КОМ-2 (Казачий Особый Механизированный, часть 2) - Ольга Войлошникова

— Когда одни орут за одно, а другие за другое? Да сколько влезет! Вспомнить только, как мы с техниками шагоходу сустав меняли — во была дискуссия!

Ангелина деликатно засмеялась:

— На самом деле я немного не это имею в виду. Дискуссионный клуб — не просто спор. Здесь вы должны научиться отстаивать позиции, которые, возможно, вам не очень близки.

— Это как так?

— Очень просто. Вы выбираете тезис из предложенных, готовитесь на эту тему, приходите и жеребьёвкой попадаете в одну из команд. Количество участников может быть очень разным. Сегодняшняя тема, к слову, большой интерес вызвала у общества, ожидаются большие команды и бурные дебаты. Итак, вы приходите и попадаете в команду «А» или в команду «Бэ». Следующий жребий определяет, какая из команд будет защищать этот тезис, а какая — опровергать.

— Ага… То есть я заранее не знаю, «за» мне придётся выступать или «против»?

— Именно! И в этом состоит прелесть. Вы учитесь видеть проблему с разных сторон и вставать на различные точки зрения.

— Эвона как…

— Кстати, человек вы, я вижу, близкий к армии?

— Очень даже.

— В таком случае я могу вам предложить тему, над которой вы, возможно, уже размышляли.

— И какая же? — я с интересом уставился на список.

— Не смотрите, там её нет. Дело в том, что тема ближайшего четверга снимается, она оказалась шире и сложнее, чем мы думали, и участники попросили дополнительное время для проработки материалов. Вместо неё утверждён вопрос: «Допустимо ли использование женщин в современной армии?» Времени осталось немного, а почти все студенты уже составили своё расписание, у нас не хватает участников. Соглашайтесь, вы очень меня обяжете…

Я чуть было не ответил по-армейски, мол, говно вопрос — но вовремя вспомнил, что передо мной барышня, и согласился со всей убедительной сдержанностью, на которую был способен.

В ПОИСКАХ

Сегодня по расписанию оказалось не три пары, а четыре. Все читали теорию, но в скором времени обещали и практику.

После не торопясь зашёл в столовую, перекусил — всё равно времени до семи оставалось более чем предостаточно. Решил пойти потихоньку. Пусть Иван и к семи подойдёт — я пока с местом определюсь, да выясню, какие там у них в тире условности. Мало ли, вдруг мне вовсе другое время дадут? Если вообще дадут.

Потопал, в общем.

Тренировочный парк представлял собой пространство весьма внушающих размеров. Я шёл и шёл — вроде, всё туда, куда надо, но что-то искомое место никак не проявлялось. Я уж начал думать, что, может быть, Великий князь имел в виду путь к дуэльному павильону из какой-нибудь другой точки университета — не оттуда, откуда выходили мы с Демидовым. Подавив порыв вернуться к началу, я решил, что лучше уж спрошу у кого-нибудь и прислушался. О! Вроде как, недалеко разговаривают, большая компания. Вскрикнул кто-то, кажись?

Я поспешил на голоса и вскоре разобрал весьма громкое:

— Подождите, я зачту! — и следом декламацию довольно издевательским голосом: — «Дорогая маманя! Такое со мной случилось диво дивное, что расскажи мне кто об этом неделей раньше, я ни за что б не поверил. Сам Великий князь Иван Кириллович не побрезговал, сел в столовой за один со мной стол и, указывая на меня рукою, называл меня товарищем…»

Так, погодите! А я ведь знаю, кто это мог написать! Но голос — точно не его!

А оратор продолжал изгаляться:

— «И сам же он заказал для меня обед. А ели мы…» Ой, умора! И дальше, господа, он в подробностях расписывает, что он ел, и из каких продуктов состоят блюда!

За кустами многоголосо загоготали. Здесь!

Я свернул на газон, проломился сквозь кусты и вывернул на соседнюю дорожку. Нет, это была даже небольшая площадка, посреди которой спиной ко мне стоял Панкратов, и даже шея у него была красная, а напротив, в кружке ржущих слушателей — неизвестный мне студент, зачитывающий вслух чужое письмо! Вот же скотина!

Я забыл, куда шёл, ужом проскользнул сквозь толпу и выдернул из рук насмешника изрядно уже измятый лист. А второй рукой, недолго думая, зарядил ему в рыло.

16. КАМЕШЕК, СТРОНУВШИЙ ЛАВИНУ

РАЗБИРАТЕЛЬСТВО

И понеслась! Веселящихся господ студентов, наверное, штук восемь вокруг толклось. Кинулись сразу все, изрядно мешая друг другу. Но даже если б они умнее организовались — у Харитонова на курсах и не такие замесы случались! Так что затоптать меня нахрапом не получилось. И пошла карусель! Падают, встают, снова прыгают… Честно вам скажу, в драке связно рассуждать не получается, особенно когда такая мешанина. Всё на старых рефлексах: что наработал — то и имеем. Только, кажется, вокруг меня куда уж больше девяти супротивников.

И тут раздался резкий звук свистка, и воздух сделался вязким, словно сахарный сироп. На руках у меня повисли два крепких молодца в полицейской форме, ещё дюжина принимала остальных участников событий — и дравшихся, и сбежавшихся поглазеть…

Спустя четверть часа мы все сидели в подобии большого конференц-зала, на сцене которого установили стол и пару стульев. На одном сидел хмурый капитан полиции, на другой поочерёдно приводили и усаживали кого-то из принятых, в кого капитан тыкал пальцем. Меж рядов прохаживались полицейские, приглядывающие, чтобы никто из задержанных (под страхом перемещения в карцер) друг с другом не разговаривал. На стол же водрузили небольшой приборчик, после чего всё происходящее на сцене сделалось неслышным и пошло мелкими муаровыми волнами, так что прочитать что-либо по губам более не представлялось никакой возможности.

Я сидел и досадовал: вот это, вашу Машу, сходил в тир…

Сидели долго — сперва опрашивали десяток свидетелей. Не знаю, что там они показали — все прибежали явно к разгару драки. Хотя, в свидетели попал и Денис.

Потом вызывали моих супротивников. И уж в конце — меня.

Капитан смотрел устало и тоже с какой-то досадой:

— Ваше имя,