Правда о спящей красавице - Марина Серова

– Ирина, у меня есть свободное время, и я могу к вам приехать.

– Я сейчас в магазин иду за продуктами, но могу вернуться…

– Нет-нет, – я не стала нарушать планы Рудковой, – у меня есть еще один «пациент» на выезде. Мне будет даже удобнее сначала заехать к нему, а потом – к вам.

– Хорошо, через полтора часа я точно буду дома, – сказала Ирина и отключила связь.

Я собралась, вышла из дома, села в машину и поехала в больницу, куда вчера отвезли Черпакова. У меня остался к нему еще один нерешенный вопрос. В приемном отделении Второй клинической больницы я узнала, в какой палате лежит интересующий меня больной, и через каких-то десять минут была уже там. Увидев меня, Петр состроил такую кислую мину, будто я собиралась сделать ему болезненный укол в мягкое место.

– Петр Анатольевич, я смотрю, вы мне не рады, – заметила я, доставая из пакета йогурты, – а я, между прочим, вам молочные продукты принесла, в них много кальция, а он вам сейчас необходим, чтобы кости лучше срастались.

– Могли бы не трудиться, я не люблю их, – буркнул Черпаков.

– Эй, Петро, если ты не ешь йогурты, то отдай их мне! – тут же отреагировал мужик, лежащий на койке у окна.

– Забирай! – не стал возражать шиномонтажник.

– Ну, вы тут потом без меня решите, кому эти продукты достанутся. – Я присела на стул рядом с койкой Черпакова и сменила тему разговора: – Петр, вы вчера говорили про Ирину сумку. Она действительно не утонула или вы просто так это сболтнули?

Второй больной понял, что у нас намечается серьезный разговор, и вставил в уши наушники мобильного телефона – выйти он не мог, поскольку у него, как и у Черпакова, тоже была нога на вытяжке.

– Я ничего не скажу без адвоката, – процедил Петя сквозь зубы.

– Ну, если вы просите адвоката, значит, признаете свою вину? – уточнила я.

– В том, что случилось в Парамоновке, – не признаю. Это был несчастный случай, – продолжал настаивать на своем шиномонтажник. – А то, что я вчера вас закрыл в бане, отрицать бессмысленно. Поди, уже настучали об этом своему начальству?

– Стучать – это не мой профиль, – заметила я. – А вы, Петр Анатольевич, напрасно упрямитесь. Восстанавливать документы – это большая проблема. И если вы скажете, где спрятали сумку с документами, то вам это зачтется.

– Как именно зачтется? – заинтересовался Черпаков.

– Рудкова может забрать заявление простив вас. В конце концов, физически вы пострадали не меньше, чем она.

Петр обдумал ситуацию и раскололся:

– Да, ее сумка действительно не утонула. Только Ира выронила ее не на берегу, а около машины. Я бросил ее – на всякий случай – в багажник, а машину закрыл.

– Это вы заперли машину? А где ключи от «Ауди»? – осведомилась я.

– Взял себе, на память, все-таки я за тачку такие бабки отвалил! – бросил мне в сердцах шиномонтажник.

– Ну и где ключи? – повторила я свой вопрос.

– А если я скажу, Ирина заберет свое заявление? – уточнил Черпаков.

– Я бы на вашем месте не торговалась! Вы сейчас не в том положении, чтобы ставить условия, – заметила я со всей строгостью.

– Ладно, так и быть, скажу, – решился Петр после некоторых раздумий, – ключи в доме остались, в тумбочке под телевизором лежат.

– Что же – вы собрались бежать, а такой дорогой сувенир оставили? – усмехнулась я. – Кстати, а куда вы собирались бежать?

– Не знаю, – проронил Черпаков, и я почему-то ему поверила.

– Ну что ж, Петр Анатольевич, выздоравливайте! – сказала я и вышла из палаты.

Из больницы я поехала на Малую Затонскую улицу. Вчера, когда «Скорая» увезла шиномонтажника в больницу, я проявила заботу о его вещах и занесла их с улицы в баньку, чтобы они не мозолили глаза соседям и не мокли под вероятным дождем. Сегодня я решила занести их в дом. Он был закрыт на замок, но меня это не смутило. Я достала из сумки универсальную отмычку и с ее помощью довольно быстро справилась с двумя простенькими замками. Бросив дорожную сумку и чемодан с вещами Черпакова в гостиной, я подошла к тумбочке, выдвинула верхний ящик и в следующий момент услышала за своей спиной:

– Ты кто такая?

Оглянувшись, я увидела полную женщину лет сорока пяти и предположила, что это хозяйка дома.

– Здравствуйте! – поприветствовав ее, я объяснила: – Меня Петя попросил кое-что отсюда забрать.

Женщина скосила глаза на чемодан с дорожной сумкой, достала из кармана мобильник и предупредила меня:

– Не двигайся! Иначе я в полицию позвоню.

– Ну, зачем же сразу в полицию звонить? Я же вам объясняю: Черпаков попросил меня кое-что забрать.

– И это ты называешь «кое-что»? – Тетка легонько пнула ногой его чемодан. – Воровка!

– Я не воровка.

– Да? А кто же ты тогда?

– Знакомая Петра Черпакова.

– Знакомая! – передразнила меня тетка. – Петька мне квартплату за месяц задолжал! Мы договорились, что он сегодня деньги отдаст. Я прихожу – и что вижу? Квартиранта нет, а какая-то краля набила два чемодана и продолжает копаться в вещах! Все, я звоню в полицию.

Женщина принялась нажимать на кнопки мобильника. Скорее всего, она блефовала, но я все-таки не хотела рисковать, поэтому предложила:

– Я заплачу. Сколько Петя вам должен? – Женщина назвала сумму, и по ее лукавым глазам я поняла, что она привирает. Я переспросила ее: – Сколько? Черпаков говорил мне, что должен за квартиру, но вот сумму он совсем другую называл.

– Ну, я кроме долга, еще аванс хотела взять, чтобы снова так же не получилось, как в этом месяце. – И хозяйка дома назвала сумму вдвое меньше первоначальной.

Я отдала ей эти деньги. В конце концов, согласно условиям договора клиент оплачивал и накладные расходы. Расплатившись, я наконец нашла в ящике брелок с ключами от «Ауди», попрощалась с арендодательницей и вышла из дома. Сев в машину, я поехала на проспект Строителей.

Ирина встретила меня в задумчивом настроении.

– Удивительное дело, – сказала она, когда мы прошли в комнату, – все мое прошлое разом стерлось из памяти, а вот возвращаются воспоминания отдельными пятнами.

– Да, так обычно и бывает, – деловито подтвердила я. – Вам что-то еще удалось вспомнить?

– Я работала с фотографиями, которые вы принесли мне в прошлый раз. – Рудкова встала и подошла к столу, на котором кучками лежали мои «наглядные пособия». – Вот, здесь изображены достопримечательности Москвы, здесь – виды Санкт-Петербурга, а в этой папке – другой город. Это – вид с Соборной горы, это – шинный завод, это – драмтеатр, это – стадион «Металлург». Все это – такие родные места, но я не знаю, где они находятся. Но точно не в Тарасове.

– В Липецке, – подсказала я.

– В Липецке?! Ну, конечно! Я ведь там родилась, – Ирина прижала к себе стопку фотографий. – Татьяна Александровна, а как вы догадались об этом?

Я была готова к такому вопросу, поэтому пояснила:

– Все очень просто. Я посмотрела в Интернете, в каких российских городах есть улица имени Рихарда Зорге. Таковых оказалось немного. Я подумала, что вы вряд ли родом из Якутска, а вот из Липецка – вполне возможно.

– Ясно, – Рудкова удовлетворенно кивнула головой и взяла другую стопку фотографий. – Относительно этого я недолго сомневалась. Водное поло, прыжки с трамплина и плавание кролем – это не мое. А вот синхронным плаванием я определенно занималась!

– Вот как?

– Да, я даже знаю, как называется этот элемент, – Ирина показала мне одну из фотографий, на которой были изображены девушки-синхронистки. – Это – «Ариана»! А это – «Барракуда» с выталкиванием. Помнится, мне тяжело давался этот элемент.

– Ира, к вам по-прежнему возвращаются в основном только детские воспоминания? – поинтересовалась я.

– Не только. – Рудкова взяла уже довольно-таки потрепанные листки со списками имен и показала мне их. – Видите, я очень многих людей вспомнила!

Телефонный звонок заставил Ирину вздрогнуть, она извинилась, достала из кармана мобильник и ответила:

– Алло! Нет, вы ошиблись. Это не Маша.

Я заметила разочарование на лице своей «пациентки» и даже догадалась, чем оно вызвано. Она явно ждала звонка от Архипова, а он молчал.

– Так, на чем мы остановились? – попыталась я отвлечь ее от грустных мыслей.

– Я думала, это Дима, – невпопад ответила Ирина. – Он уже два дня мне не звонил.

– Наверное, он очень занят.

– Настолько сильно, что у него нет ни одной минуточки, чтобы набрать мой номер? – Рудкова грустно вздохнула. – Скорее всего, он на меня обиделся. Позавчера я так некрасиво себя вела при нем. Дима хотел мне помочь, а я оттолкнула его…

– Ирина, а почему бы вам самой не позвонить Дмитрию Викторовичу?

– Если честно, я боюсь подарить ему пустую надежду, – призналась девушка.

– Он вам совсем не нравится? – по-свойски поинтересовалась я.

– Не в том дело. Я замужем, – как бы извиняясь, произнесла Ирина и добавила: – Я это вспомнила. Мое свадебное платье было не белого, а молочного цвета. Я недолго его выбирала – увидела в витрине магазина и сразу поняла, что выйду замуж именно в этом платье. Фаты у меня не было, только цветочки в волосах. Моего мужа зовут Стасом. Он в банке работает, так же, как и его отец. Странно, что муж меня не ищет, но этому, наверное, есть объяснение.