Последние двадцать лет: Записки начальника политической контрразведки - Филипп Бобков

Пожалуй, со времен неосуществленной программы Косыгина в обществе стали задумываться о путях развития страны. Выход Андропова в лидеры партии открыл простор для выработки теоретических принципов и практических основ совершенствования экономической и политической системы в СССР. Жизнь не отвела ему времени для свершений.

Приход к власти М.С. Горбачева, казалось, не подвергал сомнению курс, избранный его предшественником. Тем более никто не представлял ухода от социалистического пути, отказа от завоеваний социализма. Подобного поворота не предлагали даже самые радикальные из инакомыслящих. Не было речи и об отказе от формы власти — от власти советской. Выборы в Верховные Советы СССР (1989) и РСФСР (1990) тому подтверждение. Они проходили под знаком укрепления Советов, хотя уже тогда немалое число кандидатов в народные депутаты свои предвыборные кампании вели под лозунгами антикоммунизма, открыто выступали против Коммунистической партии Советского Союза. Это настораживало, встречало противодействие, подвергаемое критике и осуждению как непонимание времени и требований перестройки. В массовое сознание были запущены соответствующие штампы: консерватор, враг перестроечного процесса, ретроград…

Однако нетрудно вспомнить, что идея перестройки была поддержана подавляющей массой людей. Ее в эти годы воспринимали как назревшую необходимость совершенствования социалистического строительства в стране, углубление демократических преобразований, раскрепощение общественной жизни. Такое понимание перестройки не вызывало сомнений в рядах даже самых ортодоксальных коммунистов. Противоборство в партии возникло лишь на почве сроков тех или иных преобразований, темпов перестройки. Трудно было представить, что смысл перестройки состоит в возрождении капитализма, что привело не только к смене складывающейся общественной формации, но и к прекращению существования великой мировой державы.

История ответит на вопрос о прогрессивности или регрессивности произошедшего в Советском Союзе и того, что происходит сегодня в России.

Что касается роли КГБ в этом процессе, то его информация не всегда совпадала с оценками руководства партии и государства. Знаменитое изречение «процесс пошел» заслоняло объективную оценку того, что происходило в стране. Явно чувствовалось непонимание или нежелание понять, что дело идет к развалу государства, что стратегическая цель «холодной войны» — добиться конструктивных изменений в стране — близка к осуществлению.

Распад государства шел. Автор статьи упрекает КГБ, в частности, в поощрении народных фронтов. Их рождение приветствовали не чекисты. Но их целей не хотели замечать люди, руководившие государством. Уже в ряде правительственных учреждений республик Прибалтики работали в качестве советников представители американских спецслужб, а посещавшие эти государства руководители СССР радовались активности сепаратистов. Правда, журили их за спешку, просили побыть в составе Советского Союза хотя бы три — пять лет, чтобы обеспечить спокойный «бракоразводный процесс».

Помню, в Латвии одного такого советника из страны удалили, выдворили как персону нон-грата. Председатель КГБ республики удержался на своем посту только благодаря ссылке на прямое указание из Москвы. Но как он смел исполнять требования уже не существовавшего для суверенных республик союзного центра? Отбился, правда.

Этот пример может быть иллюстрацией отсутствия предполагаемой автором упомянутой публикации координации действий по развалу государства между КГБ и ЦРУ.

В итоге следует сказать, что государственная власть, люди, стоявшие у ее руля, должны были действовать, если они были заинтересованы в сохранении государства. В этом случае действовали бы и КГБ, и армия, и народные массы. Однако смею сказать, что процесс распада не только не предупреждался, но и весьма поощрялся. Перестройка политической власти ускорила процесс дестабилизации. Сепаратистские силы почувствовали слабость центра.

Утраченную власть восстанавливать трудно, но терять ее можно было и без кровавых трагедий. Равно как и сохранить.

Экономические преобразования не были противопоказаны и существовавшей политической системе. Здесь я согласен с автором, что советское государство развалилось «не само по себе». «Холодная война», как и всякая война, выигрывается одной из сторон. К сожалению, не СССР стал в ней победителем. Тем не менее трудно согласиться, что речь идет только о победе ЦРУ над КГБ. «Холодная война» — война двух противоборствующих систем. Этим определяются силы, в ней участвующие, в том числе и специальные службы. При крепости строя и сплоченности общества такие атрибуты войны, как предательство, агентура влияния, действия спецслужб, не ведут к поражению. Примером тому — победные войны России, вплоть до Великой Отечественной войны 1941–1945 годов. Так же и самоотверженность командира не определяет общей победы.

И здесь выскажу неприятную истину: социализм на практике оказался неспособным противостоять силам империализма, хотя и доказал возможность своего существования как общественной формации. В нынешних капиталистических государствах немало взято из социалистической практики бывшего СССР. Здесь не место развивать эту мысль. Но плановость, контроль за рынком, усиление внимания к социальным нуждам трудящихся, бесплатное здравоохранение (в ряде стран), система образования невольно связаны с тем, за что боролись большевики в подвергаемом ныне критике октябре 1917 года. Объективно исторический пример СССР способствовал тому, что происходит в прогрессивном мире. Не забудем и того, что социалистическое государство (будущие «красно-коричневые») внесло решающий вклад в спасение человечества от фашизма.

Мне не хотелось бы заканчивать свои заметки рассуждениями о будущем КГБ, как это делает А. Новиков. Ибо главный вопрос — не в судьбе спецслужб, а в судьбе нашего государства — России. Ее не должна постигнуть участь Союза. И не постигнет, если она сумеет сплотить населяющие ее народы.

Уверен, что такое сплочение неизбежно, но бороться за него надо всем миром. Надо найти базу сплочения всех здравомыслящих людей России. Основой, на мой взгляд, является теоретически обоснованная идея возрождения. Именно возрождения, а не реставрации. Но несомненно: любое возрождение предполагает внедрение новейших технологий. А его обеспечивает передовая общественная мысль. Сегодня это просто обязаны сделать теоретики как капиталистического, так и социалистического путей развития России, ибо других путей дальнейшего развития государства, как мне представляется, в обозримой перспективе не существует.