Невеста на полставки (СИ) - Рымарь Диана

— Сущую малость! У меня один кадровый вопрос…

— Не понял!

— Говорю, один золотой кадровый вопрос… Вы недавно приняли на должность секретаря девушку, которая мне очень дорога…

— Это всё из-за Златы?! — голос оппонента резко грубеет. — Ну дорожишь ты ею, и что с того? Ни я, ни моя фирма не сделали ей ничего плохого!

— Мы на брудершафт не пили, так что переходить со мной на «ты» не стоит! А по поводу плохого… Не сделали, Дмитрий Олегович, и не сделаете! Потому что уже завтра она у вас работать не должна! Вот мое условие!

Подольский пропускает мое замечание по поводу обращения на «ты» мимо ушей.

— Ты хочешь, чтобы я ее уволил? Ты только что сказал, что ею дорожишь!

— Дорожу и делиться ею не собираюсь! Думаешь, я не понимаю, зачем ты ее нанял?! — тоже перехожу на «ты» раз человеку так больше нравится.

— Злата — не плитка шоколада, чтобы ею делиться. Вполне самостоятельная молодая девушка, и ей решать, с кем быть…

— Вот и будет решать вдали от твоей фирмы! У тебя время до вечера, иначе клиент уйдет, и фирма твоя к чертям обанкротится!

С чувством выполненного долга кладу трубку и иду на совещание.

Тогда же:

Злата

— Зайдите ко мне в кабинет! — слышу по громкой связи приказ Подольского.

Какой-то голос у него чересчур строгий.

«Я накосячила? Когда успела?!»

И двух дней не проработала, а на фирме какие-то неприятности, народ ходит как в воду опущенный, босс срывается на всех подряд. На меня, правда, еще не кричал. Но думаю, это только потому, что я новенькая. Наверное, вызывает, чтобы исправить ситуацию.

Боязливо открываю дверь кабинета. Дмитрий Олегович как всегда заседает за столом, уткнувшись в монитор ноутбука.

— Проходите, — рявкает он неожиданно грубо, и мои коленки начинают бодро трястись.

Крохотными шажками дохожу до середины комнаты и вдруг понимаю — дальше ступить не могу. Вот не могу, и всё тут. На пару с коленями начинают дрожать руки и даже, кажется, губы.

— Ну? Чего застряли?

Босс наконец открывает взгляд от монитора и смотрит на меня.

— Я… мне…

Просто цепенею под его взглядом. Выговорить больше ничего не могу, язык будто к нёбу прирастает. Отчего-то в голове раненой птицей бьется мысль, что он сейчас меня уволит.

«Но я ведь ничего плохого не сделала! Выполняла все поручения, варила кофе, раскладывала документы по папочкам…»

— Злата… — голос шефа почему-то хрипнет, он закашливается.

Этот самый кашель и уже отлично знакомый тяжелый взгляд внезапно отрезвляют меня. Босс ведь в первую очередь человек — и относиться к нему стоит по-человечески.

— Мне не нравится ваш кашель! — тут же заявляю. — Дмитрий Олегович, я знаю рецепт чудесного лечебного чая… Не бойтесь, ингредиенты строго натуральные, травы можно купить в аптеке. Моя приемная мать очень увлекалась фитотерапией и многому меня научила! Могу приготовить такой укрепляющий чай, что вы про свою простуду и думать забудете…

Он снова кашляет, еще пристальнее меня разглядывает. Будто заново решает, гожусь ли ему в сотрудники. Призываю на помощь всё свое очарование, растягиваю губы от уха до уха.

— Конечно, вам бы еще куриный супчик не помешал, но его в офисе не приготовить…

— Вы еще и готовить умеете? — усмехается он.

— Конечно! Я ведь женщина!

— В наше время половая принадлежность еще ни о чем не говорит…

— Дмитрий Олегович, а я вам спасибо хочу сказать!

— За что? — спрашивает он, щурясь.

— Как за что? Вы же в меня поверили, на работу взяли…

— А-а-а, это… — он поджимает губы, щурится. Видно, о чем-то напряженно думает, потом шумно вздыхает, машет рукой. — Ладно, идите, делайте свой чай!

Мои губы самопроизвольно растягиваются еще шире. Замечаю, что тень улыбки касается и губ шефа тоже.

«Надо же…»

Мне такая его реакция очень по душе.

— А зачем вы меня звали? — спрашиваю, тут же жалею, но слово не воробей.

Подольский смотрит на меня исподлобья, снова хмурится, а потом признается:

— Забыл, представляете? Вылетело из головы, и с концами… Заработался…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В этот же день ближе к вечеру:

Злата

«Делопроизводство, это тебе не просто так… Делопроизводством нужно заниматься!» — всё крутятся в голове слова Эллы, пока пытаюсь разобраться с обилием свалившейся на меня документации. До состояния просветления, когда понятно, что куда относится, мне еще как до Китая пешком, но я полна надежд.

«Бери скорее трубку, бери скорее трубку» — поет голосом Элвиса мой карман.

— Блин…

Пытаюсь быстро выхватить телефон и чуть не роняю его на пол. Надо срочно сменить мелодию звонка на Артёма и вообще ввести в привычку ставить телефон на вибро.

— Алло!

— Привет, моя хорошая, хочу забрать тебя с работы и отвезти домой, разрешишь? Обещаю в машине не приставать! Просто посидим, поболтаем…

— Да! Приезжай в шесть, — отвечаю коротко и убираю трубку в карман под строгим взглядом моей мучительницы, Эллы. Точнее она-то себя считает добрым и понимающим ангелом-хранителем, не меньше.

Мне придется трудиться с ней бок о бок еще две недели, поскольку она учит меня работать с документами. Приемная не настолько большая, чтобы нам обеим было достаточно места, поэтому сидим практически стол к столу.

— Трындеж по личным вопросам в твои рабочие обязанности не входил, Злата! — тут же принимается она меня поучать.

Как я поняла, любит это дело безмерно. Что ж поделаешь, у каждого свое хобби.

Когда бесконечный рабочий день подходит к концу, радостно сбегаю из офиса. Артём ждет меня на стоянке. Ужом заползаю в салон.

— Поцеловать можно? Или примешь за приставание? — спрашивает он с улыбкой.

— Целуй! — подставляю ему левую щеку.

Артём прикасается к ней губами и на некоторое время просто застывает. Потом обнимает меня за плечи, ненадолго стискивает и с видимой неохотой отпускает. Тянется на заднее сидение, достает бумажный пакет, кладет мне на колени.

— Это тебе!

— Договорились же без подарков!

Хоть и бурчу, а любопытство бежит впереди планеты всей. Открываю пакет, а там… кактус! Аккуратно его достаю. Он в небольшом цветочном горшке. Весь такой игольчато-пушистый, а сбоку крупный белый цветок. Он удивительный, этот цветок, какой-то неземной, завораживающий. Хочется смотреть на него не отрываясь.

— Почему ты решил подарить мне кактус?

— Ну… Я бы подарил тебе розы, но ты же запретила тратиться… А мне хотелось презентовать тебе цветок. Кактус я не покупал, этот товарищ жил в моем кабинете около полугода. Я его каждый день поливал, можно сказать, подарок хенд-мейд!

Он говорит это с таким апломбом и уверенностью… Если бы я не знала, что говорит совершенную чушь, непременно поверила бы.

— Прямо каждый день как ни приду в офис, так давай этого малыша поливать, чтобы поскорее зацвел… — с самой серьезной миной продолжает он.

Тут не выдерживаю, прыскаю смехом:

— Кактусы нельзя поливать каждый день! Они от этого умирают!

— Э-э-э… — Энгрин на какую-то секунду теряется, но быстро находится с ответом: — Ладно, поливал не я, но он действительно долго жил в моем офисе. Считай, почти член рабочей семьи, к тому же есть подозрение, что приносит удачу в бизнесе. Храни его!

— Спасибо, буду! — отвечаю с улыбкой.

Глядя на меня, Артем ненадолго застывает, прямо как мой босс сегодня днем. Есть в их взглядах что-то похожее, только не могу определить, что именно.

— Обожаю, когда ты вот так изнутри светишься… Ты — батарейка счастья… — вдруг говорит он и на этот раз целует меня в губы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Этот его поцелуй невероятно нежный и вкусный. Я почти разочарована, когда он от меня отрывается.

— Ладно, поехали.

До дома добираемся до обидного быстро. Еще некоторое время просто сидим, болтаем, он держит меня за руку, и мне от его прикосновений хорошо и приятно. Даже кажется, что ему действительно интересен мой рассказ про секретарские будни. Просит рассказать о моей работе в подробностях.