Владыка забвения: Железная Воля - Елена Червоная

Эти воспоминания согревали ее сердце, но разум не давал забыть правду: ей нельзя любить смертного. В ее мире любовь была излишеством, недопустимой роскошью. Демоны могли любить только однажды, и их сердца были обречены на столетия одиночества. Поэтому все расы стремились заключать браки только со своими. Иветта знала, что, если она позволит себе это чувство, то обречет себя на муки. После его смерти она не перестанет любить его и будет терзать себя до собственной гибели. Эти мысли грызли ее изнутри. Несмотря на всю силу чувств, демоница не могла позволить себе большего и держала своего Владыку на расстоянии.

Поместье бывших графов Гемоку встретило ее разрухой. Каменные стены, некогда гордые и величественные, были обрушены, а земля покрыта обломками и пылью. Внутри она нашла тело учителя Лоренса, безжизненно лежащее среди обломков. Решив, что его нельзя оставлять просто так, она похоронила его рядом с могилой, которую обнаружила на заснеженной поляне.

— Главное, лошадей не тронул, — с иронией заметила Иви, наблюдая за замерзшими животными, которые скубали кору деревьев.

Не зная, в каком направлении отправился Норт, Иветта решила исследовать ближайшие деревни в надежде найти хоть какой-то след. Целую неделю она неустанно путешествовала по окрестностям, ее путь пролегал через непроходимые леса и замерзшие поля. Небо хмурилось, а холодный ветер пронизывал ее до костей, хотя ей это не причиняло вреда. Скрыв свой демонический облик, Иветта пересекала одну деревню за другой, надеясь в каждой получить хотя бы малейшую подсказку.

В конце концов, ее странствия привели ее к крошечной деревушке на юге, почти затерянной среди снежных просторов. Она зашла в маленькую, скромную таверну и села за один из столов, оглядываясь вокруг, пока не заметила грубого местного жителя, сидящего у стойки.

— Ты, — обратилась она к нему, подойдя, — мне нужна информация. Я ищу демона или тех, кто их скрывает. Меняю на золото.

Мужчина прищурил глаза и отстранился, собираясь скрыться. Его лицо было красным от алкоголя, а руки дрожали, когда он подносил кружку с вином к пересохшим губам.

— Не знаю, о чем вы говорите, — пробормотал он, встав с лавки.

Иветта не медлила. Она схватила его за шиворот.

— Говори правду! Я пришла сюда не ради пустых разговоров.

— Ладно, ладно! Есть тут чокнутые старики, семья Рейнард, постоянно таскают к себе всяких… странных личностей. Они держат их в своем доме. Часть деревни даже помогает им, по какой-то своей причине. Если хочешь узнать больше, попробуй пойти туда.

Получив необходимую информацию, Иветта бросила бедолаге пару золотых монет и направилась к указанному месту.

Глава 14 «Под Давлением»

Зимним утром, когда снег укрыл улицы деревушки, дом Рейнардов выглядел как тихое, уютное место среди холодного белого мира. В окна с простыми занавесками виднелся равный слой снега, лежащий на земле. Серый свет просачивался сквозь облака, и все вокруг казалось спокойным и умиротворенным — настоящая зимняя тишина, когда каждый звук словно замирает в воздухе.

Внутри, тепло печи окутывало пространство. Агнес Рейнард сидела за своим ткацким станком, который стоял у окна. Ее руки, уже знавшие каждую нитку и каждый движок, плавно двигались, создавая сложные узоры. Ткань, что она изготавливала, медленно разворачивалась, наполняя комнату запахом шерсти.

Марианна, устроившись у печки в теплом пледе, смотрела на бабушку с нескрываемым интересом. Изогнутая спина Агнес и ее сосредоточенные глаза казались единым целым с танцем нитей, который она творила.

— Смотри, как нити переплетаются.

Она медленно прокладывала новый ряд, ее руки, несмотря на возраст, были все еще ловкими и точными.

— Каждое движение имеет значение…

Марианна, подтягивая плед поближе и присаживаясь поудобнее, кивала, ее глаза искрились любопытством.

— Это выглядит так сложно. Как ты все это запоминаешь?

Агнес с улыбкой взглянула на девочку.

— С годами все становится проще, — сказала она, ее голос был похож на тихий шепот ветра за окном. — Просто нужно внимательно следить за каждым шагом. Так же, как и в нашей жизни. Чем больше мы понимаем, тем легче нам создавать нечто значимое.

Мари, наблюдая за движениями бабушки, почувствовала, как у нее появилось желание научиться. Каждый узор, каждое переплетение нитей казались ей частью великого искусства, которое она захотела понять.

— Бабушка Агнес, — сказала демоница, приподнявшись с места, — я хочу попробовать. Можешь научить меня ткать?

Агнес, улыбаясь, приостановила работу и, внимательно посмотрев на девочку, кивнула.

— Конечно, дорогая. — Женщина потянулась к маленькому стульчику, стоявшему у станка. — Сядь сюда. Ткацкий станок требует терпения.

С волнением демоница села на стульчик и осторожно прикоснулась к станку, словно боясь разрушить трепетную работу бабули. Агнес показала ей, как правильно держать нити, как их переплетать и натягивать.

— Важно чувствовать каждое движение, — объясняла Агнес, ее голос был мягким и наставническим. — Нити должны ложиться плавно, чтобы создать гармоничный узор. Попробуй сначала натянуть их и следи за тем, как они ведут себя.

Сосредоточенная Мари, начала двигать руками, пытаясь повторить движения бабушки. Сначала ее движения были неровными, но с каждым новым рядком она становилась все более уверенной.

— Хорошо, хорошо. Не бойся ошибаться. Каждая ошибка — это часть обучения. Важнее всего — понимать, как исправлять их. — Агнес подбадривала ее, иногда корректируя технику.

Через некоторое время юная Гемоку почувствовала, как ткань начинает принимать форму. В ее глазах заблестела искрящаяся радость, и она снова взглянула на Агнес.

— Я действительно могу это делать!

— Да, моя милая. Тебе нужно лишь продолжать работать, и однажды ты тоже сможешь создавать такие красивые узоры.

В течение нескольких дней, проведенных в доме Рейнардов, Нортон и Марианна постепенно осваивались в новой среде, хотя их присутствие оставалось в тени благодаря усилиям стариков. Агнес и Бертран, прекрасно осознавая истинную природу своих гостей, делали все возможное, чтобы скрыть их от посторонних глаз. Они тщательно следили за тем, чтобы лавка оставалась закрытой для непрошеных гостей, а случайные встречи на улице были сведены к минимуму.

Чтобы скрыть их демонический облик, Норт наложил на себя и сестру магию иллюзий, которую он изучил у Сатаны. Эта магия преобразовывала их внешний вид, скрывая угрожающие черты под обликом обычных людей. Их глаза более не сверкали, как спелые яблоки, а рога, хвосты и уши исчезли. Однако их присутствие вызвало беспокойство у деревенских жителей. Старики строжайше запретили детям выходить за пределы дома, но Норт все же подслушал вечернюю беседу в лавке:

— Кого же вы опять притащили, Агнес? — прошипела злая женщина, как змея. — Неужели хочешь, чтобы инквизиция до нас добралась? Забыла,