Невеста на полставки (СИ) - Рымарь Диана

После этих его слов у меня внутри всё сжимается. Такого резкого перехода я не ожидала и не уверена, что к нему готова.

«Не готова?» — спрашиваю себя и пока не могу найти ответа.

Артём чувствует мое настроение.

— Не бойся, маленькая, приставать сегодня не буду! Честное пионерское!

— Тогда зачем говоришь про ночь?

— Если я буду пить с тобой вино, кто же повезет тебя домой? Не таксистам же свою девушку доверять… Переночуешь у меня, что такого, утром доставлю куда скажешь…

Тогда же:

Артём

Она согласилась… Взяла и согласилась! Когда приглашал, на это даже не надеялся.

Честно признаться, не умею готовить омлет. Делал это всего один раз в жизни, но он получился такой отвратительный, что повторять эксперимент не стал. Ну да ладно, буду импровизировать, как вчера, позавчера и позапозавчера.

Завожу Златку в подъезд и не верю, что она наконец здесь. Я столько раз представлял, как приведу ее в свою квартиру, что мне уже не верится, что это явь, а не мои фантазии. Я даже нового дизайнера на той неделе нанял. Он выбрал для моей берлоги новые шторы, поменял в гостиной ковер и диван. Взял за основу темно-зеленый оттенок, как раз под цвет глаз моей Златовласки. Зеленый теперь вообще стал моим любимым цветом.

Провожу мою ненаглядную в квартиру, запираю дверь и ловлю себя на мысли, что хочется выкинуть ключ в окно. Так, на всякий случай, чтобы уж точно не сбежала.

— У тебя тут так здорово! — Златка улыбается мне одной из своих самых ярких улыбок. В этой девушке столько света, что иногда мне приходится щуриться.

— Это ты еще ничего не видела!

Беру ее за руку, показываю гостиную.

— Ого, всё такое бежево-зелененькое! Ой! А это фото с выставки?

Рассвет у озера в тропическом лесу.

Я к таким изображениям в принципе равнодушен, но моя принцесса, оказывается, от них без ума. Она подходит к стене, где я повесил работу. Фотография почти метр на метр. Выбрал именно эту, поскольку больше всего подходит по цветовой гамме, и, похоже, со Златиными предпочтениями также угадал.

— Она поразительная… — девчонка замирает возле нее.

Эх, не зря старался.

— Пойдем, покажу другие комнаты.

Но после осмотра гостиной, остальные помещения ее не впечатлили.

— Очень мило! — сказала она, зайдя в кабинет, где каждый предмет интерьера сделан из красного дерева.

«Мило, мать ее так… Знала бы ты, дорогуша, сколько я за эту мебель выложил!»

Комната для гостей вообще дождалась от Златы лишь одного слова похвалы: «Уютно». Двухметровая кровать, кожаный диван, шкаф из мореного дуба с зеркалом почти во всю стену… а ей просто уютно.

— Почему ты не показываешь мне спальню? — вдруг спрашивает она и этим вопросом окончательно выбивает меня из равновесия.

Не знаю, как для нее, а для меня причина очевидна. Хочешь посмотреть спальню — изволь тогда мне там отдаться.

— Зачем? — спрашиваю хрипло.

— Интересно же взглянуть на комнату, где я проведу ночь…

— В каком смысле? Я предлагал тебе остаться в гостиной…

После этой моей фразы щеки Златки качественно краснеют. Она кусает нижнюю губу, а потом тихонько говорит:

— Ты знаешь, я тут подумала… Если ты хочешь, мне кажется, мы могли бы попробовать…

И тут до меня наконец доходит, что к чему.

— Зачем пробовать? Надо делать!

Хватаю ее за руку и буквально тащу в дальнюю комнату, где кровать еще больше той, которую я поставил в гостевой.

Глава 66. Мечты сбываются

Тогда же:

Артём

— Вот так сразу? — лепечет Злата, еле поспевая за мной.

— Чего тянуть?

Я захожу с моей драгоценной в комнату, но на этот раз не даю ей возможности оглядеться. Хватит, созерцала она сегодня достаточно, пора осязать… И не интерьер, а меня!

Не теряя ни секунды, впиваюсь жестким поцелуем в ее губы. После ее робкого «мы могли бы попробовать» ни на что нежное я уже не способен. Понимаю, лучше бы было сходить под холодный душ, немного успокоиться, прежде чем приступать к осуществлению главного желания последних недель. Но не могу… Не хочу и не могу себя сдерживать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я не думала, что ты так набросишься… — успевает она проговорить между поцелуями.

Я ее уже не слушаю, подхватываю, укладываю на кровать.

Запускаю руки ей под платье. Златка в чулках и кружевных трусиках. Жадно оглядываю эту прелесть, и перед глазами как будто морок появляется. Всплывает воспоминание того, как она ждала меня в постели в самый первый раз. Абсолютно голая, донельзя смущенная. Помню, как стянул с нее это одеяло и любовался точеным телом.

Сейчас невдомек, как тот факт, что она досталась мне девочкой, мог меня разозлить. Теперь до одури приятно, что я ее первый, ее единственный. Больше никого к ней не подпущу!

У меня не хватает терпения, чтобы ее раздеть. Довольно и воспоминаний о девичьих прелестях, чтобы уровень возбуждения достиг критической точки. Тяну вниз ее трусики, Златовласка охает, пытается перехватить мою руку, но зря старается. Я уже достиг точки невозврата. Сам тоже почти не раздеваюсь, не до того мне. Оголяю лишь нужные части тела.

Уже задним числом вспоминаю про контрацепцию. Хорошо, что не слишком поздно.

Тогда же:

Злата

«Это какой-то кошмар!»

Слава богу, хоть быстро закончился.

Добро пожаловать обратно в прошлое, в те самые первые наши с Артёмом ночи, когда прелюдия перед страстным соитием у него состояла из одного поцелуя, причем даже не в губы, а куда-нибудь в шею уже в процессе снятия штанов. Похоже, он забыл, как со мной надо, он всё на свете забыл. И я для него снова тренажер для сбрасывания напряжения.

— Артём, слезь с меня, пожалуйста…

По всем признакам уже закончил, с минуту как не двигается, только громко сопит мне в ухо и давит своим весом.

— Это еще зачем? — рычит он, хватая меня за бедра.

— Ты очень тяжелый!

— А-а-а…

Он переносит свой вес на локти, но отстраняться не спешит. Больше того, я, кажется, чувствую, как он снова твердеет там внизу.

— Пожалуйста, хватит! — упираюсь руками ему в грудь.

— Какой хватит?! Я только начал!

— Я четко почувствовала, что ты уже закончил!

— Ну так это только первый раз…

— Вот и достаточно…

Что есть силы отпихиваю его от себя, и он наконец покидает мое тело, ложится на бок. Хмурится, когда я пытаюсь укрыться покрывалом.

— Что не так? — спрашивает, прищурившись.

«Ты не понимаешь? Правда?!»

— Я думала, ты будешь нежнее…

Он усмехается.

— Спасибо скажи, что не съел вместе с трусиками! Я шестнадцать дней без секса… Между прочим, привык получать его каждое утро!

«От своих шлюх-секретарш!!!»

Меня до сих пор дико злит, что он постоянно спал со своими сотрудницами.

— Могла бы и оценить! — вдруг говорит он и хмурится еще больше.

— Что именно? — тут уже приходит моя очередь хмуриться.

— Кхм… Хотя бы то, что ни с кем не спал, пока ты строила из себя недотрогу!

— Я ничего из себя не строила! И я вообще-то тоже ни с кем не спала…

— Еще бы ты спала! — усмехается он. — Злата, ты моя девушка, запомни это! Раньше ад замерзнет, чем я позволю кому-нибудь к тебе прикоснуться!

Ну вот, пожалуйста, приехали. Включился режим хозяина — и это после первой же близости. Невольно морщусь, спрашиваю:

— Может, еще клеймо поставишь?

— Надо будет, поставлю! Иди сюда и убери уже это чертово одеяло!

Он тянется ко мне, стремится забраться под покрывало, но мне совсем не хочется продолжения сеанса любви. Для меня всё это уже слишком.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ну что ты сбилась в комочек! — голос Энгрина вдруг делается почти мягким, нежным. — Иди приласкаю, маленькая! Извини за резкость, я просто очень тебя хотел…