Здравствуйте, господин Ампер - Томаш Борец

были квадратики из конструктора. Доктор взял на руки таксу и погладил ее шерстку. Непомук встал перед дверью, получив приказ никого не впускать. Рентген в последний раз проверил аппаратуру и взял собаку у доктора.

— Можно начинать, господа! — сказал он спокойно. Он осторожно уложил таксу на сложенные вместе фотопластинки.

— Лежи спокойно, Плюсминус! Слышишь?

Плюсминус лег на бок, вытянул свои короткие ножки, выгнул шею, а уши свесил куда-то назад.

— Все-таки он немного боится, — сказал доктор.

— Это будет недолго, Плюсминус, — успокаивал Рентген своего песика, а затем установил над животным катодную трубку. Он подождал, какое-то мгновение, а затем включил источник тока. В трубке слабо замерцал таинственный зеленый свет.

— Раз, два, три, четыре, пять, — медленно считал Рентген. Потом он выключил аппарат, и зеленый свет погас.

— Вот и готово! — профессор спокойно снял таксу со стола и положил ее на кровать. — А теперь отдохни после таких трудов!

Плюсминус мгновенно скрутился в клубок на темнокрасном покрывале. Доктор Виллингер бросил ему конфетку, и собачка весело завертела хвостом.

— Сейчас ваша очередь, Вагнер. Возьмите, пожалуйста, по очереди все фотопластинки и быстренько их проявите!

— Но, господин профессор, — удивился молодой инженер. — Ведь пластинки были в кассетах. Что на них можно увидеть?

Рентген отлично понял вопрос своего молодого помощника. Он лишь сказал ему: «Пусть это будет для вас сюрпризом!»

Пока Вагнер занимался проявлением, Рентген с Виллингером молча уселись в обтянутые белой кожей кресла. Оба старались скрыть друг от друга свое возбуждение. Наконец, распахнулись двери маленькой фотолаборатории, которую по приказу профессора еще вчера наскоро соорудил Непомук.

— Господин профессор! — воскликнул Вагнер. Дрожащими руками он придерживал на свету только что проявленную, мокрую пластинку. — Ведь это же изображение позвоночника вашей таксы!

— Я знал это, Вагнер. Я же вам сказал, что вас ждет сюрприз. Может быть, мы увидим таксу целиком.

Виллингер на радостях закурил большую сигару. Оба друга слышали доносящиеся из маленькой фотолаборатории восторженные восклицания молодого инженера. Когда он проявил и высушил все пластинки, а затем разложил их в прежнем порядке на рабочем столе Рентгена, перед ними предстало как бы сложенное из мозаики изображение скелета таксы.

Долго стояли молча Рентген и Виллингер перед изображением. В тишине раздался голос Рентгена: «Вот подтверждение правильности моих научных взглядов!»

Доктор Виллингер показал на темное круглое пятно, в котором были четыре маленькие белые дырочки.

— У таксы в желудке пуговица!

— Действительно, — с удивлением воскликнул Рентген. — Если бы у человека была игла или булавка, которые вызывают боли, то при операции можно было бы точно знать, где их искать.

— Профессор! Дружище! — воскликнул с восторгом доктор Виллингер. — Значение вашего открытия даже невозможно оценить. Подумайте, например, сколько людей страдает заболеваниями легких. До сих пор ни один врач не мог точно определить объем поражения легких. Ваше открытие делает это реальным!

* * *

Выступления профессора Рентгена об открытии им таинственных X-лучей все ожидали, как большую сенсацию. Около семнадцати часов в аудитории университета собрались приглашенные врачи, ученые и инженеры, предприниматели, журналисты, фотографы и художники университетского города Вюрцбурга. Места в проходах между скамейками и на подоконниках заняли студенты.

Точно в назначенное время Рентген начал свою лекцию. Он объяснил присутствующим, каким образом ему удалось открыть таинственные лучи, и собрался продемонстрировать им все это.

— …а теперь я попросил бы профессора Келликера подойти к рабочему столу!

Известный анатом встал и с трудом пробрался вперед.

— Положите, пожалуйста, правую руку на фотопластинку, — бесстрастным тоном сказал Рентген.

Рука врача закрыла деревянную кассету, внутри которой была пластинка. Затем инженер Вагнер затемнил помещение, а Рентген повторил то, что две недели тому назад было проделано с таксой Плюсминус.

Когда Вагнер принес проявленную пластинку. Рентген ее сразу же без колебаний показал публике. Понадобилось несколько минут, чтобы присутствующие пришли в себя от удивления и начали с восторгом аплодировать.

Профессор Келликер обратился к присутствующим.

— Господа! На этом снимке вы видите изображение костей моей руки. Ничего подобного ранее в своей жизни я не видел. Позвольте предложить вам называть в будущем X-излучение — рентгеновским в знак благодарности за великий труд ученого, профессора Вильгельма Конрада Рентгена!

Рентген хотел что-то возразить, но его слова потонули в буре восторгов.

Никто не хотел расходиться. Рентген был вынужден отвечать на всевозможные вопросы присутствующих.

— Я знаю, господа, — отвечал он с усмешкой, — знаю, что я мог бы разбогатеть, но мое открытие не продается.

— Это мне непонятно, — покрутил недоуменно головой один из предпринимателей. — Почему вы не хотите заработать на этом деньги? Я предлагаю вам полмиллиона!

— Даже за десять миллионов! — с улыбкой ответил Рентген, — Мое открытие принадлежит всем. Пусть мое открытие используют ученые всего мира. Так оно лучше всего послужит человечеству…

Реомюр

ГРАДУС РЕОМЮРА (°Р)

единица разности температур. Названа в честь французского физика и зоолога Рене Антуана Фершо де Реомюра.

ПРИМЕЧАНИЕ:

градус Реомюра — запрещенная единица. Основной единицей разности температур является Кельвин (К), разрешенной единицей является также градус Цельсия (°C).

Жизнь и творчество

Рене Антуан Фершо де Реомюр родился 28 февраля 1683 г. в Ля Рошеле. Вначале он изучал юриспруденцию в Бурже, но в 1703 г. переехал в Париж, где начал изучать естественные науки, математику и физику. Когда ему исполнилось двадцать пять лет, он стал членом Парижской академии наук и за время своего почти пятидесятилетнего членства двенадцать раз становился ее директором. На заседаниях Академии им было доложено о 75 оригинальных работах.

После опубликования нескольких работ по математике Реомюр делит поровну сферу своих интересов между зоологией и технологией. В зоологии на основании весьма обширных экспериментов и наблюдений им было сделано много весомых открытий. Из большого количества его научных публикаций необходимо отметить «Трактат, посвященный истории насекомых», который вышел в шести томах в Париже в период с 1734 по 1742 г. и состоял из 4000 страниц и 250 приложений, содержащих около 5000 рисунков. Этот труд сделал Реомюра одним из основоположников пауки о насекомых. Седьмой том был издан спустя два столетия после его смерти, а научного материала хватило бы еще и на восьмой том.

В 1711 г. он стал штатным механиком (по сегодняшним меркам что-то вроде