Призрак дракона - Патриция Бриггз

— Почему-то я жутко нервничаю. У меня такое впечатление, что за нами пристально наблюдает кто-то невидимый.

— Эй, не стойте на дороге, — крикнула Бастилла, и я оглянулся. Она все еще сидела верхом на коне. — Если мы собираемся заночевать на этом заброшенном холме, то нам следует поторопиться. Надо успеть разбить лагерь, пока не стемнеет.

Мы двинулись дальше. Подъем становился все более крутым, и, почувствовав, что уже задыхаюсь и что ноги подкашиваются, я выпустил из рук поводья Нарцисса и, вспомнив про старинный метод горцев забираться на возвышенность, схватил его за хвост. И лишь в это мгновение подумал о том, что мой жеребец не приучен к подобному. Но Нарцисс не лягнул меня и не начал возмущаться, лишь повернул голову, окинул меня вопросительным взглядом и, все поняв, зашагал дальше, вслед за мерином Пенрода. Моя Душа наполнилась благодарностью.

Поднявшись таким образом на несколько футов, я обернулся.

Тостен тоже ухватил коня за хвост. Бастилла наконец спрыгнула с лошади и терпеливо, хоть и очень медленно, шагала с ним рядом. А Орег шел так легко, словно всю свою долгую жизнь только и делал, что взбирался на холмы. Перышко, привыкшая возить гораздо более тяжелого ездока, без труда несла Сиарру.

Когда обе они миновали нас, Нарцисс, может, из нежелания уступать Перышку в выносливости, прибавил шагу. То же самое пришлось сделать и мне.

Хотя на вершине холма было еще светло, нашу тропу окутывал полумрак — тени от деревьев. Наступив на какую-то кочку, я споткнулся и потерял равновесие. Вместо того чтобы крепче сжать хвост Нарцисса, я схватился за расколотую каменную колонну, встретившуюся мне на пути с левой стороны.

Когда я очнулся, понял, что лежу на земле. Надо мной склонялся незнакомец в странной мантии с вышитыми знаками. Подобных одеяний я не видел никогда в жизни. А по небу летел дракон — свирепый и зловещий, покрытый синими с золотом чешуйками.

В лице незнакомца было что-то странное, что-то до боли знакомое, наверняка связанное с Хурогом…

Хурог.

Я моргнул и увидел, что надо мной склоняется Тостен. Его глаза выражали неподдельную тревогу.

— Ты не ушибся, Вард? Что произошло?

Хороший вопрос, подумал я. Вопрос, на который я сам не могу ответить.

Наверное, мое странное состояние длилось недолго. Ко мне подбежал Орег.

— В чем дело? — спросил он.

— Я споткнулся, — солгал я. В том, что в моем падении был виноват расколотый столб, не было сомнения. — Трава здесь такая мягкая, что даже вставать не хочется.

Обратив внимание на то, что моя рука до сих пор касается странного столба, я резко отдернул ее и ощутил, как покалывающая боль в кисти мгновенно исчезла. Теперь я чувствовал себя нормально, только голова гудела.

— Все в порядке! — провозгласил я, поднялся на ноги и ударился о бок Нарцисса. Тот окинул меня недовольным взглядом. — Пойдемте наверх!

Я очень надеялся, что тени деревьев скрывают от окружающих страх, наверняка отражавшийся на моем лице. То, что утром мне казалось интригующим, теперь все больше пугало.

Только бы Орег не задумал ничего дурного, предложив нам ехать в это проклятое место, размышлял я, шагая вперед.

Когда мы достигли вершины холма, Аксиэль, Пенрод и Сиарра уже чистили своих лошадей. Нарцисс нетерпеливо ударил по земле копытом, прося меня поскорее освободить его и отвести к собратьям.

— Можно осмотреться, — сказала Бастилла, стреножив коня. — Стоит взглянуть, не оставили ли здесь монахи чего-нибудь интересного.

Пенрод озабоченно сдвинул брови и взглянул в небо.

— У нас не так много времени до темноты.

Сиарра подошла ко мне и многозначительно посмотрела на собственные ступни.

Я понял, что она хочет сказать. Но не был уверен после того, что случилось со мной, что отпускать ее безопасно.

— Ладно, иди. Тренироваться сегодня мы все равно уже не будем, — нехотя произнес я. — Но будь предельно осторожна и аккуратна. Эти места принадлежали когда-то богу. Не забывай о почтительности и ничего не касайся.

Как только последние слова слетели с моих губ, Сиарра и Бастилла тут же скрылись из виду. Тостен и Пенрод, приведя в порядок своих жеребцов, последовали за ними. Аксиэль достал из вьюка топорик и принялся расчищать место для костра. А Орег с безразличным видом начал собирать сухие ветки, валявшиеся на земле.

Я неспешно почистил Нарцисса и расчесал его гриву и хвост. Он нетерпеливо постукивал копытами, мечтая поскорее присоединиться к остальным лошадям. Я не стал стреноживать коня, потому что доверял ему.

— Пойду пройдусь, — сообщил я, отведя Нарцисса на то место, где уже отдыхали другие кони и Перышко.

Аксиэль проворчал что-то неразборчивое себе под нос, а Орег оставил ветки там, где находился, и безмолвно приблизился ко мне.

Не знаю, кто принял это решение, но мы остановились на ночлег на небольшом расстоянии от основных построек бывшего города, оказавшись, таким образом, в самой северной части вершины холма, самой удаленной от Эстиана. От разрушенного города нас отделяли руины одной из величественных башен храма.

Вершина холма представляла собой ровную площадку, достигавшую по размерам акров шести. Несмотря на то что склоны были покрыты деревьями, здесь росла только трава. Скорее всего когда-то вершину выложили каменными плитами. Теперь их засыпало землей, но настолько тонким слоем, что ничего, кроме травы, тут не могло произрастать.

— Скажи, для чего ты привел нас сюда, Орег? — попросил я, когда мы удалились на приличное расстояние от нашего лагеря.

Орег отвернулся, и я не мог видеть выражения его лица.

— Не исключено, что наше появление здесь окажется важным, — ответил он. — Впрочем, может статься, и нет.

— Не грозит ли нам какая-нибудь опасность? — озабоченно поинтересовался я.

Орег повернул голову и улыбнулся.

— Жизнь всегда опасна, милорд. Лишь смерть приносит успокоение и освобождает от страхов и тревог. Но здесь нам нечего бояться, Вард. Тамерлейн защищает это место от нечистых сил. Не беспокойся.

Я пристально посмотрел ему в глаза. Хоть иногда мне и казалось, что этот парень просто сумасшедший, сейчас он выглядел настолько уверенным в себе, что я просто кивнул ему в ответ и постарался прогнать терзавшие меня мрачные мысли.

О Тамерлейн — мифическом хищном животном, обитавшем в Меноге и пожиравшем ночных демонов, я слышал много историй. Болтали также и о том, что из этого города ничего нельзя вывозить. Тех, кто отваживался-таки присвоить что-либо меногское, согласно легендам, постигали страшные несчастья.