Записки кладоискателя - Валерий Иванов-Смоленский

А снаружи уже вечереет. Время пролетело незаметно. Ну да, мы же не просто бродили по лабиринтам и штольням, мы исследовали их детектором по всем параметрам. И ничего не нашли. Пожалуй, впервые попали в место, где нет никакого металла. Найти в отработанной породе тоже ничего не можем, за полным отсутствием оной. И вообще, золотой ли это рудник? Наш проводник-полешук говорил о меди.

В палатке ничего не тронуто. За ужином прокручиваем варианты возможного нашего поведения. И наших противников. Впрочем, почему противников? Пока они не сделали нам ничего плохого. Пропавшие мелочи не в счет. А могли? Безусловно, могли. Возможностей, при желании, было достаточно — украсть наши рюкзаки, повредить оборудование, поджечь палатку и, наконец, покуситься на наше здоровье, а то и жизнь. В первый день и ночь мы были абсолютно беспечны.

Приходим к выводу — нам ничего не грозит, надо продолжить работу. Ночью поочередно дежурили, все было спокойно.

Утром решаем пойти в первой пещере налево. Но нас ждет сюрприз. Стрелы, вычерченные углем на полу и на потолке, недвусмысленно приглашают нас в средний, самый маленький и узкий проход. Посовещавшись, не видим в том ничего плохого. Принимаем условия наших неизвестных, не знаю, как их и назвать, может соискателей?

Протискиваемся в предлагаемый проход и продвигаемся вперед с соблюдением всех мер предосторожностей. Через десяток метров мы попадаем в широкую штольню, из которой, в свою очередь влево и вправо ответвляются два узких высоких тоннеля. Черная стрела зовет нас в левый тоннель. Следуем туда. Пещера — проход — очень низкая штольня — вновь проход. Все время прямо, ответвлений в сторону нет. Тем не менее, стрелы на полу и стенах указывают направление по прямой, будто мы можем куда-то отклониться.

Очередная пещера впервые демонстрирует разнообразие — у стен из породы вырублены длинные скамьи, на полу в центре зола и потухшие черные угли. Дымом не пахнет. Водим металлодетектором по полу, стенам и потолку. Полное молчание. Стрелки приглашают вперед. Узкий проход и вот оно. Свет фонаря сразу же упирается в человеческий скелет. Он сидит, если это выражение применимо к скелету, на полу у стены. Череп, темнея пустыми глазницами, лежит возле костей ног, которые вытянуты вперед. Кости рук опущены по бокам черепа.

Мы напрягаемся, но ничего не происходит. Стоит мертвая тишина. Нам обоим не по себе. Осматриваемся. Дальше хода нет. Это тупик. Помещение имеет форму квадрата, примерно четыре на четыре метра. Включаем дневной свет фонарей. На правой стене пещерная живопись, этакое граффити, сотворенное черным углем. Два горбатых человечка, один побольше, другой поменьше, гуськом бредут к горе. Первый упирает в землю длинную палку. Картина обведена рамкой и крест-накрест перечеркнута жирными размашистыми линиями. Под картиной углем же изображен громадный вопросительный знак. Действительно, что бы это значило?

Молча рассматриваем загадочный образец грубого наскального искусства. Проходит несколько минут. Да, это же мы изображены неизвестным художником! Первый — это Старик с металлоискателем, за ним я, идем к горе, то есть к руднику. А горбы — это наши рюкзаки. Не особый мастер живописи, этот художник, но зато очень выразительно. Но картина с нами перечеркнута. Это может означать лишь одно — мы приговорены и нас ждет участь сидящего у стены скелета. В подтверждение этому слышится раскатистый грохот.

Мы замурованы! Таинственные незнакомцы устроили обвал, и мы погребены заживо. Бросаемся назад. Здесь же много ответвлений, не могли же завалить все. И нор, ведущих в рудник, хватает. Слышится еще грохот. Мы бежим. Пока на пути никаких завалов. Вот и наша нора. Протискиваемся, лезем, и мы на свободе….

Снаружи грохочет гроза и хлещет дождь. Раскаты грома мы приняли за грохот обвала. С нас льет пот. Мы молча сидим у входа в нору, тупо уставившись в землю. Поднимаемся, плетемся в палатку. Пережитое отняло все силы.

В палатке полный порядок. Не сразу замечаю, что на моем рюкзаке стоит моя банка с чаем. Машинально беру в руку. Тяжелая. Открываю. Чая нет, но на дне банки лежат два прямоугольных, каждый величиной со спичечный коробок, темно-желтых слитка. Вынимаю и показываю Старику — это золото. И нас сразу прорывает. Шок от происшедших событий мгновенно проходит, и мы начинаем бурно, перебивая друг друга, обсуждать нюансы прошлых недавних часов. Картина, нарисованная углем на стене, и скелет на полу пещеры, означают предъявление нам «черной метки». Предупреждение, что мы здесь нежеланные гости, «персона нон грата», а потому — убирайтесь подобру-поздорову. Жирный знак вопроса на стене значит, предложение помыслить и сделать выбор — свобода или смерть.

А золото дано в награду за сделанный выбор. Незнакомцы, как бы, заранее уверены в нашем благоразумии и в том, что мы покинем чужую территорию.

Нам, собственно, ничего другого и не остается. Кроме сплошных опасностей и пережитых страхов, экспедиция ничего не принесла. Продолжать испытывать судьбу? Нет уж, хватит. И под стук дождя принимается решение о немедленной ретираде. По окончании грозы, разумеется. А грозы, они кратковременное явление. Единственное опасение, чтобы в результате дождя не разлилось болото и не унесло наш решетчатый мост.

Дождь действительно скоро заканчивается. Мы уже собраны, сворачиваем палатку. Она сделана из непромокаемой и водоотталкивающей ткани и поэтому практически суха. Все продукты мы оставляем под дубом в ответ на золотые подарки. Старик неожиданно расчехляет прибор и говорит, что у него ощущение — под этим древним дубом что-то зарыто. Внутренний голос ему вещует. Ну-ну. Он бродит вокруг дуба с детектором. Я наблюдаю, понимаю, что ему не хочется возвращаться без всякой добычи. Это небывалый в нашей практике случай. Мне тоже не хочется, но что поделать. Возможно, заброшенный рудник скрывает в себе тайны и сокровища, но жизнь — дороже.

Старик бродит под другим дубом, под третьим. Вдруг чистая трель детектора. Нашел таки. Я иду к нему, расчехляя лопатку. Но она не понадобилась. Он выуживает из густой травы обыкновенный гаечный ключ. Современный, cделанный из нержавеющей стали. Как он сюда попал? Да, какая разница. Нужно поспешать, время близится к полудню. Старик с досадой отшвыривает находку в сторону. Все, пошли.

К счастью, болото не разлилось, и наш решетчатый мост цел. Цела и лодка. Обратный путь мы проходим, как говорится, по накатанной колее, вооруженные опытом. Поэтому путь проходим быстро. Вот знакомая деревня. Петриков. И вот мы уже катим в джипе домой. По дороге обсуждаем, кем могли быть, так и не увиденные нами, таинственные незнакомцы?

Старик даже предполагает, что это солдаты или партизаны, оставшиеся еще с войны и не знающие, что она давно закончилась. Ведь были случаи, когда через десятки лет из филлипинских джунглей выходили японские солдаты, не подозревавшие, что война окончена, и Япония уже давно оправилась от ран и стала ведущей во многих отношениях державой. Один, кажется, вышел из джунглей через пятьдесят лет, глубоким стариком. Но в отношении наших незнакомцев, это, конечно, шутка. Никакие они не солдаты прошедшей давно войны и не партизаны. Но кто?

Следы, один из немногочисленных материальных и визуальных признаков их присутствия, говорят об одном взрослом мужчине, спутником которого была женщина или подросток. Подаренные нам слитки (не самородки) указывали на золотоносность рудника. И на самодельность слитков. Возможно, неизвестные тайно добывали и выплавляли золото. Естественно, они были против присутствия на руднике посторонних. Это единственная реальная версия. Вариант о беглых преступниках, скрывающихся в затерянном месте, тоже не подходит. Они бы не вели себя столь джентельменски. Не церемонились бы ни с нашим имуществом, ни с нашими жизнями.

Эта экспедиция вошла в нашу историю своей опасностью, безрезультатностью и неразрешенными тайнами и загадками заброшенного золотого рудника и его странных обитателей.

Глава двенадцатая

Тени подземелий Мезерицкого укрепрайона

Бывают очень странные совпадения. Когда изучаешь какую-то конкретную тему и вдруг нежданно-негаданно по ней со стороны сваливается обилие информации. Вообще, в мире, время от времени, случаются различные невероятные совпадения, которые трудно даже осмыслить. С Вами этого не бывало?

Послушайте об одной давней загадочной истории.

…24 августа 1883 года очень известный американский корреспондент одной из самых популярнейших газет США «Чикаго трибюн» Уилбур Даркснер вынужден был заночевать в редакции, в своем кабинете. Утром он должен был сдать в набор статью о вреде строительства в городах небоскребов, чем газета намеревалась защитить свой город от поднимающегося бума возведения гигантских зданий. К полуночи статья была готова. Даркснер же решил остаться ночевать в редакции, поскольку транспортная жизнь в громадном городе уже замерла.