У осени в долгу - Маргарита Польская

- Ты заслужил то, что выпало на твою долю. – глухо сказала она и усилием воли выпустила дар на полную мощь.

Мужчина застонал, задергал рукой, все еще крепко сжимаемой женскими пальчиками. Потом как-то по-детски всхлипнул и закатил глаза. На пол упало уже безжизненное тело.

В тот же миг все вокруг пришло в движение. Аэд элегантно завершил свой выпад и, чуть смутившись, посмотрел на девушку.

Жрец тоже начал шептать свой ритуал, но подняв на миг глаза, увидел, что что-то изменилось. Вот его немного затуманенный взгляд обежал зал, споткнулся о труп сообщника и замер на подавленной девушке. Ненависть и бессильная злость отразилась в его глазах всего на секунду, а в следующую он прервал уже бесполезный ритуал и в Веду полетел ритуальный кинжал, уже изрядно запачканный фейрийской кровью.

Рыжая молния мелькнула перед глазами и столкнулась с летящим оружием. Звон стали сопровождался парой ярких искр, а потом два бесполезных осколка просто упали на пол. Аэд начал медленно приближаться к Жрецу, поигрывая своим клинком и сумасшедшее улыбаться.

А Веда огромными глазами смотрела, как позади шепчущего что-то над телом Жреца, соткался из воздуха Вортигерн. На его губах сияла точно такая же широкая улыбка. Резкий взмах руки и алая кровь из разрезанного горла окрасила алтарь и лежащего на нем фейри широким веером. Князь, ничего не сказав, шутливо поклонился и исчез вместе с трупом Верховного. В зале стало пусто. Только фейри на алтаре спокойно дышал – ему больше ничего не грозило. Наверное…

Аэд Огнегривый подошел к привязанному Высокому и начал с ним беседовать на каком-то певучем языке, предварительно вытащив кляп. Его лицо становилось все суровее с каждым словом, слетевшем с разбитых губ пленника. Заиграли желваки, сощурились гневно золотые глаза, а в воздухе запахло грозой. Видимо, предателя больше искать не нужно.

Девушка, седьмым чувством поняв, что сейчас произойдет, резко отвернулась. А за спиной несколько минут раздавался дикий крик, треск молний и мерзкий хлюпающий звук.

Аэд появился перед ней как оживший кошмар. Лицо и руки перепачканы в крови, волосы взъерошены, а одежда стала ярко-алой. В одной руке у него была отрезанная голова предателя, которую он небрежно держал за волосы. Крупные темные капли шлепались на пол, оставляя безобразные следы. И все это в полной тишине наводило такой страх, что колени не просто дрожали, а вообще отказывались повиноваться.

Девушка прекрасно была осведомлена о традиции наказания предателей у фейри и эта жестокость была ей вполне понятна. Но одно дело знать и понимать, и совсем другое – видеть воочию.

Тошнота подкатила к горлу, но собрав всю силу воли Веде удалось сдержаться. «Интересно, он просто крови врага напился или сердце слопал?» - истерично пронеслось в пустой звенящей голове.

- И что? Это все? – устало спросила Веда, из последних сил сдерживая истерику, подступавшую к горлу.

- Все. – просто ответил Аэд и мгновенно переместил Ведику домой, где её ждали переживающие друзья.

- Много у тебя было женщин?

- Достаточно.

- Достаточно для чего?

- Чтобы ты оказалась последней.

© Валиуллин Ринат "Где валяются поцелуи"

Осень как-то резко перетекла в зиму. Долгую и холодную. А самое главное, бесконечно одинокую. Ведика постепенно приходила в себя после пережитых приключений, но в её потускневшем взгляде Сэн все чаще ловил обреченность. Маленький домовой безумно переживал за свою непутевую хозяйку, но не мог ничего изменить. Веда гасла, как огонь на зимнем ветру.

Авагду тоже изменился с наступлением зимы. Он просто перестал быть собой. Сэн быстро успокоил переполошенную мать и отчима, объяснив, что осенние фейри, состоящие в свите княжича, уходят на остальную часть года в Волшебную Страну. И возвращаются с первым днем осени.

Веда, случайно подслушавшая этот разговор, грустно усмехнулась про себя. А она гадала, почему не появляется в её доме больше рыжий насмешник? Хотя, может он и не захотел бы больше приходить, даже будь у него возможность. Горький поцелуй с привкусом полыни и чужой крови на пороге её дома, в ночь убийства Даниила, расставил все точки, четко дав понять, что он был прощальным.

Ллойд и Альда все-таки поженились. Ведика была за них искренне рада, но на свадьбу не пошла, отговорившись неотложным заказом. На самом деле она просто уехала за город и весь день проходила по лесу, бездумно вытаптывая на снегу дорожки. Счастливая пара переехала вместе с Ави, на время ставшим обычным мальчишкой, в съемный домик неподалеку. Но Веда не торопилась заходить в гости, и к себе тоже не приглашала.

С некоторых пор она начала ненавидеть зиму, весну и даже лето. А любимый и родной ранее дом, стал для неё тюрьмой. Она бродила по комнатам и постоянно натыкалась взглядом на пустые подоконники. Сэн только тяжело вздыхал и усердно кормил хозяйку сладкими булочками.

В начале лета Ведика не выдержала и все же уехала. Дом продала, хотела сначала по старой задумке отдать его Ллойду, но тот отказался, сказав, что ей нужны будут деньги на новый. Она не стала спорить, хотя её сбережений вполне хватало на неплохую виллу. Сэн не захотел расставаться с хозяйкой и переехал вместе с ней.

Новое жилище было  с противоположной стороны столицы от старого. Этот домик привлек её огромным садом, с тонкоствольными березами и стройными кленами, которые должны были украсить своими осенними листьями двор и хоть так утешить измученное сердце.

Госпожа Гримхолл все чаще ловила себя на мысли, что каждое утро выглядывает в окно и ждет первых пожелтевших листочков. А еще считает дни до наступления осени. Чтобы отвлечься и не сойти с ума, она решила заняться уютом и дни напролет таскалась по лавкам и магазинчикам, фанатично закупая все от посуды до занавесок и полотенец. Уюта в доме, конечно, прибавилось, но хозяйку не радовало даже это.

А первый осенний день она провела на пороге крыльца, больными глазами смотря в пустоту и крутя в руках первый желтый лист. Чего она ждала, она и сама не понимала. Огнегривый точно не придет, ему это не нужно. Но сердце замирало при каждом шорохе и с надеждой все равно ждало.

Надежда умерла, когда солнце скрылось за верхушками деревьев. Грустный Сэн положил на озябшие плечи хозяйки теплую шаль и увел её в дом, заварив душистый мятный чай. Он ничего не говорил, но было видно, что бубах тоже разочарован.

Стук в дверь не вызвал ничего в душе, кроме глухого раздражения. У неё тут душевная драма, а кому-то не спится. И, сердито стуча пятками о пол, Веда резко распахнула дверь. Хотелось сорвать злость на собственную глупость на случайном визитере, но слова застряли в горле.

На ступенях крыльца стоял рыжий фейри с золотыми змеиными глазами, в которых девушке почудились отголоски её собственной тоски. Его чудесные волосы были неровно обрезаны по лопатки и косыми прядями закрывали часть лица.

- А я тебя нашел. – глухо сказал он и с шальной улыбкой шагнул вперед. – От осени не спрячешься.

Ведика только улыбнулась в ответ и молча отошла, пропуская гостя. Человеческая жизнь коротка, но ей бы хотелось провести все счастливые минуты этой жизни с насмешливым фейри, а не в одиночестве. Пусть хотя бы только осенью. И если он пришел сам, то у неё нет причин не пускать его.

А Сэн огромными глазами проводил довольную парочку в гостиную, налил им чаю и ушел к себе на кухню. Он никак не мог поверить, что его гордый господин добровольно отказался от силы, обрезав волосы, и решился прожить обычную человеческую жизнь своего материального тела. Интересно, знает ли его хозяйка о таком нюансе? Скорее всего нет. Тем приятнее будет сюрприз. Только сам он раскрывать эту тайну ей не будет. « Бывают же чудеса» - довольно прошептал он и исчез, оставив двоих влюбленных наедине.

Конец.