Владыка забвения: Железная Воля - Елена Червоная

— Ох, Тильда! Они ведь совсем дети!

— Нас всех сожгут из-за твоих детей! Всем известно, чем вы занимаетесь! И поверь, если сюда придут, каждый выберет свою шкуру, а не этих тварей!

— Знаю, знаю… — виновато пробормотала Агнес.

— Густав ранее скрывал твоего чертенка, но в этот раз не думай, что он поможет! Ситуация и вправду накалилась. Говорят, Мессия восстал, и демонических графов отрешили от титула. Это, кстати, не ты их упрятала? Признавайся, старая ведьма! — Тильда с размахом хлопнула по прилавку.

После этого Бертран, услышавший шум, зашел в лавку и увел бушующую селянку. Стараясь ее успокоить, он пообещал не держать детей у себя слишком долго.

Норт поспешно удалился назад в комнату, забираясь на постель. Рядом спала уставшая сестра. Ее ранее нежные руки, что толком не касались уборки и хозяйства сейчас стали грубыми. Стараясь отплатить старикам, она совсем себя измотала. Страшно было представить, что ему снова придется тащить ее куда-то. Подставлять семью Рейнард не хотелось.

Той ночью Нортон мучился от беспокойного сна. Снилось, что деревня погрузилась в мрак. Лишь тусклые факелы мерцали, освещая лица, искаженные страхом и отчаянием. В воздухе витал запах гари, смешанный с плачем и проклятиями. Из темноты возникла зловещая фигура Тильды, ее лицо было искажено злобой. Сердце Нортона колотилось от ужаса, и с каждым мгновением страх нарастал.

— Но-о-орт! — раздался голос за его спиной.

Обернувшись медленно, словно погруженный в кисель, он увидел Рейнардов, привязанных к горящему столбу на площади. Вокруг них толпились деревенские жители с вилами, которые начали толкать к костру и самого Нортона.

— Норт!

Парень вскочил на ноги, широко распахнув глаза. Перед ним стоял Бертран, будивший его с рассветом, чтобы он мог помочь старику с утренними делами.

— Кошмар приснился? — Старик похлопал парня по плечу. — Жду тебя.

Когда Нортон, все еще взволнованный после тревожного сна, приступил к утренним обязанностям, Бертран, заметив его роскошные волосы, решился на откровение.

— Норт, такие волосы будут тебе мешать. Длинные шевелюры носят лишь знатные, а нам нельзя привлекать к себе внимание. Я могу помочь тебе избавиться от этого… лишнего. Короткая стрижка поможет тебе слиться с окружающими.

Демон, немного смущенный и уставший от ночных переживаний, кивнул в знак согласия.

В мастерской Бертран расстелил на полу старую ткань и поставил деревянный стул. Норт сел, и старик приступил к работе. В его руках были слегка ржавые ножницы для стрижки шерсти. Бертран осторожно, но уверенно начал укорачивать волосы гостя: сначала обрезал длинные пряди, свисавшие до лопаток, затем подровнял их до более удобной длины. Стрижка получалась не самой аккуратной, но старик трудился терпеливо. Волосы Норта были густыми и длинными, поэтому работа заняла некоторое время.

Нортон встал со стула и подошел к зеркалу, разглядывая свое новое отражение. Его лицо слегка нахмурилось — стрижка оказалась куда короче, чем он привык. Густые волосы, которые раньше свободно спадали до лопаток, теперь были убраны в короткие пряди, едва достигающие ушей.

Он провел руками по макушке, чувствуя короткие пряди под пальцами. Кожа казалась оголенной, и холодные потоки воздуха теперь легко касались головы, вызывая легкий озноб. Стрижка оставила странное ощущение легкости, но вместе с тем будто стерла часть его прежнего облика. Лицо, раньше скрытое за густыми волосами, теперь полностью открылось, выставив на свет острые черты, о которых он почти забыл.

— Не знал, что волосы могут так сильно менять внешность, — пробормотал он, пытаясь привыкнуть к новому виду.

Бертран крякнул от смеха и потер ладонью лоб.

— Ах, не переживай. Я сам никогда не носил такой шевелюры, так что трудно мне понять это чувство. Но, думаю, теперь ты не будешь привлекать лишнего внимания. Выглядишь как обычный деревенский парень.

Нортон ненадолго задумался.

— Бертран, — осторожно спросил он, — а у тебя есть дети? Вы с Агнес совсем одни живете…

Старик вздохнул глубоко, его лицо затуманилось от печали.

— Моя дочь… ее забрали, — начал он, голос его стал тихим и усталым. — Она дала обещание ангелу, но нарушила его. Боги, разгневанные ее непослушанием, явились ночью. Я помню, как небеса раскололись, и яркий свет охватил ее. В один миг ее больше не стало.

— Что именно обещала твоя дочь? — озадаченно спросил юноша.

— Она должна была выносить ребенка от ангела. Это был священный долг, но она отказалась. — Бертран тяжело вздохнул. — Ангелы забирают девушек, чтобы они рожали полукровок — детей, обладающих частью светлой силы. Такие дети дают Богам больше контроля и влияние над миром.

Глаза старика блестели от подступивших слез, которые он изо всех сил старался удержать. Его голос дрожал, и каждое слово давалось с трудом.

— Наш король тоже полукровка, и его власть и действия контролируются Небесами. Он управляет нашим королевством под пристальным надзором ангелов, которые используют его силу в своих целях. Моя дочь должна была стать частью этой системы.

— Прости, Берт. Я не знал… — неловко пробормотал Норт, стараясь оказать поддержку старику. — Я уверен, что она теперь в лучшем месте.

Бертран вытер слезы, глубоко вздохнул и, с усилием выдавил:

— Спасибо, Норт. Я слишком стар, чтобы что-то изменить в этом мире, но хотя бы могу сделать что-то для таких как вы. Дети не должны страдать. Никто не должен страдать. Моя дочь уже не вернется, но я могу защитить и помочь тем, кто в этом нуждается.

С этими словами старик, шмыгнув носом в последний раз, удалился из мастерской, оставив демона в неловком молчании. Тем временем тот собрал свои волосы и бросил их в печку, сложил инструменты и отправился к Мари.

Марианна, сосредоточенная на работе, аккуратно перемешивала густую похлебку в большом медном котле. Ложка мягко постукивала о стенки котла, а густая смесь тихо булькала, поднимая редкие пузыри. В полумраке тускло мерцали свечи, их огоньки слегка потрескивали и отбрасывали на стены живые, танцующие тени. Воздух, насыщенный ароматами жареного мяса и свежих трав, смешивался с легким дымком от дров, которые Агнес время от времени подкидывала в печь. Старушка стояла у огня, ворча себе под нос о важности горячей пищи зимой.

На лбу демонессы выступил легкий пот, а черные волосы, растрепанные после долгого дня, были небрежно собраны в хвост и прикрыты платком. Плечи слегка опустились, и в движениях сквозила замедленность, выдавая накопившуюся усталость.

— Мари, можно тебя на минутку? Нужно поговорить.

Она настороженно взглянула на него, но, заметив серьезность в его глазах, кивнула. Девушка аккуратно положила ложку в котел, вытерла руки о фартук и последовала за Нортом в заднюю комнату, где находилась спальня. Когда они