Шелковые дети - Наталья Васильевна Соловьёва

таиться за вполне благополучной внешней картинкой. И еще она была уверена: Луиза явно что-то скрывала.

Глава 39

«Подпись ткача» – это личная метка, по которой можно идентифицировать создателя ткани. В старинных мануфактурах (в том числе Комо) некоторые ткачи вплетали миниатюрный знак, инициал или орнамент, понятный только мастерам – как подпись художника на картине. Это мог быть незаметный сдвиг в узоре, повторяющийся мотив, определенное количество нитей в начале или конце полотна. В современных домах мод это может быть фирменный элемент, который узнают специалисты: тип рисунка, игра цвета, способ обработки края и т. д.

Позвонил Габриэле. Марго не хотела отвечать, она еще не приняла решение, что делать дальше. Продолжать ли эти отношения, которые ей нравились, или закончить прямо сейчас, пока она не успела привыкнуть.

Он прислал смс: «Перезвони мне. Это срочно».

Марго перезвонила.

– Я подумал, что тебе будет интересно: Элена выписалась из частной клиники и вернулась в Комо, но не на виллу д’Эсте, а в отель «Терминус».

– Спасибо, Габриэле. – Марго была благодарна, что он не стал настаивать на встрече – понимал, что сейчас для этого не лучшее время.

Элена встретила их в своем номере.

– Марго Дорфман и Энцо Ферро, – представила их обоих Марго.

Элена попробовала улыбнуться:

– Да, синьор Анелли говорил мне о вас и о вашем параллельном расследовании. Проходите.

Номер был не такой большой, как на вилле. Но так же оформленный в старинном роскошном стиле. Антикварная мебель, картины на стенах. Отдельно спальня, отдельно гостиная, в которую их пригласила Элена.

– Мы с вами встречались, – напомнила Марго.

– Правда? – удивилась Элена и указала посетителям на кресла. – Я не помню.

– Это было на вилле д’Эсте, – сказала Марго, – сразу после…

– Я поняла, – перебила ее Элена. – Ничего не помню про то, что было после. И не могу вернуться туда – слишком печальные воспоминания.

– Очень сочувствую вам, – ответила Марго.

Она всматривалась в Элену, пытаясь понять, можно ли ее о чем-то расспрашивать, и если да, то как. Элена была очень спокойной, словно «прибитой», говорила чуть заторможенно. Марго заподозрила, что та находится под воздействием антидепрессантов и транквилизаторов.

– Почему вы не сказали полиции, что встречались с Луизой Бенедетто? – опередил ее Энцо, особо не вдаваясь в размышления.

– Это было раньше, за несколько дней до… до случившегося, – с трудом закончила фразу Элена.

– Но все же, – настояла Марго.

– Это какая-то глупость, – продолжала упрямиться Элена.

Энцо заерзал в кресле. На лице у него было написано: «Вот тупая баба! Если я спрашиваю, значит, это важно!»

– Синьора Робер, – вкрадчиво сказал Энцо. – Зачем вы встречались с Луизой Бенедетто и зачем было это скрывать?

Элена повернула голову и стала смотреть в окно. Видно было, что она взвешивает, отвечать ли на вопрос, который кажется ей неуместным.

– Вас же нанял Риккардо? – спросила она.

– Да, – ответила Марго.

– Я могу вам все рассказать только в том случае, если он об этом не узнает. Мне бы не хотелось… И я дала слово никому не говорить. И еще раз повторю – нет никакой связи…

Марго с Энцо переглянулись.

– То есть? – не сдавалась Марго.

– Ну… мы встречались… ха-ха-ха… – нервно засмеялась Элена, – чтобы сговориться против Риккардо.

– Что вы имеете в виду? – спросил Энцо.

Элена придвинулась ближе:

– Луиза неожиданно захотела встретиться со мной. И просила не говорить Риккардо. Ну, мы и встретились – в ресторане или как там его… Луиза объяснила мне так: у Бенедетто шелковый бизнес. У Риккардо тоже шелк. Половина бизнеса Анелли по закону теперь принадлежит мне. И я приехала в Комо, чтобы понять, что делать с наследством. Но это вы и так знаете, да?

– Конечно, – подтвердил Энцо.

– Одним словом, Луиза предложила мне вывести деньги из бизнеса либо забрать производственными мощностями. То есть войти в партнерство с Луизой и разорить Риккардо. Вот и все.

– А при чем здесь Арно? – озадаченно спросил Энцо.

– Я же и говорю, вообще ни при чем.

– Но зачем рушить бизнес Риккардо? – Марго тоже ничего не понимала.

Элена пожала плечами:

– Да низачем!

– А в чем же тогда мотивация Луизы? – спросил Энцо.

– Просто потому что может. Что здесь такого? Ее логика: «Можешь брать – бери», по-моему, так.

«Как все просто», – удивилась Марго. И будто бы ничего личного.

– Что вы ответили?

– Я, если честно, сказала, что подумаю, но, по сути, отказалась. Да, Риккардо не давал моей матери развода. Но это же она ему изменила и сбежала с моим отцом во Францию. И потом, он всегда разрешал нам видеться с Бебо. Честно переводил деньги. Зачем мне кусать руку, которая все это время нас кормила?

– Арно мог что-то такое услышать о ваших делах? Он же был с вами во время этого разговора, – спросил Энцо.

– Да что вы, – удивилась Элена. – Арно весь обед просидел в наушниках с телефоном – такие сейчас дети. Ему все это не интересно. Ну и даже если бы он что-то и услышал, то он не говорит… не говорил по-итальянски.

Марго внимательно посмотрела на Элену:

– В прошлый раз вы рассказали мне про червей. Что Бебо…

Элена заметно напряглась:

– Это было очень странно. Я знаю особенности Бебо – все-таки он мой брат. Бывал у нас. Он лечился. Но вел себя порой неадекватно. Если честно, он всегда пугал меня. Но все же я решила навестить его. Не только я потеряла мать, но и он. И вдруг Бебо ни с того ни с сего начал бормотать, что я должна срочно увезти Арно, иначе его сожрут черви. И что черви следят за нами повсюду. Как жаль, что я не поверила. Подумала, что это обычный бред сумасшедшего…

Глава 40

Некоторые мастерские Комо производят «немой» шелк – ткань, у которой звук прикосновения почти отсутствует. Она используется для вечерних платьев, чтобы исключить шуршание.

Была суббота – самый ненавистный для Марго день, особенно в период скидок. Местные жители и туристы, невзирая на погоду, прочесывали город в надежде на выгодные предложения. Растерянные мужчины с пакетами метались в поисках своих жен. Дети, утомленные катанием по неровной брусчатке, спали в колясках. Женщины с сосредоточенным взглядом в никуда прикидывали, в каком еще магазине распылить свой бюджет. Движение по улицам было такое, что лучше всего было смириться и послушно следовать за толпой. Но больше всего Марго нервировало, что в воскресенье почти все магазины города (продуктовые – так точно) закроются и ничего нельзя будет купить. Придется тащиться в супермаркет и стараться не попадаться на глаза Энцо.

Он звонил уже – полиция нашла водителя автобуса,