Толкование на книги Нового Завета - Феофилакт Болгарский

Дабы не возгордился исправляющий другого, он предостерегает его: смотри, говорит он, и береги себя, чтобы и тебе не впасть в то же самое, подвергшись искушению от противника. И выразительно сказал: наблюдая за собою, напоминая тем о человеческой слабости.

Носите бремена друг друга.

Так как, будучи человеком, невозможно быть безгрешным, то он убеждает не относиться строго к грехам ближнего, но переносить их, чтобы потом и его грехи мог переносить другой.

И таким образом исполните (αναπληρώσατε) закон Христов.

Не сказал: πληρώσατε, но: αναπληρώσατε, то есть сообща все исполняйте, взаимно помогая друг другу, например, проворный пусть помогает медлительному, а медлительный пусть сдерживает его горячие стремления, и таким образом и первый не согрешит при содействии последнего, и последний — при содействии первого. Таким-то образом, подавая друг другу руки, вы при взаимной помощи исполняйте закон Христов, каждый своим содействием ближнему, восполняя то, чего недостает ему. Да и долг любви требует носить бремена друг друга, потому что в любви заключается исполнение заповедей Христовых.

Ибо кто почитает себя чем-нибудь, будучи ничто, тот обольщает сам себя.

Опять ниспровергает здесь гордость, показывая, что считающий себя чем-то ничтожен и этим самым мнением доказывает свое ничтожество, и обманывает не кого-нибудь другого, а себя.

Каждый да испытывает свое дело, и тогда будет иметь похвалу только в себе, а не в другом.

Пусть исследует, говорит он, тщательно свои действия (это ведь значит слово — да испытывает), не сделал ли он что-нибудь по тщеславию, или по лицемерию, или по другой какой-нибудь человеческой причине, и тогда пусть не хвалится пред другим. А если он не удержится, пусть хвалится перед собой, то есть подвергая суду себя самого, пусть нынешнее дело считает лучше вчерашнего и величается добрым делом. Но апостол говорит это по снисходительности, а не в смысле узаконения, чтобы мало-помалу уничтожить тщеславие такого рода. Ибо привыкши не тщеславиться, как фарисей, пред ближними он скоро перестанет хвалиться и пред самим собой.

Ибо каждый понесет свое бремя.

Зачем хвалишься пред ближним? И ты, и он понесете каждый свое бремя и тогда будет оценено дело каждого. Посему, когда ты имеешь бремя и труды, не хвались добрым делом ни пред другими, ни пред самим собой.

Наставляемый словом, делись всяким добром с наставляющим.

Наконец, говорит об учащих, дабы наставляемые ими помогали наставникам не в одном чем-нибудь, но во всех благах, уделяя им пищу, одежду, оказывая почтение, расположение и все вообще хорошее. Ибо получаешь больше того, что даешь: вместо вещественных благ получаешь духовные. Посему и называет это дело общением, потому что происходит обмен. Но почему Христос определил, чтобы учителя получали пропитание от учеников? По двум следующим причинам: чтобы, с одной стороны, учителя не превозносились сильно, но, нуждаясь в учениках, были скромны, и чтобы посвящали время только слову, не заботясь о пище, а с другой стороны, чтобы и ученики в доброте к своим учителям учились быть такими же и по отношению к другим, и в то же время не стыдились и сами, находясь в бедности и нужде, так как и учителя их таковы.

Не обманывайтесь: Бог поругаем не бывает. Что посеет человек, то и пожнет: сеющий в плоть свою от плоти пожнет тление, а сеющий в дух от духа пожнет жизнь вечную.

Так как часто некоторые обвиняли учителей в дурной жизни, презирали их и не питали их в бедности, то он, хотя это и после говорит: делая добро, да не унываем, но и теперь показывает, что и к таким учителям должно быть щедрыми, так как эта трата происходит на дело духовное. Итак, сравнивая издержки на дела плотские с тратой на духовное, он говорит; если ты будешь тратиться на плоть, приготовляя обеды и разные приправы, сея пьянство, роскошь и обжорство, то пожнешь тление. Ибо и само это гибнет, и тело с собой губит. А если будешь сеять духовно, то есть духовные дела, обнаруживая ко всем сострадание и храня воздержание, то пожнешь жизнь вечную. Ибо Бог осмеян и обманут не бывает, но воздаст тогда каждому свое. Итак, лучше тратить на дела духовные, к которым относятся и издержки на учителей, чем на плотские наслаждения, которые тленны и растлевают тело. Потому что от наслаждений и излишеств происходят болезни.

Делая добро, да не унываем, ибо в свое время пожнем, если не ослабеем.

Теперь яснее высказывает, что если бы и дурны были те, которые просят у нас, мы не должны ослабевать в своих благодеяниях к ним. Но указанием на то, что не должны ослабевать, советует щедрость и непрестанное даяние. Потом, много потребовав, он тотчас и награду указывает, именно: пожнем. Каким образом? Не ослабевая, то есть не имея никакого утруждения, но совершенное спокойствие. Ибо здесь соединяются с жатвой изнурение и труды, а там не так.

Итак, доколе есть время, будем делать добро всем, а наипаче своим по вере.

Как не всегда удобно сеять, так точно и оказывать дела милосердия, что показывают и девы, и Лазарь. Поэтому, пока имеем время в этой жизни, не только учителям, но и эллинам и иудеям будем оказывать добро, то есть благодеяние и милосердие. Конечно, не в одинаковой мере нужно оказывать пособие сим последним и единоверцам, но большую щедрость нужно оказывать верующим. Ибо на это указывает словом наипаче. Но заметь, и в этом случае насколько он удаляет их от иудейской узости: ибо закон открывал сердце в отношении к единоплеменникам, благодать же призывает землю и море к трапезе милосердия, хотя и не в одинаковой мере, как сказано.

Видите, как много написал я вам своею рукою.

Немного поговорив в нравственном духе, он снова возвращается к прежнему, что тревожило его сердце, и показывает, что сам, собственноручно, написал все это послание, не для того, чтобы только показать к ним любовь, но чтобы и уничтожить злое подозрение. Так как клеветали, что он проповедует одним одно, другим — другое, поэтому он вынужден был дать письменное свидетельство своей проповеди. А прочие послания писали другие, сам же он подписывал только приветствие. Выражение же как много (πηλίκοις) указывает не на обширность, а на некрасивость письма, как бы говоря: хотя я и не умею прекрасно писать, однако принужден был собственноручно написать это послание.

Желающие хвалиться по плоти принуждают вас обрезываться.

Желающие, говорит, хвалиться по плоти, то есть у людей, именно у иудеев (ибо они порицали их как отступников от отеческих обычаев), принуждают вас обрезываться, оправдываясь пред иудеями чрез вашу плоть. А словом принуждают показал, что они неохотно переносят его, и вместе с тем дает им побуждение к возвращению, как невольно заблуждающимся.

Только для того, чтобы не быть гонимыми за крест Христов.

И по другой, говорит, причине они делают это. Ибо, чтобы не подвергнуться им преследованию и гонению из-за креста и веры, — потому что они преступают ее и обрезываются, — они желают и другим быть участниками в обрезании.

Ибо и сами обрезывающиеся не соблюдают закона, но хотят, чтобы вы обрезывались, дабы похвалиться в вашей плоти.

Не по человекоугодию только, говорит, но и по честолюбию делают это. Ибо не по ревности к закону и не ради благочестия, говорит он, совершают они это, но из-за честолюбия: дабы похвалиться в вашей плоти, то есть чтобы похвалиться обрезанием вашей плоти, так как они якобы ваши учителя и имеют вас учениками.

А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа.

Те, говорит, пусть хвалятся обрезанием, делом отмененным, но для меня да не будет другой похвалы, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа (то есть верой в Распятого), который (крест) отменил закон. Отвращался от сего как непотребного, призывая даже на это помощь Божию. В чем же состоит похвала о кресте? В том, что для меня, недостойного, был распят Господь, так возлюбивший меня, что предал даже Самого Себя. Итак, для Павла и для всякого верующего крест служит предметом похвалы, потому что в нем проявляется любовь Господа к нам. И какой раб не хвалится любовью своего господина?

Которым для меня мир распят, и я для мира.

Миром называет житейские дела: славу, богатство, удовольствие. Итак, они умерли для меня и я мертв для них: двойное умерщвление. И они не могут овладеть мной, так как мертвы, и я сам прибегнуть к ним, потому что мертв.

Ибо во Христе Иисусе ничего не значит ни обрезание, ни необрезание, а новая тварь. Тем, которые поступают по сему правилу, мир им и милость, и Израилю Божию.