Связанные с Рождения - Елена Богданова

- Кай, перестань… - оттолкнула я его. - Дай мне лучше попить.

- Надо хозяину сказать…

- Стой! Не надо, пока. Где он?

- Он на занятиях. И просил сразу ему сообщать о всех твоих изменениях.

- Подожди. – придержала я его за руку. – Как все?

- Не волнуйся. – сжал мою ладонь. – Все виновные наказаны. Ребята все уже пришли в себя и даже вышли на учёбу…

- Вышли? – Как так? Они же были так истощенны.

- Да. – удивился он, а потом его словно осенило: - Лиса, ты была в отключке пять дней.

- Так долго?

- Поэтому надо срочно сообщить хозяину, - он начал подниматься с кровати, - а то он меня закроет в вольере, а я на охоту хочу…

- Стоп, стоп, стоп, Кай! – я опять схватила его за руку. – Дай, сначала попить.

- Точно! – вдарил он себя по лбу. Простой жест, но он никак не вяжется с нечистью. Так делают лишь люди. Кай поднёс к моим губам носик чайничка и непреклонным тоном потребовала: – Пей.

Странно. Я ведь сама просила пить. Приоткрыла рот и тут же поняла – горло обожгло кисло-горькое снадобье. Ненавижу эликсиры на травах, хотя сама их и делаю.

- Можно просто воды? – откашлявшись, прохрипела я. Дрянной вкус зелья сковал все голосовые связки.

- Нельзя. – прищурился Кай, высматривая остатки жидкости в чайнике. - Настойка закончилась. Я пойду, сделаю. Потерпи.

- Спасибо.

- Об чём речь? – улыбнулся змей, показывая свои клыки. Мамины слова. – Главное, что ты пришла в себя, девочка.

Как только дверь за Каем закрылась, я попыталась устроиться поудобнее на кровати. Благодаря Джине я немного размяла затёкшие мышцы, пока пыталась увернуться от её счастливой моськи. А вот слабость и легкое головокружение никуда не делись. Да ещё тело стало потряхивать – регенерация вытягивает слишком много энергии. Только я заворочалась, Джина тут как тут, под руку лезет, ласки просит. Потрепала по лохматой голове и получила от неё волну тепла. Ментальная связь действовать, что ли начала? Только устроилась в подушках, как послышались торопливые уверенные шаги. Тук-тук-тук. Шаги приближались, а моё сердце набирало обороты. Ещё не видя, я точно знала кто это. Звуки шагов смолкли, и на пороге застыл Жека. Под его изучающим взглядом я побоялась шелохнуться. Он медленно проходится по моему телу и возвращается к глазам. И глядя в эти безумные глаза, меня накрывает волной необъяснимых чувств. Их столько, что я не успеваю их всех пережить, но точно знаю, что они не мои. Хотя нет. Доля всё же и моих. От нестерпимой радости, до боли. И облегчение, и доля злости. Немного растерянности, но всё же больше какой-то решимости. Впитываю их все и сама непроизвольно отражаю.

- Привет. – шепчу.

Он срывается и словно сумасшедший, ощупывает мои руки, ноги, как до этого делал Кай. Я заливаюсь смехом и начинаю уворачиваться от его рук, при этом безжалостно лупя, куда попало.

- Жеее… ка, преех… крати… - Задыхаясь, выговорила я. Ничего не могу поделать, боюсь щекотки до потери пульса.

К этой сумасшедшей игре присоединяется и Джина. Начинает гавкать, прыгать, без разбора прихватывать зубами.

- Всё - всё! Сдаюсь! – оттолкнула от себя неугомонный комок шерсти.

- Лисёнок, девочка, - повторял как заведённый, - вернулась. Больше так не делай. Я чуть с ума не сошёл… - его руки перестали метаться в агонии, и он уткнулся носом в мою ладошку, вдыхая запах. – Не оставляй меня. Обещай мне.

Он посмотрел мне в глаза, и я вспомнила, как когда-то говорила ему подобные слова. В груди всё сжалось от воспоминаний, я замерла. Сколько слёз было пролито тогда…

- Ну, меня не было всего пять дней, - выдавила я из себя, судорожно втягивая воздух. – А тебя не было в моей жизни почти пять лет.

Жека дернулся, словно от пощёчины, но руку мою не выпустил. Я дернулась вместе с ним, понимая, обидела. Но и он меня тогда обидел. Я же просто сказала правду. Разве нет? Зачем сейчас смотреть на меня так будто я выворачиваю ему душу?

- Признаю, был не прав. – хрипло проговорил он. – Но у меня были на то веские причины.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Как выясняется, они были решаемы. – Зачем мы начали этот разговор? У меня сейчас нет ни сил, ни желания его вести… Я не могу анализировать свои слова, чувства, которые вовсе мне кажутся чужими…

- Обещаю всё исправить. – сжал мои пальцы. Хм. Самоуверенный какой… А что исправлять? Исправлять-то нечего. Ничего же и не было…

- Много времени прошло. – попыталась вырвать ладонь, но кто мне даст. – Я изменилась. Да и ты, наверняка.

- Но чувства не измены? – с надеждой спросил он, заглядывая мне в глаза. Хочет увидеть, совру ли я? Не совру…

- Всё в этом мире переменчиво. – Просто не признаюсь, что стали глубже и сильнее… - Мои чувства не исключение.

- А мои остались прежними, - с долей сожаления в голосе, произнёс он, выводя круги большим пальцем на тыльной стороне моей ладони. Что он имел в виду? Что я для него всё тот же ребёнок? – Я всё также люблю тебя.

Так – это как? Как сестру? Как дочку своего друга? Как? Так же? Почему-то вместо чувства, которое окрыляет, после признания в любви, я чувствую растерянность и злость. Потому что не могу понять в той буре эмоций, какие чувства сейчас мои, а какие приходят извне? И непонятно чьи они: мужчины напротив или же Джины, что лежит у меня в ногах и смотрит на меня своими синими глазищами? Перевожу взгляд с одного на другую, и не знаю, что сказать. И надо ли что-то говорить?

- Я… я… - почему-то начинаю запинаться и не могу сформулировать речь.

- А вот и я! – произносит радостно Кай, прерывая тем самым мои метания. – Надеюсь, ты не успела умереть от жажды?

- Нет. Спасибо, Кай. – выхватываю из его рук чайничек и преподаю к носику, благодаря его за то, что он избавил меня от терзаний. Пью, даже вкуса не замечая. Хотя гадость ещё та, эти восстанавливающие эликсиры.

- Хозяин, - жалобно протягивает Кай, - а можно мне на охоту сходить, размяться? Здесь я