Последние двадцать лет: Записки начальника политической контрразведки - Филипп Бобков

Так же, как и некий Вартанян в Баку, предупреждавший в анонимке о намерении взорвать городской автобус. Не будучи разыскан как автор, Вартанян совершил задуманное.

В числе предотвращенных акций — своевременное обнаружение, благодаря ранее принятым мерам безопасности, на одной из станций московского метрополитена в январе 1989 года мощного взрывного устройства. Взрыв его повлек бы гибель людей.

Это оказалось делом рук экстремистов из Тбилиси, обнаруживших себя впоследствии среди активных участников событий, приведших к гибели людей в Тбилиси в апреле 1989 года.

Даже из того, что кратко изложено выше, можно видеть, как индивидуальный террор уступил место акциям, рассчитанным на подрыв стабильности в обществе, на вызов недовольства властью, порождение у людей страха за свою жизнь.

Надо сказать, что злоумышленники стали прибегать к таким методам не без восприятия того, что происходило и за пределами страны.

Взрывы на улицах и площадях городов, в транспортных средствах, закладки взрывчатки в жилые дома постоянно осуществлялись «борцами за свои права», в частности, на Ближнем Востоке. Они гремели и осуществлялись в Палестине, Сирии, Египте, Ливии, в Марокко и Алжире. К ним прибегали курдские сепаратисты. Случалось такое и в других регионах мира.

Однако к нам такая практика переносилась прежде всего из Палестины, а затем и из Израиля. Действия израильских террористов до создания государства, а затем и палестинцев против израильтян широко освещались советской печатью и порождали естественный интерес у тех, кто вынашивал, преследуя свои цели, выступления против власти, стал на путь ее подрыва.

Немалую роль в этом играли и действия специальных служб, органов «психологической войны» военных блоков, идеологические центры, работавшие по инструкциям разведок иностранных государств.

«Террористические операции для воздействия на общественное мнение являются для ЦРУ обычным делом» — так писал А. фон Бюлов — бывший министр правительства ФРГ, курировавший в Бундестаге деятельность германской разведки, в книге «ЦРУ и 11 сентября. Международный террор и роль секретных служб», вышедшей в 2003 году.

Не оставались без внимания спецслужб и те, кто вообще становился на путь разрушения Советского государства. То, что они найдут поддержку, вытекало из программ центров, определявших характер действий против СССР.

Комитет радио «Свобода» не скрывал того, что его задачи не сводятся к пропаганде антикоммунизма. Суть — добиться конструктивного изменения существующего в стране строя.

Это прямо вытекало из политической директивы, утвержденной президентом США Трумэном еще 23 ноября 1948 года (СНБ 20/4): «…Способствовать развитию среди народов России таких тенденций, которые могут помочь изменить нынешнюю советскую политику и дать возможность возродить национальную жизнь таких групп, которые проявляют способность и решимость достичь и отстаивать национальную независимость».

Это и вело к появлению взрывников из числа армянских и других националистов, к стрельбе Ильина, а некоторых поощряет и сегодня.

Такого рода воздействие и подстрекательство к беспорядкам реально почувствовалось, в частности, во время проведения в Москве Олимпийских игр и фестиваля молодежи в 1985 году.

Задолго до Олимпиады-80 почти одновременно появились две книги: бывшего кадрового разведчика Роберта Вача — в Англии и Джеймса Паттерсона — в США. В обоих произведениях очень красочно описывались те страхи и ужасы, которые довелось испытать героям этих книг во время как бы прошедшей Олимпиады в Москве. Обывателя запугивали жуткими картинами убийств и взрывов. В книге Паттерсона прямо указывалось, какое оружие, каким образом можно завезти в Москву, где его хранить до определенного момента. Подробно описывались места, где лучше произвести взрывы, откуда удобнее стрелять. Фактически это был своеобразный инструктаж для террористов и взрывников.

Весной 1980 года Москву посетили английские туристы, один из которых представился членом английского парламента Аткинсоном. Они обсуждали с «московскими друзьями» осуществление провокаций в день открытия Олимпиады, способных вызвать беспорядки на стадионе. А «друзья» были те их сообщники, которые ныне гордо именуют себя активными «диссидентами» в прошлом.

В 1985 году в Москве проходил фестиваль молодежи и студентов. Задолго до открытия в Пакистане были специально подобраны афганские боевики, которые прошли серьезную подготовку под руководством специалистов ЦРУ и за год до фестиваля заброшены в страну. Они осели в городе, тем более что деньгами их обеспечили, и стали ожидать получения взрывчатки, пластиковых бомб и оружия, готовясь к осуществлению взрывов в местах массового скопления людей (Лужники, Манежная площадь и другие места). Акции были сорваны благодаря принятым оперативным мерам.

Пишу об этом подробно потому, что террористические и диверсионные акты, в подготовке которых участвовали западные спецслужбы, осуществлялись не только на территории Советского Союза. Ими поощрялся международный терроризм, воплощавший в себе различные цели как готовивших их центров, так и исполнителей. Одни выступали как борцы за независимость, за национальное освобождение, другие — за смену конституционного строя. Естественно, поддержка их западными и, в частности, американскими спецслужбами определялась их заинтересованностью развитием событий в конкретной стране или в определенном регионе мира.

Такой подход наших нынешних партнеров по борьбе с международным терроризмом характерен и для сегодняшнего дня. И весьма своевременен в этой связи призыв Президента России Владимира Владимировича Путина о том, что для сплочения сил борьбы с международным терроризмом необходимо прийти к единому его понятию, устранить «двойное толкование». России сделать это не сложно, ибо, в отличие от партнеров, политика Российского государства исключает из своих целей поддержку сил, выступающих за смену власти или режима в других странах.

Поскольку «международный терроризм» стал ощутимой реальностью в 70-е годы, в структуре КГБ произошли соответствующие изменения. В системе контрразведки (в данном случае во 2-м Главном Управлении) был создан самостоятельный отдел по борьбе с международным терроризмом. В отличие от отдела 5-го Управления, его работа строилась на контроле каналов въезда в страну иностранных граждан и предотвращении возможного использования террористами прикрытий постоянных представительств иностранных государств. Особое место занимало наблюдение за работниками резидентур спецслужб, осуществлявшими свою деятельность «под крышей» учреждений своих государств.