Обретение любви - Доротея Уэбстер

С этими словами он легко поднял Камиллу на руки и внес в дом. Как только ее поставили на ноги, Камилла тут же отправилась его осматривать. Спальня была расположена на втором этаже. Она подошла к окну. Отсюда открывался великолепный вид. Справа возвышалась ледяная вершина, а прямо, замыкая долину, стояла изящная Монте-Роза. Их ледяные поля контрастировали с изумрудной зеленью лугов. Камилла вышла на террасу. Чистейший горный воздух наполнил ее легкие. Еще час назад она была в шумном и дымном Париже, и вот она здесь, среди тишины и покоя Альп. Это похоже на сказку!

С гор подул легкий ветерок, и Камилла поежилась — в ее легчайшем свадебном платье сразу стало холодно. Тут ей в голову пришла мысль, и она вернулась в спальню.

— Ты замечательно это все придумал, Роберт, — заявила она, — но забыл об одной вещи. Точнее, о нескольких — у меня же ничего нет, ты меня не предупредил, и я не успела...

— Напрасно вы, мэм, изволите сердиться, — покачал головой Роберт, доставая объемистую сумку. — Мы в Кентукки, конечно, многого не понимаем, но затащить в горы женщину, не одев ее как следует — это уж извините. Вот этого хватит?

Камилла проверила содержимое сумки и удостоверилась, что там действительно есть все необходимое. Вещи были все новые.

— Видишь ли, — объяснил Роберт, предупреждая ее вопрос, — я тут вступил в заговор с твоей подружкой Сандриной, так что почти все по моей просьбе покупала она. Как я вижу, она умеет хранить тайну. А сейчас они вдвоем с Шарлем утешают гостей и расписывают красоты нашего убежища.

— Что ж, тут есть чем хвалиться, — согласилась Камилла. — Мне не терпится прогуляться, хочется подняться вон туда — там вроде какая-то впадина.

— Ты угадала, там горное озеро, из которого вытекает эта речка, — объяснил Роберт. — Давай скорее переодевайся. Мне тоже не терпится размять ноги.

Вскоре они по узкой тропинке уже шли к озеру. Когда они вступили на его берег, Камилла ахнула от восхищения: окружающие вершины четко отражались на поверхности воды. На берегах росли пушистые белые цветы с легким ароматом.

Вернувшись с прогулки, Камилла отправилась в ванную. В этой глухой деревушке она ничем не отличается от той, что была в ее парижской квартире: разве что чуть поменьше. Выйдя из ванной, она обнаружила, что Роберт уже накрыл стол для праздничного обеда.

После обеда они снова гуляли, пока не стемнело. Еще во время прогулки, когда их руки касались друг друга, Камилла чувствовала подымающееся в ней желание. Несколько раз они не могли удержаться от долгих и нежных поцелуев.

И вот наконец они оказались в своей спальне. Как долго они не были вместе! Они так соскучились друг по другу, что у них не было ни времени, ни желания заниматься любовными играми, обостряющими наслаждение. Они просто упали в объятия друг друга и разомкнули их только тогда, когда первый любовный голод был утолен. Тогда пришел черед рассказов, неторопливой беседы. И вновь их охватило любовное неистовство, и все окружающее на время исчезло. Где-то после полуночи они одновременно почувствовали голод и, слегка одевшись, соорудили себе небольшой ужин. Один голод был утолен, но не знал утоления другой — и они вновь вернулись в постель. Заснули они уже под утро.

Камилла проснулась первой. Быстро одевшись, она вышла из дома и окунулась в хрустально чистый горный воздух. На траве лежала роса. Над вершинами, уходящими к Симплонскому перевалу, вставало солнце. Вот весь золотой диск, еще не жгущий, а ласкающий глаза, повис над горами. Камилла глядела на него, не отрываясь. “Вот так же, — думала она, — так же взошла в моей жизни любовь — и осветила все. Пусть же она никогда не заходит!” В глубине души она была уверена, она знала: так оно и будет!