Черный кот - Евгений Морозов (фантаст)

в то же время манящую тишину. Он переступил ствол давно упавшего векового древа, нащупал тропу, и двинулся дальше. Нельзя было сворачивать, хотя Монро уже и не был до конца уверен, что они идут в правильном направлении. Надежда на то, что он не сбился с пути все же присутствовала, и вскоре парень с облегчением вздохнул. Трудный участок был позади.

Монро не ел, на привал они так и не остановились. Все потому что в воздухе витал смрад беспокойства. Посетив места подобные этому, всякий путник начинал верить в небылицы, и рисовать фантомы. И первый призрак не заставил себя долго ждать. Он явил себя защитнику деревни в полдень. Когда солнце заслонил слой туч. Повернув голову в направлении одного из голых кустарников, что склонялись над нескончаемой прорвой мха, Грисельд увидел белый, покрытый морщинами и складками лоб. Присмотревшись, он узрел глаза. Полные жалости и непонимания чернеющие в болотной жиже глаза. Мертвая голова Ариана Гато поднималась из воды. Его челюсть шевелилась из стороны в сторону, образовывая вокруг покойника водные круги. Остатки сальных волос витиевато уходили в мутную жидкость, а потом сползали, оголяя череп, с которого частично был снят скальп. Висельник зафиксировал взгляд на жертве. Грисельд застыл. А потом увидел, как в небо взмыл пернатый мерзавец, оставляя на месте, где мгновение назад был Гато — мирно качающуюся ветку.

Следующим наваждением стал Клавдий. Он прицелился в Грисельда, когда дорога стала куда лучше, и конь пустился в галоп. Среди деревьев мелькнул силуэт. Вспышка воспоминания врезалась в память его убийце. Тот самый миг, когда Золотой жук выстрелил одному из нападавших прямо в лицо зарядом кислоты, а мужчина кричал бросив свое оружие, кричал от боли не осознавая, что кожа и кости его плавятся. Грисельд дернулся влево, пытаясь увернуться от взявшего след головореза. Дернулся так сильно, что чуть не свалился с коня. Он поздно поймал себя на мысли, что никакого Клавдия нет. Держась изо всех сил за поводья, он кажется даже потянул левую руку, в то время как Вихрь набрал скорость…

Остановиться удалось. Грисельд тяжело дышал, наблюдая за животным.

— Да уж. — Провел пальцами по гриве парень. — Местечко не очень. Но мы уже проехали больше половины, кажется…

Конь недовольно фыркал, топчась на месте.

— Потерпи немного. Привал будет.

Хотя Монро и не желал останавливаться, все же в какой-то момент пришлось это сделать. Всему виной проклятая топь. Он приземлился на мягкую почву, пригляделся…

— Похоже приехали. Дальше пешком, а то мы тут оба останемся. Проклятье…

* * *

3.5

Завод по переработке торфа расположился на опушке и выглядел упаднически. Высокое строение, выполненное преимущественно из камня, чего нельзя сказать о множественных пристройках. Деревянные бараки и производственные сооружения то тут то там росли прямо из земли, окружая главное здание так, как если бы лепестки опоясывали цветочную сердцевину. И если не брать во внимание порядком прогнившие стены низких конструкций, повсеместную слякоть и грязь, то центр технической мысли легко мог сойти за скромный форт. Вокруг череды возведений имелся двухметровый забор из частокола. На воротах стояли двое.

— Ну чего ты расчихался? — Причитал низкий охранник в ржавеющей кольчуге и темном капюшоне. Он сделал шаг в сторону от компаньона, и озабоченно спросил: — не заболел?

— Да простыл по ходу. Прошлой ночью в дозоре стоял, так дождь и дал нам просраться. Апхчи!

— Так одеваться теплее нужно! Не май месяц! Сейчас дожди такие, и погода такая. В цурло ка-а-к даст тебе! Пиши пропало…

— Апхчи! Да чтож такое-то! — Скрючило молодого привратника. — Твою же Богу душу. Реально простыл… Ну конечно. Пока стоишь тут как сорняк в огороде, так и простываешь… — Парень выпрямился и вытер кулаком нос.

— А тебе горбатиться охота? Тут не очень много платят, но работа не бей лежачего. — Сделал обратно шаг невысокий.

— Ага. Горбатиться. Скажешь еще, юморист. А тебя на завалы не привлекали? Разгребать после взрыва. Ой ща чихну. Смотри…

— Не. У меня ж спина больная, забыл? Да и какой там из меня работник на завале. Скажешь тоже. — Мужчина скинул капюшон и прищурился. — Смотри ка. Идет что ли кто?

— Да по ходу топает. — Согласился молодой и прислонил правую кисть к носу.

— Э-э, служивый! — Крикнул невысокий. — Заблудился, поди?!

— Почему служивый? — Шепотом спросил соратник.

— Батек мой так выражался.

— А-а-а, да? — С недоверием отвечал второй.

— Здорова были, братцы! — Из леса тяжело вышел парень в песчаной накидке. — Еле нашел вас! Приехал разобраться с вашим делом, но пока ехал, чуть Богу душу не отдал…

— Да мы видим! Лошадь поди на полпути бросил! Ну так это за здрасьте! Когда завод строили, с трактом все в порядке было. Не то что счас…

— Да понятное дело. — Грисельд подошел вплотную. — Пропустите?

— Счас прям! — Задрал нос невысокий. — Ток с разрешения мадам… — И тут же получил тычок под кирасу.

— Ты глухой что ли? Он же сказал, что приехал с делом разобраться. Небось от Валеца… — Тихо лепетал молодой, но Грисельд все равно это услышал…

— Так я от…

— От кого?

— Ну от Валеца! — Соврал Монро.

— А-а! Так вы от господина Валеца? Прошу прощения. Не признал сразу.

— Ну да… — Широко улыбнулся Грисельд.

— Так бы сразу и сказали, господин! — Похлопал его тяжелой рукой охранник. — Мы вас уже шестой день ждем! Завалы вот разобрали! Счас все покажем.

Грисельд тонул в грязи. Пронеслась даже мысль, что сделай он еще пару шагов в сторону представителей охраны, и болото тут же унесет его в загробный мир — туда, где Луциан освещает несчастным душам путь сквозь тьму при помощи похищенного солнца. Туда, где Амодей — самый младший из демиургов и по совместительству изгнанный с небес палач, ждет своего часа. Он избрал своей миссией порабощение несчастных мучеников. Делая из них марионеток, он направляет гнев на тех, кто посмеет встать у него на пути к главной цели — уничтожение каждого из двух миров. И пока братья проливают кровь за небесное тело, он наблюдает из самой глубокой из пещер мира мертвых за их противостоянием. Он ждет своего часа…

Грисельд гнал от себя дурные мысли о Богах. «С чего бы мне так… Хотя и правда… С чего бы это? Может потому что Вихрь? А следы? Следы не медвежьи. А Вихрь там. Но следы были далеко оттуда. Надо быстрее заканчивать и возвращаться. Не медлить…»

— Ну вот — Открыли ворота бравые друзья. — У нас тут приблуды много всякой. Жрать если надумаете, то это вон там! — Махнул