Вещий Андрей. На цепи - Эд Качалов

Именно этот юноша был курьером. Сначала он отвез одно письмо царевичу Алексею в Неаполь в сентябре прошлого года и привез ответ, а потом возил несколько писем царевне Марии в монастырь.

Я в свое время увлекался историей и читал об этом Прозоровском. Это был представитель обширного княжеского рода. Самое интересное, что боярин Борис Прозоровский был комнатным стольником Ивана Пятого. То есть был одним из самых доверенных лиц царя.

Своих детей у этого Прозоровского не было, и единственной наследницей его огромного состояния была как раз княгиня Голицына.

Однако не перенеся позора обвинений в адрес племянницы, где-то с месяц назад Прозоровский умер. Правда, перед смертью он успел лишить племянницу наследства и передал его в казну.

— Прочитал, Ваше Сиятельство! Очень жаль, что такое происходит в нашей Империи, но каким боком это касается меня?

— Шутишь? — взъярился князь-кесарь.

— Нет, действительно не понимаю!

— Хорошо! Тогда я тебе поясню. Я направил экспедитора в Москву, в палаты боярина Прозоровского на Пречистенке. Незадолго до его смерти. Боярин Борис Иванович Прозоровский показал, что последние восемь лет у него жил юноша, выдававший себя за дворянина Андрея Борисовича Ермолича, сына ярославского помещика. Жил со своим дядькой Федором. Месяца четыре назад он уехал.

Кроме того, есть показания нескольких обывателей города Риги, что с месяц назад юноша, похожий на тебя, появился в этом городе.

— Ваше Сиятельство! Дозвольте спросить?

— Спрашивай?

— Почему вы говорите, что выдававший себя за дворянина?

— Потому что боярин Прозоровский сказал, что он видел только бумаги отца этого юноши и знал этого дядьку Федора как крепостного отца. Бумаги самого юноши, он не видел. По словам дядьки Федора, этот Андрей Борисович Ермолич еще не успел пройти обряд инициации. Впрочем, тебя это мало касается пока.

— Почему?

— Потому что пока нет бумаг, ты никто! Самозванец!

— Ваше Сиятельство! Я действительно ничего не помню, что было до контузии. Что же касается бумаг…

Меня прервал тихий стук в дверь. Внимательно слушавший и постепенно наливавшийся гневом князь-кесарь резко махнул рукой, чтобы я замолчал.

— Да! — рявкнул он.

В кабинет заглянул дьячок, неслышно перешагнул порог, низко поклонился и объявил:

— Ваше Сиятельство, там к вам мастер Приом просится.

— Зови!

Авалонец Приом также неслышно проскользнул в кабинет и прошелестел:

— Ваше Сиятельство, результаты готовы. Очень интересные результаты.

— Давай сюда!

Авалонец поставил на стол небольшую шкатулку и передал князю — кесарю папку с бумагами. Едва заметным движением руки, Иван Федорович выставил авалонца за дверь и углубился в чтение.

Чем больше Ромодановский читал бумаги, тем больше вытягивалось лицо. Прочитав бумаги, он еще раз вызвал к себе авалонца и спросил:

— Ошибки быть не может?

— Вероятность ошибки не превышает одной десятой, — ответил Приом.

Отпустив авалонца, Ромодановский посмотрел на меня и сказал:

— Не знаю поздравлять тебя или сочувствовать, но ты наш!

— Что это значит, Ваше Сиятельство?

— То и значит, что у тебя голубая кровь, ты дворянин!

— Как это голубая? — удивился я.

Иван Федорович, открыл шкатулку и достал оттуда хрустальный флакон. На его дне была красная капля. Князь — кесарь покрутил флакон так, чтобы кровь равномерно размазалась по стенкам сосуда. Как только это произошло, в крови заиграли голубые искры. Очень похожие на те, что бегали у меня по мечу, когда я сражался.

— Видишь, это значит, что Дар у тебя есть. Впрочем, в этом я еще в подвале убедился. Есть, правда небольшой, но тяжелый изъян в твоей крови.

— Какой?

— В ней есть небольшая примесь крови орков и гномов. Видимо, кто-то из твоих предков согрешил, когда-то. Зато понятно, почему твоего рода нет в Бархатной книге.

— А это важно?

— Смотря для кого. Для тебя — да. Ты не можешь состоять в свите Его Величества, служить на флоте, в гвардии, быть членом Сената. Ну еще есть небольшой список привилегий, которых ты лишен.

— Понятно.

— Ну и отлично. Чтобы закончить с этим вопросом, осталось только выяснить состояние твоего Дара.

Скажи, ты будущее уже предсказываешь или еще нет?

Глава 15

Услышав этот вопрос, я чуть не свалился со стула.

Мало того, что в этом мире умеют по анализу крови вычислять обладателей магии. Так, еще могут определить, что это за магия. Еще и обнаруживают различные примеси в крови.

Судя по всему, наличие или отсутствие магии и примесей других рас в крови определяет положение человека в этом обществе.

Единственное, что, похоже, они пока не могут определить: уровень развития этого дара в человеке.

Вот только непонятно, что ответить князю — кесарю. Не чувствовал я за собой никакого дара предвидения.

Впрочем, историю я знал неплохо. Можно было кое-что рассказать Ивану Федоровичу. Но только не будущее страны в целом.

Учтем, что здесь не совсем та Россия начала восемнадцатого века, историю которой я знаю, а своя собственная. С магией и орками.

Поэтому расскажу я Ромодановскому, кое-что из истории его семьи. Только надо сначала понять, какие планы у главы Тайной Канцелярии в отношении меня.

— Ваше Сиятельство, прежде чем дать ответ на ваш вопрос, позвольте поинтересоваться, что со мной будет?

— Понятно, что! Разбирательство будет! Пока установлено, что ты мелкий дворянчик. Но, что ты, Андрей Борисович Ермолич, никаких подтверждений нет, а когда… — Ромодановский сам себя прервал и с хитрым прищуром, своих навыкате глаз, выжидательно посмотрел на меня.

— Ясно, Ваше Сиятельство! Когда выяснится, что я, и есть тот, за кого себя выдаю, тогда встанет вопрос о письмах княгини Голицыной царевне Марии, — проявил я полное понимание шаткости своего положения.

— Молодец! Соображаешь! — довольно хмыкнул князь.

— Но Ваше Сиятельство. Посудите сами. Понимая все это, я ведь продолжаю настаивать, что я Андрей Борисович Ермолич! И настаивал на этом с самого начала. Вот и Шереметьев может подтвердить. Я сразу представился Ермоличем.

— И что? Кстати, о Шереметьеве. Его тоже надо было проверить, тот ли он за кого себя выдает? — Ромодановский в очередной раз дернул за шнур звонка.

Появился его помощник, выслушал вопрос Светлейшего. Подтвердил, что письмо от командира Семеновского полка получено. Принес его князю и, низко кланяясь, скрылся за дверью.

Князь-кесарь внимательно изучил полученную бумагу и удовлетворенно хмыкнул:

— Скорей всего Сергей Михайлович Шереметьев, тот, за кого себя выдает. Итак, я тебя слушаю, что ты там придумал в свое оправдание?

Придумывать мне ничего не надо было. Надо было просто изложить Ромодановскому правду. Ну не всю, а версию «лайт», что я и сделал.

Я в очередной раз напомнил князю-кесарю, что у меня контузия и я не помню ничего про бумаги