Приходи в полночь - Сюзанна Форстер

– Кто вас впустил? – спросил он дрожащим голосом.

– Ваша экономка.

– Думаете, я поверю? Удивительно, что она не подняла тревогу и не заорала.

На лице Монтеры промелькнула улыбка, такая же темная, как его мексиканская душа.

– Мне кажется, я ей понравился, – сказал он. – Я пообещал, что замолвлю за нее перед вами словечко. Она говорит, вы ни разу не прибавляли ей жалованья за все время, что она у вас работает. Я слышал, что Комитет Браунинга не слишком жалует своих членов, которые эксплуатируют рабочую силу нелегально. Говорят, это публично ставят им в вину.

На этот раз Алек распознал жар, которым наливалась его шея, и это была злоба. Его клиент вел себя как животное. Если бы Алек не обладал таким сильным инстинктом самосохранения, он сам бы включил сигнализацию.

– Я не занимаюсь служебными делами дома, – отрывисто сообщил он Монтере. – Позвоните завтра в мой офис и договоритесь о встрече. И потрудитесь надеть какую нибудь цивильную одежду.

Войдя в комнату, Монтера захлопнул дверь.

– Это не займет много времени.

Алек повернулся на кушетке и торопливо запахнул халат.

– Убирайся отсюда, ты, ненормальный сукин сын! Надо было отправить тебя в тюрьму!

– Что вам следует сделать, советник, так это послушать меня в течение десяти минут.

Монтера вышел на свет, его глаза были такого же холодного цвета, что и зеркальные очки, свисавшие из нагрудного кармана.

– Зачем?

– Затем, что я знаю, кто убил Дженифер Тейрин. – Услышав эту новость, Алек не мог сдержать презрительного смешка.

– И как я полагаю, это не вы?

– Это ее бывший друг Джек Таггарт.

– У вас есть доказательства?

– Таггарт – коп из отдела по расследованию убийств полиции Лос Анджелеса. У него были мотив и возможность.

Алек выхватил бутылку водки из ведерка со льдом и глотнул горячительной жидкости прямо из горлышка. На глазах выступили слезы, у него перехватило дыхание, и он злобно глянул на клиента.

– О чем вы говорите, Монтера? Объяснитесь… и постарайтесь повразумительней.

– Кто лучше, чем коп из отдела по расследованию убийств, может устроить убийство и подставить другого?

– Вы говорите, что Таггарт вас подставил? Он задушил Дженифер Тейрин, и сделал это так, чтобы подумали на вас? И чего ему так стараться? И вообще кому то?

Ник быстро описал запутанную историю своих подростковых отношений с Дженифер Тейрин и то, как много лет спустя она связалась с Таггартом, а потом бросила его, желая получить прощение за ложные показания.

– Она говорила мне, что он много раз угрожал убить ее, если она его бросит, – объяснил Монтера. – Он жестокий сукин сын, насильник, до безумия ревнив. Ее притягивало к подобным мужчинам… мужчинам, которые господствовали над ней.

– Включая вас? – Алек сунул бутылку в ведерко со льдом, взял салфетку и промокнул влагу над верхней губой. – Ваши отпечатки нашли по всему ее телу. Вы признали, что у вас было столкновение с этой женщиной.

– Я объяснил это. Она была пьяна. И не хотела, чтобы я уходил.

Алек кивнул на серебряную змею на запястье Монтеры:

– Браслет составляет пару с кольцом, которое, по вашему заявлению, было у вас украдено, верно? Удивлен, что полиция не конфисковала его.

– Они конфисковали настоящий браслет. У меня есть еще один.

– Зачем?

– Он имеет особое значение.

– Он передавался по наследству? Подарок?

– Не совсем. Его значение символично. – Алек прищурился:

– Что случилось с кольцом, Ник? Ваше заявление, что его украли, слишком банально.

Монтера сорвал с головы бандану и тряхнул черными волосами, словно освобождаясь. На скулах заходили желваки.

– Я рассказал вам, что случилось, – заметил он.

Голос его прозвучал настолько тихо, что Алека пробрала дрожь. Все в этом человеке пугало его до полусмерти. Это был какой то готовый взорваться заряд динамита. Алек рванул за концы пояса, затянув его излишне туго, когда поднялся с кушетки. Ему хотелось еще выпить, но он решил сдержаться.

– О'кей, давайте посмотрим, что я понял, – сказал он, тщательно избегая встречаться с нервирующим его взглядом Монтеры. – Кольцо украл Таггарт, так вы говорите? Он сознательно планировал убить Дженифер Тейрин путем удушения, заклеймить ее вашим кольцом, а затем придать ее телу точно такую же позу, как на вашей фотографии?

Монтера сунул бандану в задний карман джинсов.

– Все верно. – Алек вздохнул:

– Это оказалось просто удачей или блестящим планом, что ее убили как раз в тот вечер, когда вы поссорились?

– Таггарт – коп. Он выжидал удобного момента. И знал, что такой момент наступит.

– Знал? В самом деле? Почему это?

– Он знал Дженифер. Она была эмоциональной особой. Постепенно она все доводила до конфронтации. Ему нужно было всего лишь следить. Он следил за нами. И ждал.

– А его мотив?

– Дженифер бросила его ради меня. Его мотивом была месть… нам обоим. Что может быть лучшей расплатой – убить ее и подставить меня?

– Вы описываете законченного психопата?

– Я описываю Джека Таггарта. Проверьте его полицейское досье. Он уже дважды привлекался к ответственности за несанкционированное применение силы.

Алек мерил шагами комнату, не слишком радуясь этой информации. Он обдумывал несколько различных линий защиты, включая возможность того, что Монтеру подставили, но он предпочел бы другую версию.

– И почему вы не поделились со мной этой своей историей раньше? – спросил он.

– Я надеялся, что вы узнаете об этом сами. Глупо с моей стороны, не находите?

Алек взорвался:

– Вы на самом деле думаете, что можете выполнить эту работу лучше меня, да?! Как это вы так сглупили, что наняли меня, такого олуха?

Глаза Монтеры блеснули невысказанным презрением.

– Вы не олух, Саттерфилд. Вы просто не заинтересованы. А я заинтересован. На карту поставлена моя жизнь. Я хочу, чтобы вы защищали меня так, словно это ваша жизнь поставлена на карту. Вы можете это сделать?

Алек облизнул губы и посмотрел на бутылку водки. Этот сукин сын доведет его до перепоя.

– У меня есть кое какие идеи, – сказал он. – Частичная недееспособность, во первых. Мы можем попытаться доказать, что вы не отвечали за свои поступки, что вы пили, что она разозлилась и втянула вас в это…

– Мой Бог! – выдохнул Монтера. – Да зачем вообще брать на себя такой труд – защищать меня? Почему сразу не сдать меня, надев наручники? Частичная недееспособность… да это все равно что открытым текстом сказать, что это сделал я, понял, ты, задница!

– Полегче! – Алек предостерегающе поднял руку. – Я сказал, это был один из вариантов. У меня есть и другие.