Девятая жизнь нечисти - Алексей Атеев

– Охрана! – рявкнул Иван Иванович. – Залп в воздух и немедленно по своим местам! Всем лишним покинуть площадку!

Нестройно прогремели автоматные очереди. Толпа отпрянула от изгороди, только запутавшийся в колючей проволоке малец от ужаса и боли верещал, как зарезанный. Иван Иванович собственноручно освободил исцарапанного ребенка и сдал его врачам «Скорой помощи», потом вернулся к нам.

– Дальше что делать?! – закричали мы.

Казалось, начальник тоже пребывает в недоумении. Он задумчиво и несколько растерянно оглядел нас.

– Нужно позвонить… Вы пока отдыхайте… – И он убежал. Естественно, ни о каком отдыхе никто не помышлял. Все столпились у края раскопа. Человека три, и в первую очередь, конечно, Вова, принялись за самостоятельные исследования. Они без всякого стеснения копались в костях. Остальные просто наблюдали – кто с брезгливостью, кто с неподдельным интересом. Почти сразу же последовали первые находки. Первооткрывателем стал все тот же Вова.

– Эй, ребя, глядите! – заорал он. В руке его тускло поблескивал золотой крестик на цепочке.

– Ну вот, – заметил стоявший рядом со мной Суббоч, – золотая лихорадка началась… Каковы, интересно, будут ее последствия?

Узрев первую находку, к доморощенным «археологам» присоединились еще человек пять. Даже комсомольский деятель Звягин не побрезговал копаться в костях. Кроме меня, не поддались общим настроениям только доцент, Жорка да Сема Рубин. Нужно прямо сказать, меня так и подмывало присоединиться к остальным. Особенно когда я увидел, что извлекают из костей. Тут были монеты, в основном медные и серебряные, нательные кресты, обручальные кольца… Но меня остановил возглас Геракла.

– Мародерство! – презрительно произнес Жорка и сплюнул.

– Ага-ага! – закричал подошедший сзади начальник. – Гробокопатели за работой! Ну и как? Удачно? Есть находки? Предъявите результат!

– Ничего интересного, – авторитетно сообщил вскочивший с земли Звягин. – Так, мелочовка всякая…

– А у тебя, рыженький? – обратился Иван Иванович к Вове. – Уж ты наверняка что-нибудь ценное раскопал?

Вова лишь досадливо отмахнулся: мол, не мешай.

– А ну-ка встать! – загремел Иван Иванович. – Ты где находишься?.. Ты кому это ручкой машешь?.. С тобой разговаривает майор!

Жорка незаметно толкнул меня в бок.

Вова нехотя поднялся.

– Я к тебе давно приглядываюсь! – продолжал орать на Вову Иван Иванович. – И ты мне изрядно поднадоел. А ведь я могу тебе основательно испортить жизнь. Из университета ты вылетишь и загремишь в армию. И зашлют твою рыжую башку, куда Макар телят не гонял. Это в лучшем случае. А в худшем можно возбудить уголовное дело.

– За что это? – пренебрежительно спросил Вова.

– За сокрытие изделий из драгоценных металлов, извлеченных из земли и приравниваемых к кладу. Годика три впаяют. Усек? Давай показывай, что нашел. И остальные тоже выворачивайете карманы. Так. Неплохо, – заметил он, увидев крестик и золотую монету. – Вот что, товарищи студенты! Золотые вещи сдавать обязательно, серебро можете оставлять себе. И перед тем как… – он сделал паузу, – …тревожить усопших, советую надеть защитные костюмы или хотя бы респираторы.

– Что дальше делать? – спросил у Ивана Ивановича Суббоч.

– Сейчас приедет начальство. Ученые, представители городских властей, медицина… Пусть решают. Но, я думаю, будем продолжать работы. А пока идите к палаткам. Не хватало еще, чтобы увидели, как роются в костях.

И действительно, примерно через час, а может, и два появились черные «Волги», из которых вылезли солидные люди, один даже в генеральском чине, и чинно проследовали на раскоп. Мы издали наблюдали за происходящим. Иван Иванович что-то объяснял, указывая рукой то на кучу костей, то на нас. Прибывшие взволнованно жестикулировали и общались на повышенных тонах. Особое оживление вызвала демонстрация находок. Послышались возмущенные вопли. Потом, как видно, началось бурное обсуждение ситуации, однако вскоре решение было принято, и начальство покинуло раскопки. Нам показалось, что сделали они это весьма поспешно. Подошел Иван Иванович. Он был красен, потен и раздражен.

– Вот что, орлы! – с ходу заявил начальник. – На сегодня довольно. А завтра с утра продолжаются работы. Вначале полностью уберем насыпь, перекрывающую захоронение, а потом займемся костями.

– И что с ними будем делать? – спросил Суббоч.

– Вывозить, – неопределенно отозвался Иван Иванович.

Наступил вечер. Мы поужинали и расположились у костра. Большинство прихватило с собой из дома горячительные напитки, в основном вино. Выпили понемногу, но общего веселья не наблюдалось. Какая-то непонятная тревога витала над площадкой. Не слышно было даже разговоров. Так. Отдельные реплики… Но постепенно беседа все-таки завязалась.

– Сколько же людей здесь лежит? – не то спросил, не то просто изумился кто-то из нас.

– Надо думать, тысячи, – отозвался Суббоч. – Если здесь действительно хоронили с незапамятных времен, то, возможно, десятки тысяч.

– Ужас! – вздохнул Звягин.

– А чего тут ужасного, – сказал Вова. – На обычных кладбищах разве меньше народу? Много больше! Как говорится, все там будем.

– Так-то оно так, – отозвался Звягин, – но те, кто покоится в могилах, схоронены по-человечески, а не как скотина неразумная…

– Не все ли равно, – равнодушно произнес Вова. – Покойнику без разницы.

– Ты думаешь? – с интересом спросил Суббоч.

– А разве нет? Вы что же, считаете: физическая смерть – еще не конец?

– Вопрос весьма интересный, особенно на здешнем фоне…

– Может, и в бога верите?..

– К чему эти диспуты? – встрял Звягин. – Давайте отдыхать.

– А мне кажется, – вступил в разговор Сема Рубин, – что это место словно проклято. После того как мы вскрыли братскую могилу, у меня возникло странное чувство, словно все те, что лежат здесь вперемешку, присутствуют рядом с нами.

– Еще один мистик выискался, – насмешливо сказал Вова. – Ты же, Семка, биолог. А биологи лучше других знают, что вся эта ахинея про бессмертную душу и загробную жизнь – выдумки попов. Есть только смерть и распад. Все! Остальное – сказки. Нужно жить сегодняшним днем, пользоваться случаем, ловить момент… Я лично знаю только одно: здесь, среди этих костей, лежат большие ценности. Мертвым они не нужны, а мне пригодятся.

– А не боишься? – спросил доселе молчавший Жорка.

– Чего? Угроз этого урода, как там его… Ивана Ивановича… Я, говорит, майор! – Вова захохотал. – Клал я на его звезду.

– Тише, услышит! – испуганно прошептал Звягин.

– Не услышит! Он в город укатил. Я видел… И лейтеха этот вместе с ним. Так что здесь осталась только солдатня. Но им до нас дела нет. Ты же видел: солдатики – в основном чучмеки, они и по-русски-то толком говорить не могут. Я вот что кумекаю… – Вова замолчал, видимо, обдумывая дальнейшее. – Как стемнеет, двину туда… – он махнул рукой в сторону могильника. – Пока есть возможность, пошурую среди косточек… авось еще что сыщу. Если есть желающие, можете присоединяться.