Обжигающее чувство - Кей Торп

— Будь осторожной, — произнес Том и сунул ей. в руки палку. — Если вдруг увидишь змею, отгони ее вот этим! Я пойду поищу воду.

Ее пальцы стиснули палку. Она до смерти боялась змей, но сейчас у нее не осталось сил на страх. Есть гораздо более важные вещи, — например, сон… Она прилегла на песок и… моментально задремала. Том грустно смотрел на нее сверху вниз. Левая щека Эвелин в кровоподтеках, грязная одежда изорвана… Неужели это Эвелин — всегда такая красивая и подтянутая, спит сейчас у его ног на голой земле? Кулаки Тома непроизвольно сжались от злости.

Фил Роджерс, скорее всего, убит, но и второй негодяй заслуживает смерти, — за все, что они сделали с его Эвелин. Он был зол и на самого себя — за то, что не сумел уберечь ее. Напротив, он поверил в ее виновность!

Эвелин спала, свернувшись клубочком. Сейчас она казалась такой беззащитной, но Томас знал, что она совсем не такая. Он вспомнил, с каким бешенством Эвелин боролась с кляпом, чтобы предупредить Роджерса о том, что напарник собирается убить его, — ведь это она вызвала потасовку между обоими мерзавцами, а значит, именно она спасла от смерти и себя, и его, Тома Уиклоу. И теперь он обязан сделать все, чтобы она осталась живой и невредимой.

Сейчас им нужна вода. Они смогут хоть немного взбодриться, если организм получит необходимую влагу: Конечно, до того как наступит обезвоживание организма, Том попытается что-нибудь предпринять.

Опытным глазом Том оглядел скудную растительность, покрывающую землю возле скал. Он вглядывался в причудливый травяной узор, выбирая растения, казавшиеся чуть более сочными, чем их чахлые соседи, потом побрел обратно.

Эвелин не шелохнулась, она дышала ровно и глубоко, сон ее был крепок. Тому показалось, что прошла целая вечность с того уик-энда, когда они наслаждались близостью друг друга. Чувствую себя бесконечно усталым, он лег рядом с ней, обнял ее и уложил ее голову себе на плечо. Эвелин вздохнула, чуть шевельнула рукой, но не проснулась.

Черт ее возьми, почему она не позвонила ему, не сказала о том, что подозревает Роджерса? Она кинулась навстречу опасности, даже не удосужившись поднять трубку — и предупредить его или Стоуна! Ведь нынешней ситуации вполне можно было избежать, если бы Эвелин позвала их на помощь!

Вот это он и выяснит в первую очередь, как только она проснется. Какого черта она не доверилась ему, Томасу? Вспомнив леденящий ужас, который охватил его, когда Эвелин влетела в кабинет и накинулась на Фила, Том почувствовал свирепое желание схватить ее за плечи и хорошенько встряхнуть — так, чтобы зубы застучали.

Но вместо этого он еще крепче обнял любимую женщину, осторожно отвел прядь волос с ее. измученного лица. Ее сердце билось рядом с его сердцем — и сейчас это было главным. Они вместе! Том заснул так же мгновенно, как и Эвелин, — просто закрыл глаза и усталость накрыла его, как волна..

Глава 13

Эвелин разбудила жара.

Она почувствовала себя отдохнувшей, головная боль немного утихла. Она приподнялась и села, глядя на ослепительный раскаленный пейзаж, расстилавшийся перед ней в дрожащих волнах палящего зноя. В каждом оттенке — многообразие красных, желтых, коричневых, песочных цветов. Крошечными зелеными вкраплениями давала о себе знать скудная пустынная растительность.

Возможно, что где-то здесь, в этой пустыне, нашел свою смерть Фил Роджерс. Несмотря на все, что он сделал, что пытался сделать, при мысли о нем Эвелин чувствовала лишь скорбь. Ведь он не хотел причинить им вреда. Несчастный Фил… Да, он изменник, но не убийца, хотя его действия могли повлечь за собой чью-то смерть. Бедняга Фил!

Она вытерла лицо краем футболки. Если бы не эта ниша в скале, жара была бы невыносима. Эвелин коснулась ладонью каменной стены — она была прохладной. Но если бы солнечные лучи достали и ее, то можно было бы смело жарить яичницу на этой каменной сковородке.

Тома не было рядом, но Эвелин не чувствовала тревоги. Она смутно помнила, что он лежал возле нее, об этом же говорил и отпечаток на песке. Может быть, он потревожил ее, когда вставал, и это позволило жаре окончательно разбудить ее?

С трудом она поднялась на ноги, поеживаясь от боли во всем теле, и сразу же увидела Тома. Он стоял, подпирая спиной скалу, и выглядел таким уверенным. В его пронзительных глазах читалась спокойная сила, даже одежда казалась не такой грязной, как у нее. Естественно, джинсы и рубашка цвета хаки оказались куда более практичными, чем белые брюки и свободная белая футболка! Почувствовав себя жалкой и беспомощной, старательно избегая взгляда Тома, Эвелин опять влезла в нишу и уселась в тени. Том стиснул зубы. Ему казалось, что он уже вполне справился с собой, но сейчас он опять был близок к срыву. Она сторонится его, черт ее возьми! Это же просто невыносимо!

Том мрачно выровнял дыхание, заставил расслабиться руки и разжал зубы. Что ж, Эвелин играет с огнем, не подозревая, что подошла слишком близко к тому, чтобы сполна отведать его гнева.

— Нам нужно найти воду, — прорычал он. — Пошли!

Она моменталыю поднялась, не проронив ни слова, и поплелась вслед за ним.

Им не пришлось далеко идти, потому что Том заранее приглядел место, где может быть вода. Подойдя к зарослям колючего кустарника и опустившись на колени, он начал разбрасывать руками песок, становящийся все более и более влажным. Вынув нож из ботинка, он стал копать глубже — до тех пор, пока грязная вода не начала скапливаться в вырытой им ямке. Затем Том достал платок, расстелил его над лужицей, чтобы отфильтровать влагу, и небрежно бросил Эвелин:

— Пей!

Эвелин сделала вид, что не обратила внимания на его раздраженный тон. Он добыл воду, а это сейчас главное. Ей было плевать на то, что придется встать на четвереньки, по-собачьи лакать грязную воду. Вода сейчас самое ценное. Ради нее Эвелин с удовольствием встала бы на голову.

Она с жадностью хлебала тепловатую жидкость, и это было восхитительно. Наконец она заставила себя остановиться, гораздо раньше, чем ее жажда была утолена.

Она оторвалась от крошечной лужицы и кивнула Тому:

— Твоя очередь.

Ведь она не знает, сколько здесь воды, возможно, ее едва хватит всего на несколько глотков для каждого.

Вытянувшись на песке во весь рост, Томас припал к лужице. А так гораздо удобнее, подумала Эвелин. Могла и сама додуматься до этого, но раньше ей никогда не приходилось пить из лужи. Что ж, учтем на будущее…

Наконец он поднялся с земли:

— Ты хочешь еще пить?

— О! Да, спасибо!

На этот раз она тоже растянулась на песке и припала к лужице. Она лакала воду, пока не почувствовала, что больше не может.

— Ты напился или будешь еще? — спросила она, оторвавшись.