Дело о золотом Купидоне - Лариса Куницына

и постоял там, вдыхая свежий воздух и наблюдая за конюхами, которые разгружали телегу с сеном, увязанном в большие тюки. Они уносили их в конюшню, и оттуда слышалось негромкое ржание.

Выходило, что убийцей де Лапорта, скорее всего, является Мишель де Ривер. Что ж, и у него был мотив для этого. Он преданный брат и то, что королевский офицер злословил о его сестре, не могло оставить его равнодушным. К тому же он был достаточно близок с де Лапортом и тот наверняка выбалтывал ему свои секреты, а значит, он должен был знать, что тот получил деньги за то, что рекомендует королю соперницу Маргариты, да ещё вот-вот укрепит позиции Анжелики, примирив её отца с графом де Альбоном. Он как-то разузнал о «Штандарте Кальдерона», о том, что в лавандовое вино де Байе добавляют красный тмин, а секретным ингредиентом духов Анжелики является мускус белого бобра. И тогда ему осталось только заказать у аптекаря золотую краску с третьим компонентом яда, преподнести её своему другу и убедить его явиться на пир в виде золотой статуэтки с крыльями, что при тщеславии де Лапорта было не так уж сложно.

Ещё раз перебрав в уме имеющиеся факты, Марк решил, что вина де Ривера доказана, и можно приступать к его допросу, но он всё же хотел дождаться возвращения Матье.

Конюхи тем временем выгрузили всё сено и ушли, закрыв за собой ворота конюшни. Марк вздохнул, посмотрел в подёрнутое сизой дымкой небо и направился к себе.

Матье явился вскоре. Он вошёл в кабинет и, радостно улыбаясь, показал графу зажатый между двумя пальцами маленький конверт из шёлковой бумаги с красной сургучной печатью.

— Ты нашёл это у де Ривера? — воскликнул Марк, протянув за письмом руку.

— Я ничего у него не нашёл, — покачал головой сыщик, подходя к столу, и отдал ему письмо. — Де Ривер снимает несколько комнат в доме баронессы де Видаль. После смерти супруга её дела несколько пошатнулись, и она вынуждена сдавать часть дома на улице источника короля Анри жильцам. Она беспрепятственно пропустила нас в комнаты де Ривера. Мы перевернули там всё вверх дном, но ничего не нашли, и уже думали, что уйдём с пустыми руками, когда в дверь постучали. Я открыл и увидел на пороге худую даму лет сорока, в сером суконном платье весьма элегантного покроя с кружевным воротником. Она представилась как Клотильда Герен, учительница дочерей баронессы де Видаль. Эта дама весьма образована и при этом не замужем. Она живет тем, что даёт уроки дочерям купцов и небогатых дворян, обучает их грамоте, счёту, манерам, в общем всему, что должна знать девица определённого сословия. Эта госпожа Герен узнала от баронессы, что тайная полиция арестовала де Ривера, и поспешила явиться к нам, чтоб рассказать о том, что недавно оказала ему некую услугу.

— Это она написала то письмо?

— Именно так! Де Ривер обратился к ней и попросил написать некое письмо, сказал, что хочет подшутить над своим приятелем и заодно вызволить его из самовольного заточения, куда он вверг себя от отчаяния, получив отказ от некой гордой девицы. Будто бы, явившись туда, куда указывает это письмо, он попадёт в компанию друзей, где его будет ждать накрытый стол и обильная выпивка. Он просил госпожу Герен переписать на шёлковой бумаге изысканным почерком некий текст, а потом надушить письмо, и запечатать его так, как должна это сделать девушка дворянского сословия. В благодарность он принёс ей пирожные с миндалём, и она с удовольствием выполнила его просьбу. Однако её смутило, что текст, который она переписывала, уже был написан на хорошей бумаге изящным женским почерком. Но де Ривер пояснил, что этот почерк его другу знаком, потому он не может воспользоваться черновиком письма. При этом он поднёс этот черновик к пламени свечи и сжёг его. Узнав от баронессы об аресте её жильца, госпожа Герен решила на всякий случай сообщить обо всём нам. Я попросил её взять такую же бумагу и по памяти воспроизвести то письмо, а потом так же надушить и запечатать его. Полагаю, что, хоть то письмо и было сожжено в камине, теперь у нас есть его относительно точная копия!

— Отлично, — одобрил его действия Марк и распечатал письмо.

Там красивым женским почерком было написано:

«Господин де Лапорт, нет, Оноре! Вы позволили себе недопустимую дерзость, признавшись мне в своих чувствах и зная при этом, что сердце моё принадлежит нашему государю! Я с негодованием отвергла ваше предложение, однако, полагаю, что мы можем достигнуть некоего компромисса. Грядёт ночь святого Коломбэйна, и она полна волшебства, а значит, может исполнить самые сокровенные желания. Под маскарадными масками скрываются не только лица, но и сердечные тайны. Мимолётная шалость заслуживает прощения, как лёгкая шутка, которая вскоре забудется. Если вы согласны сохранить всё в секрете, то вам следует явиться на пир в нашем доме. Когда все будут увлечены танцами и болтовнёй, незаметно покиньте зал, сверните налево, дойдите до винтовой лестницы и поднимитесь на второй этаж. Там идите по коридору, пока не увидите на стене гобелен с юной дамой, держащей в руках гирлянду из роз. Напротив будет дверь. Я не стану запирать её на ключ. Войдите и ждите. Возможно, ожидание затянется, поскольку я освобожусь лишь после отъезда гостей, но обещаю вознаградить вас за ваше терпение. Анжелика Б.»

Внизу имелась приписка: «Сожгите это письмо тотчас после прочтения, если вам дорога моя честь».

— Возьми это письмо, — Марк вернул его Матье, — и отправляйся на Дорогу роз. Покажи его виконту де Байе и спроси, совпадает ли оно с тем, что он нашёл на теле де Лапорта!

Молодой сыщик кивнул и умчался, однако, вскоре вернулся.

— Виконт де Байе был потрясён, когда я показал ему это письмо. Он сказал, что оно в точности такое, как-то, что он сжёг в своём камине!

— Вот и отлично, — холодно и немного азартно улыбнулся Марк. — Похоже, мы уже нашли убийцу. Что ж, дождёмся аптекаря Тибо и посмотрим, узнает ли он в де Ривере того молодого рыцаря, который заказал ему золотую краску. И если он его узнает, то можно считать, что ловушка захлопнулась, зверь загнан и нам останется только нанести победный удар ему в сердце.

Вскоре вернулся Гаспар с пожилым аптекарем, который был немного напуган интересом тайной полиции к его персоне. Он поклонился графу де Лорму и подтвердил, что незадолго до дня святого Коломбэйна получил заказ изготовить золотую краску. Он смешал её, передал склянку молодому рыцарю, получил плату