Связанные с Рождения - Елена Богданова

расходиться, смешался с толпой. У меня ещё лекция дополнительная сегодня стояла, но все были так взбудоражены, сомневаюсь, что они усвоят материал. Скорее всего, придётся просто провести вводную лекцию, обозначив, какие темы хочу с ними пройти и распущу их праздновать.

Лекции мне еще вести не приходилось. Аудитория оказалась просторной, ступенчатой и очень светлой. Солнце безжалостно лупило в огромные окна. Если бы не магия, воздух в комнате уже прогрелся бы до состояния песка в пустыне. Когда я вошёл, в аудитории наступила тишина. Даже муха опустилась на один из длинных столов и на цыпочках ушла подальше. На меня все смотрели настороженно и вопросительно. Прошёл за кафедру и оглядел группу. Все встали и вытянулись по струнке. Да. Последнее время я хожу мрачнее тучи и рычу на всех.

– Садитесь, – разрешил, и все рухнули, как подкошенные.

Выдержав небольшую паузу, обвёл взглядом всех, задержав его на ребятах. Сегодня в их группе появился Полехин. Хорошо. На какой-то миг уголки губ дрогнули и я объявил:

– По результатам проверки ваша группа в полном составе прекрасно себя показала, поэтому вам я уделю особое внимание. С завтрашнего дня у вас увеличиваются часы боевой и защитной подготовки, которые буду вести я.

Если бы адепты не сидели, то они бы ещё раз рухнули после таких известий.

– В конце года? – осмелился уточнить кто-то с задних рядов.

– Да, кадет Романов, я рад, что вы понимаете, что у вас осталось мало времени, чтобы подтянуться до требуемого уровня и заниматься придётся в усиленном режиме.

Я посмотрел на студента, а тот съёжился, будучи уже не рад, что спросил.

– Ещё вопросы есть?

В аудитории хмуро молчали. Я их понимал: все расслабились после учений и уже планируют, как будут проходить практику, а тут я со своими занятиями. Но ничего. Алиса придёт в себя, и я ослаблю нагрузку.

– Раз нет, то начнем лекцию. – объявил всем.

Оказывается, вести лекции, даже вводные, довольно утомительно. Уж лучше на полигоне гонять. Решил перед уходом, заскочить к директору и поставить его в известность о дополнительных занятиях.

- Долго же тебя пришлось ждать.

Голос раздался с боку, а точнее – из глубокого кресла. При этом само кресло едва слышно скрипнуло. Точно боялось выразить свою жалобу громче. И мне показалось, облегченно выдохнуло, когда оккупировавший его Тоха встал и повернулся ко мне.

– Как Алиса?

- Всё так же. – ответил я, протягивая руку. – Ты по делу?

- Агентам удалось найти Надин. – ответил он, пожав мою руку в ответ.

- Кого? – я посмотрел на Александра Геннадьевича.

- Мать Мельника. – ответил тот.

Совсем вылетело из головы. Мы как нашли эту Юлю, и выяснили, что она отправила мать Дани за Щит, так я потерял к этому интерес. Разборки Ковена не входят в число моих служебных обязанностей. А уж бабские разборки, вообще не по моей части. Навицкий-старший с Верховной хорошо там поработали, поэтому нам туда соваться смысла не было. А вот за Щит пришлось послать наемников.

- Парню сообщили? – задал вопрос, не задумываясь, зачем мне эта информация.

- Да, но что-то мне подсказывает он не рад этим новостям.

- Что так?

- А то, - ответил Алёхин, - что пока Верховная и Александр Геннадьевич пытались предотвратить бунт, она спокойно проводила время с местным владыкой, земли которого находятся вблизи Щита. Таким образом, она скрывалась ото всех, и возвращаться, не намерена.

- Что ж, её право. – пожал плечами. - Мы своё дело сделали. Это мои дополнительные занятия. – положил на стол перед директором листок с расписанием. – На сегодня у меня всё. Ты зайдёшь? – обратился к другу.

- В другой раз. – отмахнулся тот. – Мне нужно к ужину домой успеть или Дашка мне голову открутит.

Их отношения начинались не очень романтично, скорее, по принуждению. Но потом всё как-то закрутилось и вот уже на свет скоро появится четвёртый Алёхин. Чувствую, скоро Академию можно будет переименовывать. Девки им точно не дождаться.

Только переступил порог дома, меня встретил Кай:

- Наконец-то! – воскликнул он, улыбаясь. - Там Алиса…

Неужели? Я бросился на второй этаж, быстрее ветра взлетев наверх, не дослушав, что он хотел сказать. Стоило открыть дверь её комнаты, как в ноги бросилась краши, поскуливая и виляя хвостом. А я... я замер на пороге, смотря в любимые синие глаза. Один зрительный контакт с ней, и меня раскатывает.

- Привет. – долетает до меня её слабый голос.

Глава 20

Сознание ко мне приходило постепенно. А вот мысль: «Сколько можно?» пролетела моментально. Сначала пролетела мысль, потом тишина. Тишина – это хорошо же… или нет? Глаза открывать почему-то боялась. Боялась увидеть белый потолок, так как моё тело странно содрогалось, словно по нему проходили волны. В прошлый раз, моё тело покачивалось. Сразу захотелось пить от мысли о воде. Я чувствовала, как ноют мои мышцы от долгого лежания. Хотела чуть пошевелиться, но поняла, что не могу. Ну, что подаем признаки жизни или ещё подождём? Прислушалась. Услышала лишь своё дыхание и ровное дыхание рядом. Втянула воздух. Чуть сладкий, едва уловимый запах воскресил во мне образ демона. Его едва слышный шёпот жива… Сработало… Подняла руку, убедилась, что на шее нет злополучного метала. Вздохнула полной грудью, заполняя лёгкие родным запахом, и облегчённо выдохнула. Дома… Так. А почему руки двигаются, а нижняя часть тела нет? Меня что пролизывало? Открыла всё-таки глаза и наткнулась на выжидающий взгляд голубых глаз.

- Джина… кхм… кхм… - звук, вырвавшийся из моей груди, был похож на скрип ржавых петель.

Мне нужно смочить горло. Попыталась сдвинуть краши, что так удобно расположилась на мне. Это из-за неё я не чувствовала своего тела. Такая маленькая, а тяжелая. Осторожно повернув голову, попыталась разобраться, где нахожусь и есть ли кто ещё. Прекрасно. Я в комнате совершено одна. Ну, не одна, а с краши.

- Слезь с меня. – толкнула её.

И эта засранка слезла, но начала вертеться юлой по кровати, лизать моё лицо, только руки подставляй и уворачивайся, и звонко тявкать.

- Джина, прекрати… ха-ха-ха… перестань…

- Ей! Ей! – раздался сбоку голос Кая. – Комок шерсти, ты чего, с ума сошла? - И этот комок шерсти вздёрнули за шкирку, тем самым убирая от меня. – Алиса!

Джину бросили опять на кровать, а меня