Эдем 4 (СИ) - Афинский Владислав

Впрочем, мнение большинства на трибуне уже быстро менялось. Ну не похож Гнарг на умственно отсталого ни разу. Как только он здесь появился, то сразу же цепкий воинский взгляд начал подмечать мелкие детали каждого присутствующего. Лёгкость походки, движение мускулов, эмоции в глазах. Чёрный орк уже мог с точностью сказать, кто здесь сильнее, а кто слабее, полагаясь лишь на внешний осмотр.

Правда толку от этого не очень много, но внимательность явно находится на превосходном уровне. Значит остаётся лишь расставить акценты и научиться подмечать другие детали. Для этого Ланс и брал своего работника с собой, чтобы тот обучался и привыкал к обстановке. Это касалось не только коллег, но и потенциального товара.

— Он сражается как безумный зверь. Никакой пощады, сожаления и особой стратегии. Инстинктивное понимание поля боя и неутолимый голод. Необучаемое животное, — спустя минуту размышлений Гнарг вынес вердикт. — Однако прибыль он принести может. Крайне вероятно перед своей смертью он выиграет ещё множество кровавых и жестоких боёв.

В ответ аристократ лишь едва заметно кивнул. Вывод вполне удовлетворительный. Чёрный орк действительно развивается, понимает правила трибуны и уже довольно метко определяет будущее этиамариев. Хотя чему тут удивляться? Он же сам так-то титул героя получил, знает что такое кровавые бои лучше многих.

Так что можно с уверенностью заявить: выполнение первой задачи проходит успешно. Конечно, на достижения мастерства уйдут долгие года и десятилетия. Но господин Бальмуар уже не боялся оставлять Гнарга одного. Тем более в случае чего рядом всегда находится Рериос, который порешает и проблемы, и врагов. А Меглисия уже согласилась немного подучить коллегу по ремеслу, когда сам Ланс покинет Орта Миос.

Второй вопрос заключается в услаждении гордости организаторов и вечных обитателей центральных мест. Ну тут хватает просто присутствия Ланса, на которого теперь находящие внизу иерархии смертные смотрят с самым искренним трепетом. Этот ранее неизвестный человек с янтарными глазами ворвался в Орта Миос, поучаствовал в перевороте власти на одной из арен, без сомнений убил одного из коллег, сражался за город в битве против бездны да с таким размахом, что его теперь даже сам Орз Ширавра считает за равного, вишенкой на торте становится конфликт с Халсу’Алуби, о котором уже столько слухов ходит… В общем дорогу роду Бальмуаров переходить никто пока что не собирался. От него явно веяло проблемами и опасностью.

Ну а третий вопрос касался уже непосредственно покупки нового и весьма перспективного раба. Самый настоящий вампир сейчас сражался на арене, устраивая кровавую бойню. Обезумевший от жажды крови он рубил налево и направо всех подряд. Природный дар к магии крови позволял ему черпать силы из павших врагов. Чужая кровь сама старалась течь за ним шлейфом, хотя иногда он и просто впивался клыками в шеи противников.

— Так значит сделку всё же не одобрили. Я верно понял? — всё также лениво говорил Ланс, обращаясь к знакомому по переписке этириданосу.

— Да. Ещё раз извиняюсь, но мне отказали в продаже, — говорил слегка трясущийся смертный, который столько красивых слов писал, столько гарантий давал, а тут вот как вдруг оказалось. — Ещё раз извините. Я не знал…

— Ой, да будет вам! — не удержавшись воскликнул представитель владельцев арены. — Всё вы знали!

Рериос же продолжал молча сидеть и никак не реагировал на происходящее. Технически он мог легко вмешаться, ведь главная доля находится у Нар’Авидов. Но во внутреннее самоуправление своих арен лучше лишний раз не лезть. Так что сам Уларинар на голосовании воздержался, ведь прекрасно понимал, что является предвзятым лицом в этом вопросе.

В чём собственно проблема? Да в том, что принадлежавший продавцу раб устроил у прошлого хозяина бойню. Вырвался из клетки и выпотрошил десятки смертных, включая владельца. Каким-то чудом его удалось взять живьём. После такого ему, разумеется, выписали смертный приговор, который решено было привести в исполнение на арене. Его кидали в самое мясо, предварительно мучая голодом, от которого у всех кровососов сносит крышу. Каждый раз планка повышалась.

Таким образом смертник одновременно мучался, потому что в перерывах в качестве наказания дополнительно использовались пытки холодом, водой, огнём, опять же банально голодом. Затем веселил толпу и приносил доход. Постепенно планка повышалась, и раб умирал в бою, где уже просто невозможно победить. Бывали случаи, когда рабы сами сдавались, но этого раба уже выпускали на арену безумным, он не мог сдаться.

Процесс этот может длиться как пару дней и один бой, так и месяцами. Ну и иногда этириданосы выкупают таких рабов, чтобы получать себе прибыль, надеясь, что смертник успеет отбить потраченные деньги. Владельцы арены получают моментальную и надёжную прибыль, что на длинной дистанции всегда лучше.

Однако несмотря на перепродажу такой раб уже никогда не получит ни титула, ни права на свободу, как и условия его содержания обязаны быть наихудшими. Поэтому зачастую смертники живут прямо на арене, где-нибудь в подвале площадью два на два метра.

Ну и как бы Лансу об этом никто не сказал, а он в свою очередь рассчитывал же взять раба с собой, может быть даже в другой город и обучить чему-нибудь. В результате всей бюрократической волокиты документы прошли через руки владельцев арены, к которой привязан этот раб, после чего сразу последовал отказ. В одиночку передать такого раба нельзя.

— Значит вы не хотите мне его продавать? — прямо спросил Ланс, делая глоток из своей чаши.

— Господин Бальмуар, ну вы же всё понимаете… — со вздохом начал говорить представитель владельцев. — Это непросто раб, это смертник. Он должен понести наказание, а мы должны проследить. Наши подписи у служителей закона. Мы уже дали гарантию, что эта тварь отплатит за всё сполна и сдохнет в муках за убийства граждан. Если что-то не дай Этий случится, то отвечать будет наша арена, я и… Вы!

— Да что я⁈ — сразу опешил продавец, отводя взгляд. — С точки зрения закона всё в принципе нормально и правильно… Господин Бальмуар же тоже всё понимает! Ну сдохнет эта тварь не в Орта Миос, а где-нибудь в не успевших получить лицензию бойцовских ямах… Какая разница? Или вы думаете, что после перепродажи для этого кровопийцы устроят райские условия или отпустят на волю?

— Я думаю, кто-то слишком жадный и идёт на неоправданные риски! — сразу же парировал представитель. — Да и вопрос можно считать уже закрытым. Сегодня этот смертник сдохнет. Он познает настоящий холод, который постепенно вызовет крайне болезненный некроз всего тела.

— Кто жадный? Я жадный?

Спор продолжился далее теперь уже без господина Бальмуара. Тем временем на арену выпустили нового этиамария. Относительно сильный маг, который видимо и должен был разобраться с проблемой. Этий его знает, кто там решил против этого зверя выставить лишь одного волшебника, но такой самоуверенности можно только завидовать.

В чём собственно главная проблема вампиров. В том, что они, выпив крови врагов, становятся ещё сильнее, чем раньше. Только что смертник устроил бойню и, очевидно, накушался. Вторая проблема — это скорость и реакция.

— Он труп, — почти сразу выдал Гнарг, заметив, что к выставленному магу никто присоединяться не собирается.

Спор на трибуне ещё продолжался, тем временем полетела ледяная стрела. И вот часто бывает, рождаешься ты с даром покорять хар, тренируешь заклинание, а потом противник просто уворачивается. Обидно.

Мгновенно волшебник создал перед собой полосу льда, но вампир в этот же момент растворился в дымку. Подобно туману он проплыл за спину и сразу же материализовался, чтобы атаковать подобранным с трупа мечом.

Стоит отдать должное, маг среагировал просто отлично. Мгновенно за его спиной случился взрыв, снег и лёд разлетелись во все стороны. Вампира же сбило с ног, только вот…

— Теперь точно труп, — изрёк Гнарг, который может с разумными вампирами и не сражался, но про кровопийц много знал.