По ту сторону зимы - Исабель Альенде

секретарша Лола, женщина полная и румяная, с невинным, как у монахини, выражением лица. Карлос принял Лусию за письменным столом, в третьей комнате, отличавшейся от остальных только тем, что там был цветок в горшке, чудом выживший в мрачной тени этого офиса. Карлос был явно в нетерпении.

Адвокату исполнился пятьдесят один год, и он буквально излучал жизненную силу атлета. Это был самый привлекательный мужчина из всех, кого Лусия когда-либо видела, испепеляющая страсть вспыхнула в ней тут же, ее обдало жаром, инстинктивным и всепоглощающим, который скоро преобразовался в восхищение его личностью и его работой. Несколько минут она сидела растерянная, пытаясь сосредоточиться на своих вопросах, а он в это время ждал, постукивая карандашом по столу и с трудом скрывая раздражение. Опасаясь, что он выставит ее из кабинета под каким-нибудь предлогом, Лусия, у которой глаза были на мокром месте, объяснила, что много лет провела за границей и что тема исчезнувших людей, которой она одержима, касается ее лично, поскольку ее брат тоже пропал без вести. Смущенный таким поворотом дела, адвокат придвинул ей коробку с бумажными салфетками и предложил кофе. Она высморкалась, сгорая со стыда из-за того, что потеряла контроль над собой перед этим человеком, которому наверняка приходилось тысячу раз сталкиваться с подобными случаями. Лола немедленно принесла растворимый кофе для нее и чай в пакетике для него. Передавая Лусии чашку, женщина на несколько секунд положила руку ей на плечо. Этот неожиданно добрый жест вызвал у Лусии новый приступ слез, отчего Карлос смягчился.

Потом они разговорились. Лусия старалась как могла, растягивала эту чашку, чтобы продлить общение. Карлос обладал сведениями, которые невозможно было добыть без его помощи. Более трех часов он отвечал на ее вопросы, пытаясь объяснить необъяснимое, и наконец, когда оба уже были совершенно опустошены, а за окнами наступила ночь, он предложил ей доступ к своим архивам. Лола ушла домой некоторое время назад, но Карлос сказал Лусии, что она может прийти еще и что секретарша поможет ей найти любые материалы, какие она захочет.

Во всем этом не было ничего романтического, однако адвокат отдавал себе отчет в том, какое впечатление произвел на эту женщину, а так как она показалась ему весьма привлекательной, решил проводить ее домой, хотя изначально терпеть не мог связываться со сложными женщинами, и меньше всего — с плаксами. Эмоциональных травм ему достаточно было на работе, где он ежедневно был с ног до головы опутан людскими бедами. Дома Лусия предложила ему попробовать «Писко Сауэр»[38] по ее собственному рецепту. Позднее она всегда шутила, что оглушила его водкой и обольстила искусным колдовством. Эта первая ночь прошла в тумане от «Писко» и вызвала взаимное удивление оттого, что они оказались в одной постели. На следующий день он ушел очень рано, простившись с ней целомудренным поцелуем, и больше она ничего о нем не слышала. Карлос не позвонил ей и не отвечал на ее звонки.

Через три месяца Лусия Марас без предупреждения появилась в конторе Урсуа. Секретарша Лола, печатавшая на машинке с тем же рвением, что и в первый раз, сразу же узнала Лусию и спросила, когда та хочет приступить к архивным материалам. Лусия не стала говорить ей, что Карлос не отвечает на звонки, поскольку предполагала, что она и так об этом знает.

Лола провела ее в кабинет начальника, принесла чашку растворимого кофе с порошковым молоком и попросила запастись терпением, поскольку Карлос ездит по судам, однако не прошло и получаса, как тот пришел, — ворот рубашки расстегнут, пиджак перекинут на руку. Лусия встретила его стоя и без предисловий объявила, что она беременна.

У него было такое выражение лица, как будто он абсолютно ее не помнит, хотя он заверил, что так только кажется, что он, конечно же, прекрасно помнит, кто она такая, и хранит наилучшие воспоминания о той ночи с «Писко Сауэр», а выражение лица вызвано тем, что сюрприз произвел на него ошеломляющее действие. Когда она объяснила, что для нее это, может быть, последняя возможность стать матерью, он сухо попросил сделать анализ ДНК. Лусия уже собралась уйти, решив, что будет воспитывать ребенка одна, но остановилась, вспомнив собственное детство без отца, и согласилась. Анализ подтвердил отцовство Карлоса без малейших сколько-нибудь основательных сомнений, и тут же его недоверие и раздражение исчезли, уступив место искреннему воодушевлению. Карлос объявил, что они должны пожениться, потому что для него это тоже последняя возможность преодолеть ужас перед браком и он хочет стать отцом, хотя по возрасту скорее годится в дедушки.

Лена предрекала Лусии, что этот брак продлится самое большее несколько месяцев из-за разницы в возрасте в пятнадцать лет и еще потому, что, как только младенец родится, Карлос Урсуа сбежит; такой убежденный холостяк, как он, не выдержит плача новорожденного ребенка. Лусия приготовилась к подобному развитию событий, подойдя к реальности философски. В Чили закона о разводе не было до 2004 года, но существовали обходные пути для расторжения брака благодаря подставным свидетелям и снисходительным судьям. Этот метод был таким распространенным и таким эффективным, что семьи, которые прожили в браке всю жизнь, можно было по пальцам пересчитать. Лусия предложила будущему отцу после рождения ребенка разойтись и остаться друзьями. Она была влюблена, но понимала: если Карлос будет чувствовать, что его загнали в ловушку, он ее возненавидит. Он отверг ее предложение, посчитав его аморальным, и она осталась с мыслью, что со временем и привычкой к близости он тоже сможет полюбить ее. Она постарается добиться этого любой ценой.

Супруги стали жить в доме, который Карлос унаследовал от родителей; дом был в плохом состоянии и находился в квартале, обезлюдевшем, когда Сантьяго распространился до подножия холмов, где предпочитали жить люди со средствами, подальше от ядовитого тумана, висевшего над городом. По совету матери Лусия отложила изыскания, связанные с книгой, потому что тема была слишком зловещая и это могло навредить психике вынашиваемого ребенка; не пристало начинать жизнь в утробе женщины, которая разыскивает трупы, сказала Лена. Впервые она так назвала пропавших без вести, будто накрыла сына могильной плитой.

Карлос полностью принял теорию свекрови и твердо придерживался решения не помогать Лусии с ее книгой до самых родов. Эти месяцы-ожидания должны проходить в радости, нежности и покое, говорил он, однако в Лусии беременность разбудила невиданную энергию, и, вместо того чтобы вязать пинетки, она решила покрасить дом, как внутри, так и снаружи. Она стала посещать практические курсы и дошла до того, что перетянула