Перстень Мораны - Александра Кармазина

— Мы его больше не увидим, да? — поинтересовалась Забельская. Она и хотела знать ответ и нет… — Сергея. Нас осталось трое.

— Ваши судьбы еще молоды, — покачал головой Богдан. — Ты ищешь определенности и утешения. Я не могу ответить на твой вопрос.

Тяжело вздохнув, Вика кивнула. Незаметно стерев слезу, что скатилась из уголка глаза, она провела языком по пересохшим губам. Поверхностная и легкомысленная внешне, она обладала глубокой душой, в которой было достаточно любви и осознанности. Сердце обливалось кровью и кричало от боли, когда мысли касались того, кого больше не было рядом с ними. Виктория хотела помочь, но не понимала, как это сделать.

— … но в моих силах привести того, кто сможет, — добавил Домовой.

Глава 36

— Нет, нет, — в очередной раз покачал головой Витольд в ответ на просьбу Домового. — Все, что угодно, ты знаешь, но только не это.

— Ты не можешь отказать мне, — жестко возразил Богдан. — За тобой вина, принц Селивестра.

— Да, бровь ты! — всплеснул руками Витольд. — Ты сам знаешь, что это было необходимо.

— В моем доме, — Домовой выделил местоимение «моем», — я действую так, как считаю нужным. Ты применил чары, хотя не должен был этого делать.

— Если эта девочка должна была задохнуться в облаке золы, то я поступил верно, — не уступал «леший». — Ты виноват не меньше моего, поэтому не перекладывай с больной головы на здоровую.

— Глупо упираться, — вздохнул Богдан. — Без Высших нам не справиться в этой ситуации. Морана — сильное божество. Против нее не хватит ни твоих, ни моих сил. Здесь нужен кто-то посерьезнее простого лесного или домашнего божка.

Витольд тяжело вздохнул. Ему это не нравилось, но Домовой был прав. Снова! Этот белобрысый паразит в который раз говорил дело… Поджав чувственные губы, владыка лесов Селивестра поднял на собеседника полный зеленого огня взгляд.

— Я не стану вмешивать Ладу в это, — решительно отказал Домовому, который просил призвать богиню любви на помощь.

— Что б тебя…! — в лицо Витольду полетел клуб горячей золы. — Я ничего не смогу сделать сам. Ты тоже…

Принц лесов Селивестра сделал шаг назад, но на агрессивный выпад не отреагировал. Он понимал, что Домовой злится и норовит вывести его на эмоции. Эта хитрющая морда понимал, что, если крутой нрав его друга и возлюбленного Дарьи вырвется наружу, Лада сама явится. Она не позволит Витольду сделать хоть что-то из того, о чем потом тот будет горько сожалеть. Подобное случилось уже однажды — богиня не даст истории повторится*.

— Даже не надейся, — покачал головой Витольд. — Я не дам Ладе повода сорваться сюда.

— Упрямый, — с досадой проворчал Богдан, — паршивец.

— Что вы тут устроили? — в кабинете, где за закрытой дверью решалась судьба почти всех присутствующих в доме, появилась ворожея Дарья.

Богдан резко обернулся, сверкнув глазами. В глубине зрачка затлели яркие красновато-черные искры.

— Легче, — подняла руки Дарья. — Вы совсем, что ли?! Гарью тянет уже, Богдан! А ты… — повернулась к своему возлюбленному. — Ветрище… Твой лес стонет уже!

Шумно выдохнув, Витольд отвернулся к окну. Ворожея была права. Он сдерживался, как мог, но это не могло отразиться на сосновом бору. Кроны шумели, между деревьями носился ошалелый ветер… Над бором стоял такой емкий и раскатистый гул, словно лес ожил. Казалось, сосновый бор расправил плечи подобно громадному чудовищу, из могучей груди которого вырывался глухой утробный рык.

— Разошлись по разным углам! — указала Дарья Домовому на дверь. — Живо! Вон отсюда!

Сердито зыркнув на нее, Домовой метнулся в указанном направлении. Перед тем, как захлопнуть створку двери, буркнул себе под нос что-то в духе «как будто мне больше всех надо».

— Поговори мне еще! — крикнула ему вслед ворожея, после чего обратилась к Витольду: — Неужели вы думаете, что с них еще не хватит? Ребята в шоке. Им страшно и так, а тут еще вы устроили разбор полетов.

— Я ему спокойно сказал, что не стану вызывать Ладу, — ответил владыка лесов Селивестра. — Жестоко просить мать идти против дочери.

— А что, на Ладе свет клином сошелся? — приподняла брови Дарья. — Больше не к кому обратиться?

Повернувшись к ней, Витольд задумчиво прикусил нижнюю губу. Решение пришло почти мгновенно. Как он сам не догадался?! Ведь есть другой бог, который может быть гораздо полезнее Лады. А еще — сильнее…

— Велес? — предположил Витольд.

— Велес… — с улыбкой кивнула Дарья.

— Думаешь он поможет нам… снова?

— Как бы там ни было, но не без его участия эти студенты оказались здесь, — напомнила ворожея.

— Так-то оно так, но… — владыка лесов Селивестра замолчал.

Витольд мало общался с Велесом. Он так никому и не признался, но участие одного из верховных богов в его истории любви слегка удивило. Несколько лет назад, когда жизнь Дарьи висела на волоске, Велес явился послом чьей-то доброй воли и все разрешилось как нельзя лучше. Сейчас, когда Морана начала жатву, он не показался. Не дал о себе знать ни словом, ни делом. Значит ли это, что Велес занят своими делами и ему все равно, что происходит?

Однако, именно это и выглядело странно. В силу своего рода занятий, Велес не мог пропустить такое событие**. Он обязательно должен быть в курсе происходящего. Вот только почему бездействует? Либо затеянное Мораной предприятие не стоит выеденного яйца, либо Велес пока лишь делает вид, что ему не интересна эта возня.

— Что же, значит, пора навестить нашего господина, — улыбнулся Витольд.

— Сам пойдешь? — спросила Дарья.

— Думаю, так будет лучше всего, — кивнул он. — Останься здесь, успокой их и помоги, если Морана явится вновь.

— Не думаю, — качнула головой ворожея. — Она пока занята своей новой игрушкой.

— Это меня и беспокоит, — вздохнул Витольд. — Нужно заканчивать с ней. Времени совсем мало.

— Да, — помрачнела Дарья. — Через три дня будет ровно тринадцать дней — обозначенный срок. Ритуал потеряет силу, а мы — власть над ситуацией.

— Хорошо бы понять, кто все это заварил, — задумчиво проговорил владыка лесов Селивестра. — Думается мне, что с Мораной подвязывается еще кто-то.

— Тот,