Невеста на полставки (СИ) - Рымарь Диана

Он подает мне руку для пожатия. Я игнорирую этот жест, выхожу из машины, ребята со мной. Через пару секунд черный Volkswagen уезжает.

Кивком отпускаю помощников Сафронова. Те исчезают без слов также, как и появились. Еще некоторое время стою на улице, бездумно пялюсь вслед майору.

 «Я бы забрал, с удовольствием забрал… Только эта мелкая сучка ведь добровольно идти не хочет…»

Одновременно радуюсь тому, что установил за Златкой слежку, и в то же время бешусь, что в очередной раз она чуть не попала в крупные неприятности из-за своего ослиного упрямства. Живи она со мной, этот хлыщ вряд ли решился бы к ней приблизиться, а тут почувствовал беззащитную жертву… Сильно сомневаюсь, что ей понравилась бы перспектива нового замужества с очередным любителем малолеток типа моего папаши.

Смотрю на Златкины окна. Там горит свет. Сидит себе красота, понятия не имеет, что сейчас происходило перед ее подъездом. И даже спасибо не скажет, что не дал ей навредить. А я стой тут одиноким стражем, защищай ее по всем фронтам без права на снисхождение… Справедливо? Ни черта это не справедливо! Всегда считал, что в благородстве нет и не может быть ничего справедливо.

Я не молил бога ниспослать мне девушку с кучей проблем. Жил себе спокойно… С другой стороны, защиты она у меня тоже не просила. По идее, ничем я ей не обязан, но по-другому не могу.

Пора Злате наконец осознать, от чего я ее уберег, и прекратить дурить. Пусть поймет, скольким мне обязана, и возвращается в режим: «Да, хозяин, чего изволите, хозяин». Мне эта гонка за собственным хвостом адски надоела. Сейчас пойду и разъясню ей, сколько она мне стоила и в моральном и в материальном плане. Пусть собирает свои вещички и чтоб через полчаса уже сидела в моей машине.

С этими мыслями иду в подъезд. Тот почти всегда приоткрыт. Наверное, так жильцы путаются избавиться от постоянно царившей там вони.

Задерживаю дыхание, сжимаю кулаки. Сколько еще испытаний я должен выдержать по вине этой строптивицы… Тоже мне, уперлась рогом, самостоятельная она. Без меня ей и лишнего шагу лучше не делать, обязательно найдет, куда вляпаться.

Бесконечные нервы и раздражение последних дней достигают пика. Чувствую, как внутри всё клокочет от гнева. Меня прямо-таки распирает, готовлюсь высказать девчонке всё, что о ней думаю. Громко стучу в дверь. В прихожей почти сразу слышатся шаги. Злата открывает, смотрит на меня своими невинными глазками и сходу выдает:

— Я надеюсь, ты здесь для того, чтобы извиниться!

Буквально давлюсь ядом, который собрался на нее вылить. Оглядываю ее личико. Оно почти детское без макияжа. Златовласка хмурит брови, ждет моего ответа.

Вдыхаю поглубже, готовлюсь высказать ей всё, что наболело, открываю рот, а оттуда вместо гневных речей вырывается булькающее:

— Извини…

Как только она это слышит, сразу улыбается, демонстрируя мне жемчуг зубов, хватает меня за руку, тянет в квартиру. Чувствую тепло ее пальцев, и вся злость, раздражение этого дня куда-то уходят. Я бы даже сказал, убегают. На их место приходит дикое желание обнять Златку, поцеловать…

— Хочешь чаю? — неожиданно предлагает она.

И тут мое тело выдает меня с головой — при слове «чай» желудок начинает так активно бурчать, что мне самому уши закладывает. Пытаюсь вспомнить, когда в последний раз ел. Кажется, часов в одиннадцать. Потом работа, клиенты, Златкин звонок, презентация, разборка с одним настойчивым осетином… Было не до ужина.

— Да ты голодный! — решает она озвучить очевидную вещь. — Пойдем, пойдем! У меня много вкусного! Красная икра, черная, сырокопченая колбаса трех видов, сыры…

Поначалу слова Златы кажутся мне какой-то злой шуткой, потом резко понимаю в чем дело:

— Ты получила корзину с деликатесами?

— Ага, — кивает она. — Кстати, мог бы и предупредить о таком сюрпризе… я бы тогда ужин не готовила.

Я бы, может, и предупредил, если бы сам о нем помнил. Заказывал корзину вчера утром, а после этого произошло столько событий, что не мудрено забыть.

— Что у тебя на ужин?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ленивые вареники с картошкой! — улыбается золотая девчонка.

Мои брови непроизвольно поднимаются.

— Это как?

— Пойдем покажу, а заодно дам попробовать!

Она усаживает меня у стола, дает в руки кружку ароматного мятного чая, велит ждать. Решаю послушаться, становится любопытно, что же она будет делать.

Девчонка достает какое-то тесто. Обваливает в муке, сноровисто нарезает его на небольшие кусочки, мнет их, закидывает в кипящую воду.

— А где картошка? — хмурюсь.

— Картошка в тесте! — улыбается Злата. — Прежде чем воротить нос, попробуй!

После того, как мячики из теста всплывают, Злата добавляет к ним сметану и жаренный лук, накалывает один кусочек на вилку и кладет мне в рот.

Вкус простой и в то же время совершенно потрясающий.

— Будешь такое?

— Буду!

В меня влезают целых две порции.

— А где твоя хозяйка?

— Она взяла баночку красной икры и ушла к соседке, гоняют чаи с настойкой…

— Ясно…

А я-то всё это время подсознательно ждал, что она вот-вот появится на кухне.

— Златка, иди сюда…

Тяну девчонку за руку и до того, как она успевает понять, что происходит, усаживаю себе на колени.

— Я тебя еще не простила! — тут же заявляет моя дорогуша.

Но с моих колен вставать не спешит, даже наоборот — обнимает за шею, устраивает голову у меня на плече. Сижу на старом облезлом стуле в давно требующей ремонта кухне и при этом чувствую себя абсолютно счастливым.

Глава 59. Мятный чай

Тогда же:

Артём

Не думал, что Златка захочет вот так просто мне отдаться. Практически без уговоров, прямо на кухонном столе… Мечтать мечтал, но чтоб в реальности…

Моя золотая настолько быстро разомлела от моих поцелуев, что процесс взятия крепости кажется уже делом времени, хотя к самой сути я еще не приступил.

Хочу ее до боли в причинном месте. Ласкаю губами ее губы, а руки уже под платьем, проверяют упругость попки, линию бедер, степень открытости нижнего белья. Одним резким движением усаживаю Злату на стол и этим же самым движением опрокидываю гребаную кружку с чаем. Хорошо хоть, что тот давно остыл. Девчонка вскрикивает:

— Блин, я вся мокрая!

Еще б она не кричала, ее платью сзади досталось прилично.

Проходит секунда — вшивая секунда, а Злата уже «отрезвела». Щеки прямо на глазах превращаются в два переспелых помидора, впрочем, краснеют не только они, всё ее лицо начинает пылать огнем. Она даже рот рукой прикрывает, тихо шепчет:

— Посиди тут, пожалуйста, я схожу переоденусь.

Пятится к выходу, видимо, чтобы не предстать передо мной мокрой стороной платья. Выскакивает за дверь, а я остаюсь в пропахшей мятой кухне совершенно один.

Хоть волком вой, честное слово.

— К черту! — решаю вдруг и уверенно иду за ней.

Я достаточно терпел, я достаточно старался, пора получить дивиденды. И она мне их обеспечит, давно задолжала.

«Может, с ней надо как с пластырем? Содрал, и всё? Ну, в данном случае уложил на спину…»

А что, я могу, даже очень. Более чем способен, так сказать.

Заглядываю в комнату, куда она шмыгнула несколько секунд назад, и замираю. Златка стоит у шкафа в одних трусиках, надеть сухое платье еще не успела, оно всё еще у нее в руках.

После такого зрелища в своем решении уже не сомневаюсь, шагаю внутрь.

— Ой! — пищит она, увидев меня. Прикрывает грудь платьем, отступает к стене, пока не упирается в нее спиной.

Однако мне на ее скромность резко становится до одного места.

— Иди сюда! — требую.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Куда там, ни на миллиметр не сдвинулась. Шагаю к ней, хватаю за плечи с твердым намерением продолжить то, что начали на кухне. Наклоняюсь для поцелуя, а она шепчет мне в губы:

— Артём, не надо!

— Что не надо?! — уже практически рычу.

— Артём, ну пожалуйста!

— Хватит ломаться!