту у иллюминара, сам удобно устроился в кресле и смог наконец-то расслаблено выдохнуть. Она же вжалась спинку, запрокинув затылок на подголовник. Взгляд ее был направлен в мутное стекло, губы напряжены, а лицо непроницаемо. Жаль, что не умею читать мысли. Хотя в случае с дьяволенком — это только усложнило бы ситуацию…

Накрыл ее руку, покоившуюся на подлокотнике, своей, с удивлением отмечая, что Карина не сопротивлялась, а даже наоборот — мгновенно обхватила мою ладонь, переплетая пальцы. Что ж, и на этом спасибо, непредсказуемая моя девчонка!

Бурная ночь вскоре дала о себе знать: Карина уснула, неосознанно уронив свою голову на мое плечо. Сквозь дрему она все еще крепко сжимала мою руку, словно боялась, что я оставлю ее. Да куда я денусь с этой воздушной лодки, да еще и без парашюта! А даже если бы и мог, то не стал бы: мне надоело бегать от своих чувств. Минувшей ночью я проиграл в этой бессмысленной войне, и мое поражение оказалось слаще какой-то мифической победы.

К черту гордость! Мне нужна Карина, и я ее получу, чем бы ни пришлось ради этого пожертвовать…

Не заметил, как сам провалился в сон. Очнулся уже когда самолет шел на посадку. Стоило мне пошевелиться, разминая затекшую шею, и я тут же почувствовал, как дьяволенок сильнее прижалась ко мне, стискивая мою руку и впиваясь ноготками.

Хм, а ведь к этому можно и привыкнуть…

— Мы уже дома, Карина, — шепнул ей и поцеловал в лоб, — в России…

На последней фразе она вдруг встрепенулась и быстро отпрянула от меня. Создалось впечатление, будто мы только что пересекли не государственную границу, а некую точку невозврата. Неужели дьяволенок хочет оставить все в Эмиратах, сделать вид, что между нами ничего не произошло? Нет, дорогая жена, я тебе этого не позволю!..

Покинув самолет и следуя по шумному залу аэропорта, обхватил Карину за талию и упорно не отпускал от себя ни на шаг. Быстро договорился о доставке нашего багажа на дом, намеренно указав только мой адрес: мне не помешают дополнительные пути отступления, точнее, наступления… Если сегодня что-то опять пойдет не так, у нас с дьяволенком будет еще один веский повод, чтобы встретиться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Взял в аренду автомобиль и, усадив подозрительно послушную Карину на переднее пассажирское сидение, сам занял водительское, тут же трогаясь с места.