Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

себя поздравить. Только вот с шифрами продвинуть дело не удалось. И хотя она узнала, как называется система дальнего обнаружения самолетов — радар, — стало понятно, что Вуди не даст ей «добро» на выяснение, имеется ли у немцев такая система в Дании.

Ей не терпелось сделать что-то насущно важное для победы. От вялой рутины у нее только отчаяние разгоралось. Как было бы здорово увидеть наглядные результаты своего труда. И кто знает, может, они даже станут оправданием того, что случилось с несчастными механиками на аэродроме Каструп.

«Конечно, можно собрать информацию о радаре и без разрешения босса. Рано или поздно он узнает об этом, но я готова рискнуть. Непонятно только, как сформулировать задачу для «Ночного дозора». Что им искать и где, на что обратить внимание? Нужно разузнать побольше, прежде чем инструктировать Поуля Кирке. А Вуди ничего не расскажет. Но он не единственная надежда».

Хермия села за письменный стол, придвинула телефонный аппарат поближе и попросила:

— Пожалуйста, соедините меня с Даунинг-стрит, десять.

* * *

С Дигби они встретились на Трафальгарской площади. Хермия стояла у подножия колонны Нельсона и смотрела, как энергично, припадая на ногу, он переходит улицу от Уайтхолла. Улыбнулась: эта походка так для него характерна!

Они обменялись рукопожатиями и пошли к Сохо. В теплый летний вечер Вест-Энд был полон народу, разбредающегося по театрам, кино, барам и ресторанам. Это жизнерадостное зрелище портили только, как гнилые зубы в улыбке, почерневшие остатки разбомбленных зданий.

Хермия думала, они посидят в пабе, но Дигби привел ее в маленький французский ресторан. Столики рядом с ними пустовали, так что говорить можно было, не боясь, что кто-то подслушает.

Дигби был все в том же темно-сером костюме, но рубашку по случаю надел светло-голубую, под цвет глаз. Хермия порадовалась, что сообразила приколоть свою любимую брошку — пантеру с глазами-изумрудами.

Ей не терпелось поскорей перейти к делу. В прошлый раз Хермия отказалась пойти с ним на свидание, и теперь не хотела, чтобы он решил, будто она передумала. Как только они сделали заказ, она начала разговор.

— Я хочу использовать своих агентов в Дании, чтобы узнать, располагают ли немцы радаром.

Он прищурился.

— Вопрос гораздо сложнее. Сейчас уже нет сомнений, что радар у них есть, так же как и у нас. Но их радар значительно эффективнее нашего — и последствия этого ужасны.

— Вот как… — поразилась она. — А Вуди сказал… Впрочем, не важно.

— Нам позарез необходимо выяснить, чем их система так хороша. То ли они сконструировали механизм лучше нашего, то ли нашли способ использовать его поэффективней, а может, то и другое.

— Ага, понятно. — Хермия быстренько переварила информацию. — И все равно я уверена, что хоть какая-то часть этой системы располагается в Дании.

— Это было бы логично — и кодовое имя Фрейя указывает на Скандинавию.

— Итак, что следует искать моим людям?

— Трудно сказать, — нахмурился он. — Мы не знаем, как эта штука выглядит — в этом суть, не так ли?

— Насколько я поняла, она испускает радиоволны?

— Да, конечно.

— И, надо полагать, сигнал уходит на очень большое расстояние — иначе предупреждение просто не успевало бы?

— Да. Сигнал был бы бесполезен, если бы не покрывал по меньшей мере километров восемьдесят. А возможно, и больше.

— А мы можем его услышать, этот сигнал?

Дигби вскинул бровь.

— Да, с помощью радиоприемника. Послушайте, да это неглупая мысль! Странно, почему раньше никто не сообразил!

— А можно отличить этот сигнал от других радиопередач — к примеру, обычных новостей и прочего?

Он кивнул.

— Такой сигнал — это серия импульсов, вернее всего, очень быстрых: скажем, тысячу единиц в секунду. На слух звучит как продолжительная музыкальная нота. Так что сразу понятно: это не Би-би-си. И очень отличается от точек-тире военной морзянки.

— Вы ведь инженер. Можете собрать приемник для распознания именно такого радиосигнала?

Дигби озадачился.

— Он должен быть портативным.

— Да, чтобы помещался в чемодан.

— И работать от батарей, чтобы быть автономным.

— Да.

— А что, возможно. В Велвине, это на полпути между Бличли и Лондоном, вы знаете, работает команда высоколобых, они примерно чем-то таким занимаются. Взрывающиеся репки изготавливают, передатчики маскируют под кирпичи, все такое. Думаю, им под силу и такой приемник соорудить.

Официант принес еду. Салат из помидоров, заказанный Хермией, был посыпан рубленым луком и украшен веточкой мяты, и она подивилась про себя, отчего это британские повара не готовят блюда, которые так просты и вкусны, а упирают на вареную капусту и консервированные сардины.

— Что подвигло вас к созданию «Ночного дозора»? — спросил ее Дигби.

Она не поняла, что он имеет в виду.

— Ну… Тогда это казалось удачной мыслью.

— И все-таки, не могу не заметить, не каждой молодой женщине придет в голову такая мысль.

Ей сразу вспомнилась битва, которую по этому поводу пришлось выдержать еще с одним бюрократом вроде Вуди.

«В самом деле, почему я так настаивала?»

— Мне хотелось подставить подножку нацистам. Есть в них что-то для меня абсолютно нетерпимое.

— Может, то, что фашизм сваливает все проблемы на людей других рас?

— Да, это тоже, но главное — их мундиры, напыщенный вид, все это щелканье каблуками… и то, как они подвывают, произнося свои гнусные речи. Меня тошнит от этого.

— Где вы с таким столкнулись? В Дании не так много нацистов.