Вампир в Атлантиде - Алисия Дэй

– Что? Нет, не влюбился, но и не убил ее. – Дэниел перенес Серай через упавшее дерево. – Мы идем в правильном направлении?

Атлантийка снова закрыла глаза, почти на минуту, а потом кивнула.

– Я очень устала, но все еще чувствую «Император». Он остается на месте. Насколько я могу судить, ведьма пока с ним ничего не сделала. Может, они спят?

– Вероятно. Но прежде мы чуть не столкнулись с вампирами, и если они из могущественного ковена, то спать не будут.

Серай на секунду оперлась на Дэниела, затем глубоко вдохнула и снова пустилась в путь.

– Зачем ведьме помогать вампиру? С какой стати им вообще сдался «Император»? И откуда они услышали про этот камень?

– Кто знает? Я не особо разбираюсь в истории Атлантиды, и не ты одна проспала большую часть времени. Я провел в забытьи девять тысяч лет, надеясь, что ужас, который я видел – и зло, что я натворил, – когда-нибудь сотрутся из памяти.

– И получилось?

– Нет, – ответил он, так сильно пнув бревно, что то рассыпалось в щепки. – Не сработало. Но я не должен забывать, что сделал. Я заслужил свой личный ад.

– Но ты помнишь не только плохое, ты не забыл меня, – тихонько заметила Серай.

– Да, тебя я не забыл. – Дэниел остановился и резко притянул атлантийку к себе, желая почувствовать любимую в своих объятиях. – Я никогда тебя не забуду, даже когда к тебе вернется рассудок и ты меня оставишь. Но обещаю, что и ты меня не забудешь.

С отчаянной страстью Дэниел впился поцелуем в губы Серай, завладевая ими – ею, – хотя знал, что никогда не будет достоин удержать любимую. Вампир целовал ее так, будто находился на краю гибели, а принцесса являлась его единственным шансом на спасение.

– Помни это, – яростно приказал Дэниел. – Помни прикосновение моих губ, помни ощущение моего тела рядом, когда однажды найдешь себе идеального атлантийца.

Серай начала было возражать, но он заставил ее замолчать, целуя так страстно и пылко, что мог даже притвориться, будто эта красавица принадлежит ему навсегда. Воспротивься она, и он смог бы прийти в себя.

Но Серай притянула Дэниела ближе, и он пропал.

Через несколько долгих минут, он поднял голову, достаточно оправившись, чтобы понять: они стояли на незащищенной тропинке, а враги бродили совсем неподалеку. Серай прижалась к нему, дрожа всем телом. Вампир никогда ничего в своей жизни так не хотел, как раздеть любимую, овладеть ею, погрузиться членом в эту теплую сладость, сделать Серай своей.

Ага, нашел время.

– Я люблю тебя, – призналась она.

И земля ушла у Дэниела из-под ног.

Он открыл рот, но издал лишь хриплый, полузадушенный звук, а потом наконец заставил свой мозг работать и выдал:

– Ты не умеешь выбирать время.

Серай так широко распахнула сиявшие словно звезды глаза, что они казались огромными на ее бледном лице. И только Дэниел успел понять, как же он мог глубоко обидеть принцессу своими словами… как она рассмеялась.

Да так, что согнулась вдвое, схватилась за живот и все продолжала и продолжала хохотать, вводя спутника в ступор. Сумев наконец перевести дыхание, атлантийка встала на цыпочки и поцеловала Дэниела в подбородок.

– О, любовь моя. Ты в душе все еще тот самый кузнец, так? Я боялась, что ты слишком элегантный, могущественный и утонченный для меня, бедной неопытной девственницы, но ты все еще мой Дэниел, верно?

Он отвернулся от Серай, разглядывая окрестности: небо, деревья и реку. Все, что угодно, только бы не смотреть в прекрасное, невинное, полное надежды лицо атлантийки.

– Я никогда не смогу быть твоим Дэниелом. Забудь того мальчишку, того глупого, бесполезного кузнеца. Мы были наивными детьми, а сейчас мы слишком взрослые и опытные, чтобы верить, будто мечты сбываются.

– Но, Дэниел…

– Нет. Ты заслуживаешь лучшего, а я – смерти, которую искал в тот день, когда попал в Атлантиду и нашел тебя.

Когда вампир осмелился взглянуть в глаза Серай, все следы смеха и веселья исчезли с ее лица.

– О, Дэниел. «Взрослые» и «опытные» вовсе не означает «безнадежные» и «отчаявшиеся». – Серай потянулась к вампиру, но тот отпрянул и указал на стену из красного камня примерно в сотне ярдов от них, поворачивавшую куда-то вбок.

– Я знаю эти скалы. За каменным сооружением, которое с другой стороны горы построили Синагуа, скрыта пещера. Это убежище выходит в маленький каньон. Индейцы вырубили в скале каменные ступени, по которым мы сможем спуститься еще глубже и там переждать день. Солнце скоро встанет, да и в любом случае тебе надо отдохнуть.

Серай покачала головой, демонстрируя обычное упрямство, но, не успев возразить, вдруг закричала и упала на землю, дрожа и извиваясь всем телом.

Раскаиваясь в своей грубости, Дэниел подбежал к атлантийке, схватил на руки и крепко обнимал, пока не прекратились спазмы. Ну почему он не сказал ей то, что она хотела услышать? Если чертово волшебство «Императора» прикончит Серай, то по крайней мере несколько недолгих часов она будет счастлива. Вампир на все лады проклинал свою глупость, когда принцесса вновь обрела голос:

– Ведьма… она снова использует камень. «Император» неподалеку, скоро мы до него доберемся. Похоже, она учится им управлять. Не знаю, сколько еще я смогу вынести. – Закашлявшись, Серай оперлась на Дэниела, пока приступ не закончился, а потом хрипло продолжила: – Отдых. Ты прав. Мне нужно отдохнуть. Я ничем не помогу сестрам, если расклеюсь еще до того, как найду аметист.

Взяв атлантийку на руки, Дэниел подошел к отвесной стене, крепко прижал голову Серай к своей груди и принялся взбираться вверх к пещере по вырубленным в камне ступенькам. Вампир не позволял спутнице смотреть по сторонам до тех пор, пока не внес ее внутрь укрытия, подальше от входа, чтобы боязнь высоты не отняла у бедняжки последние силы. Дэниелу претило делать хоть что-то, что могло напугать Серай, но снаружи, особенно в лучах восходящего солнца, было небезопасно.

– Отдыхай, ми амара, – сказал он. – Нам нельзя разжигать тут костер, вдруг у вампиров есть сообщники-люди, способные заметить огонь.

Серай кивнула и привалилась к стене, явно устав донельзя, даже не в силах ни спорить, ни говорить. Дэниел достал из рюкзака одеяла и сделал для нее что-то вроде постели, а затем лег рядом и притянул атлантийку в свои объятия, устроив ее голову у себя на плече.

– Расскажи мне о той башне, – тихо попросил вампир решительным голосом.

Он должен узнать всю правду.

Серай закрыла глаза, словно не в силах на него смотреть, и заговорила:

– Даже мягкая земля дворцовых садов не спасет, если упасть с определенной высоты. Я разбилась.