Банковский счет - Уэстлейк Дональд Эдвин

Они все столпились у перегородки, чтобы посмотреть на сейф, и будь я проклят, если сбоку у него не было круглого отверстия. Келп крикнул: «Ты сделал это!»

«Черт возьми!» Герман закричал, довольный собой, и все захлопали его по спине.

Дортмундер сказал: «Почему оттуда идет дым?» Все снова замолчали и посмотрели на струйку дыма, поднимающуюся из отверстия. Герман сказал: «Подожди минутку», - и шагнул вперед, чтобы быстро осмотреть пол. Затем он возмущенно повернулся к Дортмундеру и сказал: «Ты знаешь, что произошло?»

«Нет», - сказал Дортмундер.

«Чертов металл упал внутрь», сказал Герман.

Келп подошел, чтобы заглянуть в дыру, и теперь он сказал: «Эй. Деньги горят».

Это вызвало всеобщую панику, но Дортмундер протолкался сквозь толпу и заглянул внутрь, и все оказалось не так уж плохо. Отверстие в боковой стенке сейфа было идеально круглым и около фута в диаметре, а внутри находился круглый кусок черного металла того же размера, похожий на карликовую крышку канализационного люка, только гораздо толще, и он лежал на пачках денег, поджигая их. Не очень сильно, просто подрумяньте и сверните их по краю кружочка. Однако пара маленьких огоньков уже вспыхнула, и если их предоставить самим себе, они распространятся, и в конце концов все деньги превратятся в пепел.

«Хорошо», - сказал Дортмундер, отчасти чтобы успокоить людей позади себя, отчасти чтобы бросить вызов судьбе. Он снял правый ботинок, просунул его в дыру и начал сбивать огонь.

«Если бы только у нас была вода», - сказал Виктор.

Мама Марча сказала: «Бачок в туалете! Мы не спускали воду с тех пор, как покинули трейлерный парк, бачок все еще должен быть полон!»

Это была еще одна проблема — четыре часа торчать здесь без туалета, но теперь и эта тоже оказалась скрытым благословением. Была создана бригада по упаковке кофе, и довольно скоро Дортмундер смог снова надеть ботинок и вместо этого полить водой тлеющие банкноты. Потребовалось всего четыре контейнера, и последний уголек погас.

«Мокрые деньги», - проворчал Дортмундер и покачал головой. «Хорошо, где пластиковые пакеты?»

Они взяли с собой коробку пластиковых пакетов для мусора, чтобы хранить в них деньги. Мэй достала их сейчас, вытащила одну из коробки, и Дортмундер с Келпом начали набивать ее обугленными купюрами, мокрыми купюрами и хорошими купюрами, пока Мэй и Виктор держали пакет открытым.

И тут мама Марча крикнула: «Мы переезжаем!»

Дортмундер выпрямился, его руки были полны денег. «Что?»

Марч выбежал из-за перегородки, выглядя гораздо более взволнованным, чем Дортмундер когда-либо видел его. «Мы снимаемся», - сказал он. «Мы катимся вниз с этого проклятого холма, и мы вышли из-под контроля!»

30

Келп толкнул дверь и посмотрел на проплывающую мимо сельскую местность. «Мы отправляемся в дорогу!»

Позади него Герман крикнул: «Прыгай! Прыгай!»

С какой скоростью они ехали? Вероятно, не более пяти-десяти миль в час, но для глаз Келпа тротуар, проносящийся у него под ногами, был просто размытым пятном.

Но им пришлось прыгнуть. В передней части банка не было окон, поэтому они не могли видеть, куда направляются, собираются ли они врезаться во что-нибудь или нет. Они ехали пока не очень быстро, потому что склон здесь был совсем не крутым, но берег наклонялся к дороге, а еще дальше холм становился намного круче, и тогда они ехали слишком быстро, чтобы перепрыгнуть. Так и должно было случиться сейчас, и у этой двери Келп был первым.

Он прыгнул. Справа от себя, вверх по склону, он заметил Виктора, выпрыгивающего из другой двери. Затем Келп упал на тротуар, потерял равновесие, растянулся и дважды перевернулся. Когда он сел, у него была новая большая дыра на правом колене брюк, а остальная банда растянулась под уклоном, все сидели и лежали на тротуаре под дождем, а банк катился прочь от них, теперь уже по дороге и набирал скорость.

Келп посмотрел в другую сторону, чтобы посмотреть, как дела у Виктора, а Виктор уже был на ногах и ковылял обратно к закусочной. Келп секунду не мог сообразить, что это такое, а потом понял, что Виктор гонится за «Паккардом». Броситься в погоню, вернуть банк!

Келп поднялся на ноги и захромал вслед за Виктором, но еще даже не добрался до посыпанной гравием подъездной дорожки, когда «Паккард» рванул с места и с визгом остановился рядом с ним. Он забрался внутрь, и Виктор снова завел мотор. Он собирался остановиться ради Дортмундера, который был следующим, стоя там с пластиковым пакетом, полным денег, в руке, но Дортмундер настойчиво махнул им, и Келп сказал: «Не останавливайся, Виктор, они поедут в фургоне».

«О'кей», - сказал Виктор и нажал на акселератор.

Берег был далеко внизу по длинному склону. Шел дождь, была середина дня, и они были далеко на Лонг-Айленде — три вещи, которые помогли им найти свободную дорогу, когда они в ней нуждались. Банк, пронесшийся точно по середине двухполосной дороги, пересекая белую линию, к счастью, не встретил никакого движения в противоположную сторону.

«На этом повороте он перевернется», - сказал Келп. «Там он разобьется, но у нас должно быть время вывести остальные деньги».

Но он не перевернулся. Поворот был накренившимся, под правильным углом, и крен обогнул его без проблем — полностью и вне поля зрения.

«Черт бы его побрал!» — заорал Келп. «Догони его, Виктор».

«Я так и сделаю», - сказал Виктор. Склонившись над рулем, его внимание было приковано к дороге впереди, он сказал: «Знаешь, что, по-моему, произошло?»

«Банк начал крениться», - сказал Келп.

«Из-за взрыва», - сказал Виктор. «Я думаю, это то, что сделало это. Вы почувствовали то, что сделало это потрясающим. Должно быть, это началось, и мы были на вершине холма, и как только он начал двигаться, он просто продолжил движение».

«Конечно, сработало». Сказал Келп. Он покачал головой. «Ты не можешь поверить, насколько Дортмундер будет раздражен», - сказал он.

Виктор бросил взгляд в зеркало заднего вида. «Пока не отстал от нас», - сказал он.

«Они придут. Давайте сначала побеспокоимся о банке».

Они достигли поворота, обогнули его и увидели берег далеко впереди. У подножия холма был небольшой городок, небольшая рыбацкая община, и берег направлялся прямо к нему.

Но Виктор выигрывал. Кроме того, по мере того, как дорога внизу выровнялась, крен начал медленно терять свою динамику. Когда он проехал на красный свет в центре города, скорость его составляла не более двадцати пяти миль в час. Женщина-охранник на переходе свистнула в свисток банку, когда тот проезжал на светофоре, но он не остановился. Виктор сбросил скорость, увидев женщину в похожей на полицейскую форме и белом ремне безопасности на перекрестке, и увидел красный сигнал светофора, но когда он достиг перекрестка, светофор загорелся зеленым, и он снова прибавил скорость. Женщина свистела, задыхаясь, и, когда они проходили мимо, стояла в дождливой канаве, тяжело дыша, с вздымающимися плечами и открытым ртом.

«Это скоро прекратится,» - с надеждой сказал Келп.». Здесь вообще нет никакого склона.

«Это океан», - сказал Виктор, кивая вперед.

«О, нет!»

В конце улицы был пирс, выступающий в воду на добрых тридцать футов. Виктор догнал банку как раз перед тем, как она выкатилась на пирс, но это не имело значения; остановить ее было невозможно. Один рыбак в желтом резиновом дождевике и непромокаемой шляпе, сидевший на складном стуле, поднял голову, увидел приближающийся берег и прыгнул прямо со стула в океан; берег, проходя, перевернул его стул вслед за ним. Он был единственным обитателем пирса, который теперь был предоставлен банку в полное распоряжение.

«Сделай так, чтобы это прекратилось!» — Крикнул Келп, когда Виктор резко остановил «Паккард» у начала пирса. «Мы должны это остановить!»

«Ни за что», - сказал Виктор. «Просто нет никакого способа».

Они вдвоем сидели в «Паккарде» и смотрели, как берег неумолимо катится по грохочущим доскам пирса до самого конца, а потом тихо, без драматизма откатывается от внешнего края и камнем падает в воду.