Земля вечерних звёзд - Людмила Минич

Он замолчал, чтобы перевести дух, но почему-то не продолжил. Молчали и все остальные. Наконец Тай сам сказал:

— Охотник сказал, она тамошняя колдунья.

Опять воцарилась зловещая тишина. Если бы знал Далекий Человек, какую неоценимую службу им с Ак Ми Э сейчас сослужил Санжат!

— А может, — Трибал уже не шутил, — лучше отпустить их подальше? С их зверюгой? Он ведь если оправится…

У Тая у самого сейчас было смутно на сердце. Теперь он почти поверил охотнику. Уж если она и вправду колдунья, то неизвестно, какой от нее ждать беды. Тарут сказал, что если рассердить колдунью, то от проклятья ее не спасешься. Тай благоразумно удержался от того, чтобы поведать об этом своим верным соратникам. И так у них поджилки затряслись.

— Откуда вообще эти двое тут случились, на нашей дороге? — внезапно проговорил молчаливый Сартадай.

Все снова задумались.

— Или кончить их по-тихому тут… — Это Трибал.

— Молчать! — Тай понял, что пора брать их в железные латные рукавицы, а то разговорились опять. — Отпускать их я не собираюсь. Тем более, если они так просто повстречались на нашей дороге. В злой умысел против нас я не верю! Девчонка сама идет через лес за какой-то надобностью. Между прочим, не в Адья Тэрэк ли она путь держит? Может, другие колдуны ее вообще изгнали? Она же не скажет правды. А верю я в то, что это воля богов — ее здесь встретить. Лучшего случая у нас не будет.

Трибал все еще качал головой.

— А как проверить, куда она нас поведет? Вдруг как раз в самые топи? А сама сбежит.

— Следить за ней надо, — Санжат нахохлился, — что же еще…

— Пусть айэт Тай не гневается на меня… — подал голос Сартадай. — А ведь девчонке он очень приглянулся. Заметно было. Как она на него смотрела! Особенно сначала! Я в этом толк понимаю.

— И что, Сартадай?

Тай вспомнил благодарные глаза лесной девчонки, когда он приказал забрать в лагерь ее зверя. Как его там? Ти-кой, что ли? Не всерьез же Сартадай ему намекает?

— Вот если бы айэт Тай немного… поиграл с девчонкой. Посмотрел поласковее, пару слов сказал… хороших. Может, она… — мялся тот, не решаясь продолжить.

— Ты в своем разуме? — Тай рассердился. — Делать мне нечего? С лесными дикарками заигрывать? Ты что, забыл, кто я такой? Идите отсюда! — прикрикнул он, и они удалились.

Но слова, брошенные Сартадаем, помимо воли крепко засели в голове. Весь следующий день они были в мыслях Тая. Ведь замысел неплох. Для простого воина. Но для него, Тая из рода Кальги, который, быть может, вступит в союз с наследницей трона, это невозможно. Он уронит не только свое достоинство, но и Гайят… Ее прекрасное лицо снилось ему сегодня, целый день мерещилось ему среди листвы. Он бесцельно бродил по лагерю, делая вид, что обдумывает что-то, а сам кидал взоры в сторону вельдары, будто невзначай.

Она, похоже, не интересовалась всеми теми людьми, что слонялись вокруг нее. Правда, слонялись они не так близко. Россказни ночной ее охраны, да еще небось подогретые Санжатом — надо будет ему потом голову открутить, — превратили девушку из объекта всеобщего вожделения в существо, вызывающее странный, зябкий интерес, смешанный с беспокойством. «Колдунья». Это слово, произносимое шепотом, не раз слышалось сегодня Таю. И она вновь варила свои зелья. На этот раз при свете дня, не скрываясь. Тай видел это сам. Ничего в этом страшного вроде нет, а прав Санжат: дрожь по коже идет неприятная, если близко подойти, словно мурашки. А когда совсем близко подошел, и вовсе оторопел. Она как раз шептала что-то, водя ладонью над одной из широких глиняных чашек, и глаза у нее были пустые. Словно она внутрь смотрит, а не в окрестный мир. И тут она вдруг вздрогнула, взгляд ее обрел четкость. Глаза ее сердито, даже яростно сверкнули. Кто бы еще отважился так смотреть на Тая? Она что-то сердито сказала своему охраннику, и тот послушно заковылял в его сторону.

— Господин, когда она варит свои снадобья, нельзя близко подходить.

— Ты забыл, что я тут распоряжаюсь? — Тай так и вспыхнул. — Или она забыла? Она хочет заставить меня напомнить ей?

— Господин, — охотник примирительно покачал головой, — она говорит с духами, когда колдует. Они приходят к ней, и если видят рядом кого-то незнакомого, могут просто навредить.

— Кому, ей?

— Если сильно разгневаются, то и ей. А вообще тому, кто мешает. — То ли Таю показалось, то ли в голосе действительно тенью мелькнула насмешка.

— А ты, стало быть, не раздражаешь их?

— Меня посвятили ее охранять, — бойко пояснил охотник, — духи меня знают.

— Я хочу говорить с ней! — резко сказал Тай. — Мне не до игр.

— Она не будет сейчас говорить! — даже немного испуганно сказал Тарут. — Она творит ритуал.

В голосе его Таю почудилось такое безграничное уважение, что боевой настрой сразу исчез. Кто ее разберет сейчас с этими ритуалами.

— Скажи, чтобы позже пришла!

— Но она не пойдет! — Охотник развел руками. — И она не привыкла к такому обращению.

— Я не потерплю больше ее игр, — холодно сказал Тай. Так холодно, что сам восхитился. — Она решила бросить мне вызов? Она в моих руках, пусть не забывает об этом. Скажешь ей.

Охотник удалился, ковыляя, и присел рядом с колдуньей, словно боясь прервать ее. Тай отошел. Когда Ак Ми Э закончила варить отвар, Далекий Человек сказал ей с удовольствием:

— Они думают, что твои отвары — колдовские напитки, а то, что ты делаешь, — ритуал, общенье с духами.

Ак Ми Э пожала плечами:

— Какие глупые люди! Я делаю отвар так же, как и всегда. А они не могут отличить.

— А где им? — Сай Дин усмехнулся. — Они же никогда не видели живой Хранительницы. Как и живой колдуньи. Но этот твой Посланник нетерпелив. Он хочет видеть тебя, говорить с тобой.

— Я же сказала! Не называй его так больше.

— Ладно, девочка, не буду больше.

— И что я ему скажу? — растерялась Ак Ми Э, до которой, наконец, дошла вторая часть слов Сай Дина.

— А ты не ходи. Я сам пойду, еще что-нибудь совру. Но завтра, боюсь, нам не отвертеться. Они завтра утром снимутся с лагеря и пойдут дальше. Нас либо с собой заберут, либо…

— Никуда они завтра не пойдут, — сказала Ак Ми Э, — сегодня такой дождь будет. Уже скоро. Река вздуется, переправляться плохо будет. В грязи завязнут. Нет, никуда завтра не пойдут, если они, конечно, не совсем глупые.

— А ты уверена, что дождь будет? — с надеждой спросил Далекий Человек.

— Конечно! — Ак Ми Э смотрела на него. — Разве ты не чувствуешь? Этот дождь уже в воздухе. — Она принюхалась. — Он идет сюда. До вечера он будет здесь. Это скорый дождь, подобный потоку, льющемуся с неба. Растяни шкуры, что у нас остались, над ветками для костра, иначе вечером останешься без «колдовского зелья», — она смеялась над ним. — Правду говорю! Если нельзя костер будет разжечь, то я новый отвар нуа не сварю. А повязку нужно свежим отваром пропитать. Вчерашний уже силу потерял.