Банковский счет - Уэстлейк Дональд Эдвин

Капитан наклонился вперед, положив тяжелую руку на спинку сиденья рядом с головой водителя. «Ты что, ничего не можешь сделать с этим чертовым радио?»

«Это из-за дождя, сэр», - сказал радист. «Это из-за погоды».

«Я чертовски хорошо знаю, что это из-за проклятой погоды», - сказал капитан. «Я спросил вас, вы ничего не можете с этим поделать».

«Ну, у нас довольно хороший прием, когда мы на холме», - сказал радист. «Однако, проезжая по равнине, я слышу только эти помехи».

«Я слышу это», - сказал капитан. Он ткнул водителя в плечо и сказал: «Найди мне холм».

«Да, сэр».

Капитан откинулся назад и задумчиво посмотрел на лейтенанта Хепплуайта. «Холм», - сказал он, как будто холмы сами по себе были оскорблением.

«Да, сэр».

«Мобильный штаб, и я не могу ни с кем связаться, пока не встану неподвижно на вершине холма. Вы называете это мобильным?»

Лейтенант Хепплуайт выглядел измученным, пытаясь сообразить, будет ли правильным ответом да, сэр или нет, сэр.

Ни то, ни другое не понадобилось. Капитан Димер снова повернулся лицом вперед и спросил: «Вы уже нашли холм?»

«По-моему, впереди один, сэр», - сказал водитель. «Трудно сказать в такой дождь».

«Я ненавижу дождь», - сказал капитан. Он сердито смотрел на него, и никто не произнес ни слова, когда мобильный штаб начал подниматься по длинному склону холма. Радио шипело, стеклоочистители щелкали, дождь барабанил по крыше машины, а правое веко капитана беззвучно подрагивало.

«Может, мне подъехать к закусочной, сэр?»

Капитан уставился на затылок водителя и подумывал о том, чтобы наклониться вперед и прокусить ему шею. «Да», - сказал он.

«Я думаю, страховая компания расплатилась», - сказал радист.

Капитан нахмурился. «О чем ты говоришь?»

«Закусочная, сэр», - сказал радист. «В прошлом году у них был сильный пожар, сгорел дотла».

«Что ж, теперь он вернулся», - сказал лейтенант Хепплуайт.

«Похоже, что он не открыт», - сказал радист.

Капитан был недоволен неуместностью. «Мы здесь не для того, чтобы говорить о закусочной», - сказал он. «Мы здесь, чтобы связаться со штаб-квартирой».

«Да, сэр», - ответили все.

Закусочная находилась в стороне от дороги, перед ней была посыпанная гравием автостоянка, а у дороги висела большая вывеска с надписью «ЗАКУСОЧНАЯ Маккея». Водитель припарковался возле этого знака, а радист отправился связываться со штаб-квартирой. Через минуту помехи стихли, и послышался металлический голос, как будто они дозвонились до кого-то, кто жил в пустой банке из-под собачьего корма. «У меня штаб», - сказал радист.

«Хорошо», - сказал капитан. «Скажи им, где мы. Где мы, черт возьми?»

«Закусочная Маккея, сэр».

Капитан опустил голову, как будто собирался броситься в атаку. «Когда я спрашиваю, где мы находимся, — сказал он, — мне не нужен ответ, я могу прочитать надпись прямо за этим чертовым окном. Когда я говорю, где мы находимся, я хочу знать…

«Недалеко от Сагапонака, сэр», - сказал радист.

«Недалеко от Сагапонака».

«Да, сэр».

«Сообщите об этом в штаб-квартиру».

«Да, сэр».

«Выясни, что происходит, если что».

«Да, сэр».

«Скажи им, что мы будем здесь до дальнейшего уведомления».

«Да, сэр».

«Пока банк не будет найден, или дождь не прекратится, или я не сойду с ума».

Радист моргнул. «Да, сэр», - сказал он.

«В зависимости от того, что наступит раньше».

«Да, сэр».

Капитан повернулся к лейтенанту Хепплуайту, который выглядел очень бледным. «Даже в детстве я ненавидел дождь», - сказал капитан. «Раньше у меня была кукла Popeye, которую можно было ударить, и она падала и снова поднималась. Она была такого же роста, как я, с утяжеленным задом. В дождливые дни я обычно относил эту куклу «Попай» в подвал и выбивал из нее все дерьмо».

«Да, сэр», - сказал лейтенант.

Веко капитана опустилось. «Я устал все время слышать ‘Да, сэр’, - сказал он.

«Да-а-а», - сказал лейтенант.

Радист сказал: «Сэр?»

Капитан повернул свою тяжелую голову.

«Сэр, — сказал радист,». я сообщил в штаб-квартиру о нашем местоположении, и они сказали, что сообщать нечего».

«Конечно», - сказал капитан.

«Они говорят, что поискам мешает дождь».

Капитан прищурился. «Они взяли на себя труд указать на это, не так ли?»

«Да, сэр».

«Э-э», - предостерегающе произнес лейтенант Хепплуайт. Капитан посмотрел на него. «Лейтенант?»

«Ничего, сэр».

«Который час, лейтенант?»

«Десять пятнадцать, сэр».

«Я голоден». Капитан посмотрел мимо лейтенанта на закусочную. «Почему бы вам не пойти и не приготовить нам кофе по-датски, лейтенант? Я угощаю».

«В окне висит табличка, что они закрыты, сэр».

Радист сказал: «Вероятно, еще не готовы открыться после пожара. Другое их заведение сгорело дотла».

«Лейтенант,». сказал капитан,». идите туда и постучите в дверь и посмотрите, есть ли там кто-нибудь. Если есть, спросите их, могут ли они приоткрыть дверь ровно настолько, чтобы угостить нас кофе и датским сыром».

«Да, сэр», - ответил лейтенант. Затем поспешно: «Я имею в виду, э — э…»

«И если не кофе с датским сыром, — сказал капитан, — то мы будем признательны за все, что они могут для нас сделать. Вы скажете им это, лейтенант?»

«Э-э-э… … Я так и сделаю, сэр».

«Спасибо», - сказал капитан и откинулся в углу, задумчиво глядя в окно на дождь.

Лейтенант вышел из машины и тут же промок насквозь в своем форменном плаще. Лил настоящий дождь, настоящий и неподдельный, как будто никого это не касалось. Лейтенант Хепплуайт с трудом пробирался по лужам к закусочной, отмечая, насколько закрытой она выглядела. Кроме надписи от руки «ЗАКРЫТО» в одном окне, там отсутствовал какой-либо свет.

Во всем здании создавалось впечатление, что оно еще не готово к ведению бизнеса. Вокруг новой закусочной были разбросаны обугленные и почерневшие остатки предыдущей закусочной, которые еще не убрали. Новый был все еще на колесах, без какого-либо бортика; заглянув в нижнее пространство, лейтенант Хепплуайт увидел колеса легкового автомобиля и грузовика, припаркованных за закусочной, — единственный признак того, что здесь все-таки кто-то есть.

Что больше всего поразило лейтенанта в этой закусочной, так это атмосфера краха вокруг. Это был тип малого бизнеса, на который смотришь и сразу понимаешь, что он обанкротится в течение шести месяцев. Отчасти, конечно, это произошло из-за дождя и общей мрачности того дня, а отчасти из-за новой закусочной, стоявшей на пепелище старой; но также из-за окон. Они были слишком маленькими. Лейтенант подумал, что людям нравятся закусочные с большими окнами, чтобы они могли выглянуть наружу и понаблюдать за движением.

В передней части закусочной было две двери, но ни к одной из них не было ступенек. Лейтенант добрался до ближайшей, постучал в нее и вообще не ожидал ответа. На самом деле, он как раз собирался отвернуться, когда дверь все-таки приоткрылась и на пороге появилась худощавая женщина средних лет, смотревшая на него сверху вниз. В уголке ее рта была сигарета, которая покачивалась, когда она говорила: «Чего ты хочешь?»

«Мы хотели спросить, — сказал лейтенант, — не могли бы мы заказать кофе и датский сыр». Ему приходилось запрокидывать голову и смотреть вверх, когда он разговаривал с ней, что было неудобно в данных обстоятельствах. Козырек кепки защищал его лицо от дождя, но теперь он практически тонул в нем.

«Мы закрыты», - сказала женщина.

Появилась другая женщина со словами: «В чем дело, Гертруда?» Эта была ниже ростом, носила шейный бандаж и выглядела раздраженной.

«Он хотел кофе с датским сыром», - сказала Гертруда. «Я сказала ему, что мы закрыты».

«Мы закрыты», - сказала другая женщина.

«Ну, мы офицеры полиции», - начал лейтенант.

«Я знаю», - сказала Гертруда. «Я догадалась по твоей шляпе».

«И ваша машина», - сказала другая женщина. «Сбоку написано ‘Полиция’».