Возвращение домой - Питер Гиллквист

Воскресное утро настало очень быстро. Мы взяли такси до собора и прибыли туда точно к девяти. Православные христиане собрались со всей страны, и миряне, и духовенство, включая митрополита Феодосия и архиепископа Иакова. С проповедью на литургии выступил о. Павел Шнейрла. После службы о. Энтони Габриэл из Монреаля отвез нас на праздничный банкет. В течение нескольких часов мы пировали, чествуя человека, которого нам скоро предстояло называть «Сайдна» — почтительное арабское слово, означающее «господин». Понедельник мы провели с друзьями в Свято–Владимирской семинарии, а на вторник мы с Мерилин, согласно предварительной договоренности, должны были встретиться с митрополитом Филиппом, чтобы кратко проинформировать его о нашем продвижении за последние три месяца.

Программа вторника состояла из двух частей: ленч и «Сюрприз». Ибо в дополнение к красивому медному подносу с Ближнего Востока сайдна Филипп приготовил для нас еще один рождественский подарок.

— Как дела у людей в ЕПЦ, — спросил он, когда мы собрались в гостиной после

ленча. — Готовы ли они быть приведенными в Церковь?

— Они готовы, — заверил я его, предполагая, что он может предложить начать миропомазание и рукоположение на съезде Североамериканской архиепископии в Детройте следующим летом.

— Хорошо! Я буду в Калифорнии в начале февраля и мы начнем миропомазание и рукоположение 8 февраля в церкви Св. Михаила в Ван–Нуйсе, — ответил он без колебаний.

8 февраля! Это через два месяца. Год был сокращен до пяти месяцев. Я думаю, что сказал: «Это будет захватывающе», или что–то вроде этого. Через два месяца около двух тысяч евангелических пилигримов завершат свое путешествие к православному христианству.

— Кэти, принеси сюда календарь. Мы начинаем миропомазание евангелических православных в феврале, — крикнул он своему секретарю в соседнюю комнату.

Оставшуюся часть времени после полудня мы составляли расписание. В Лос–Анджелесском регионе большинство членов ЕПЦ должны быть миропомазаны, а духовенство рукоположено в диаконов 8 февраля. В следующее воскресенье в соборе Св. Николая будет миропомазана остальная часть мирян Лос–Анджелесского региона, а диаконы будут рукоположены в священников. Оттуда митрополит Филипп отправится вверх по побережью и повторит тот же процесс в Санта–Круз, а затем, на следующий уикенд, — в Нэшвилле.

Епископ Антуан подключится в середине марта, чтобы ввести в Церковь наши приходы в Джексоне, Мемфисе, Бэри, Индиане, а также три прихода в Канаде. В конце концов, митрополит должен был полететь в Анкоридж и Сиэтл, чтобы завершить процесс к началу апреля.

— Таким образом, к Пасхе ЕПЦ в полном составе перейдет в Святое Православие, — улыбнулся митрополит. — Друг мой, Питер, ваше путешествие почти окончено — или, я бы сказал, оно только начинается.

Попрощавшись, мы пожелали друг другу счастливого Рождества. В этом году было так много поводов для благодарности. И год 1987 обещал быть еще лучше.

Во время полета домой на следующий день я составил список людей, которым необходимо было позвонить. У семнадцати приходов было в распоряжении два месяца, чтобы окончательно подготовиться к встрече одного из наших новых епископов. Знакомство подходило к концу, приближалась свадьба.

12

НА ПУТИ В ТРЕТЬЕ ТЫСЯЧЕЛЕТИЕ

Диакон Ханс выразился лучше всех.

— Каждая из этих служб миропомазания и рукоположения подобна небольшой Пятидесятнице, — заметил он во время Божественной литургии в Нэшвилле, когда люди выходили вперед, чтобы в первый раз причаститься в качестве православных христиан.

Служба в соборе Св. Михаила в Ван–Нуйсе двумя неделями раньше продолжалась около четыре часов, в течение которых более двухсот прихожан были миропомазаны и много человек рукоположены в диаконы. На самом деле, толпа была настолько огромной, что пришлось снять все стеклянные панели в западной части храма и растянуть огромный взятый напрокат тент, чтобы вместить всех собравшихся. — Это выглядит как возрождение Пятидесятницы, — сказал я отцу Джону Бартке перед началом службы.

В классическом смысле этого термина, так оно и было.

Первым, кого я встретил, когда мы вошли в церковь этим февральским утром, была Ульяна Шмеман, жена покойного о. Александра Шмемана. Она проделала весь путь от Нью–Йорка до Лос–Анджелеса, чтобы стать свидетельницей этого события. Ее присутствие было огромной радостью для каждого из нас и мне трудно выразить ей свою признательность за приезд.

Все мы, и духовенство, и миряне ЕПЦ были миропомазаны в начале службы. Затем, во время самой литургии, состоялось рукоположение диаконов — митрополит возложил руки на каждого в отдельности. Новые калифорнийские приходы были представлены: Св. Варнавы, Хантингтон, — о. Уэйном Уилсоном; Св. Афанасия, Санта–Барбара, — о. Ричардом Бэлью; Св. Тимофея, Ломпос, — о. Дэвидом Оганом; Св. Афанасия, Сакраменто, — о. Томасом Рэнфри, и из Невады, Св. Иакова, Рено, — о. Тимоти Мак–Коем.

Хотя в Новом Завете и на протяжении большей части истории Церкви имели место одновременные рукоположения нескольких человек, позднее в Православии вошло в обычай рукоположение во время службы только одного диакона или пресвитера. Но нас было так много, что обычай уступил место традиции и митрополит Филипп, подобно апостолу Павлу, «возложил на них руки» (Деян. 19:6), низводя благодать Святого Духа.

Молитва, которой епископ молится за каждого нового диакона включает такие слова:

Даждь ему любити благолепие дому Твоего, предстояти дверем храма святого Твоего, возжигати светильник селения славы Твоея, и насади его во святей Твоей Церкви яко маслину плодовиту, плодоносяща плод правды, и совершенна покажи раба Твоего, во время пришествия Твоего, благо угодивших Тебе восприяти воздаяние.

Мы входили в святую чреду диаконов, начавшуюся с семи человек, включая Св. Стефана, первомученика за Иисуса Христа в новорожденной Церкви.

В то утро в соборе Св. Михаила отсутствовал один человек. Пегги Томас находилась в Санта–Барбаре, выдерживая битву с раком, находящимся в последней стадии. Она была слишком больна, чтобы приехать. Ее семья была миропомазана, а ее муж, Стив, рукоположен этим утром в ее отсутствие.

— Она должна принять миропомазание на следующей неделе, — сказал он, когда мы вышли из храма. — Молитесь за нее.

После службы прихожане собора Св. Михаила устроили нам настоящий пир. Это был один из нескольких раз, когда я готов был допустить, что частичной причиной моего перехода в Православие была пища!