Криминальные истории - Эрл Гарднер

— И чей это был отпечаток? — спросил Мейсон.

— Госпожи Уоррен, — ответил Дрейк.

— Лорны Уоррен, — сказал задумчиво Мейсон. — Я должен был бы предполагать это!

— Как бы вы могли об этом знать? — осведомилась Делла Стрит.

— Вспомните странное поведение Уоррена и его необычные инструкции. Он сказал, что я должен защитить его жену от человека, который оставил отпечаток своего пальца, вне зависимости от того, кем является этот человек и какие будут при этом расходы. Затем он сделал все возможное, чтобы мы не могли поставить его в известность о результатах нашей работы.

— Вы считаете, что он платит нам деньги, чтобы защитить его жену от самое себя? — спросила Делла.

Мейсон кивнул и повернулся к Полу Дрейку:

— Пол, у вас достаточно отпечатков пальцев, чтобы сделать их классификацию?

— Да, есть отпечатки пальцев всех присутствовавших на ужине. Некоторые из них смазаны, но в большинстве случаев у нас 10 ясных отпечатков пальцев всех гостей.

— Включая и госпожу Уоррен?

— Я знаю, что есть отпечатки и ее пальцев.

— Хорошо, — сказал Мейсон. — Пусть один из ваших друзей полицейских свяжется с ФБР и выяснит, стоит ли она на криминальном учете.

— На криминальном учете! — воскликнул Дрейк. — Вы в своем уме!

— Я так думаю. Обычно не шантажируют человека, не имеющего криминального прошлого.

— Но ведь она принадлежит к сливкам общества, — протестовал Дрейк.

— Чем важнее добыча, тем больше палка, — ответил Мейсон.

— Сколько вы даете мне времени?

— Если вы поспите только пять часов, — заявил Мейсон, — до девяти часов утра успеете. В Вашингтоне будет в это время полдень.

— Это потребует слишком быстрых действий со стороны полиции и ФБР, — сказал Дрейк, — и мне придется не спать всю ночь, чтобы снять и классифицировать все отпечатки пальцев.

Мейсон указал на кофеварку.

— Делла позаботится о том, чтобы у вас было достаточно кофе для бодрствования, Пол. До того как я провожу ее домой.

Дрейк протянул свою чашку и, вздохнув, сказал:

— Пожалуйста, побольше сливок и сахара, Делла.

Глава V

На следующее утро в 11 часов 30 минут Пол Дрейк был в кабинете Мейсона.

— Здравствуйте, Пол, — приветствовал его Мейсон. — Поспали?

— И удивительно долго, — ответил Дрейк. — В 12 часов 30 минут ночи были сняты и классифицированы все отпечатки пальцев. Знакомый шеф полиции позвонил в ФБР, и мы уже имеем ответ.

— Ответ касается криминальных вопросов? — поинтересовался Мейсон.

— И да, и нет, — ответил Дрейк.

— Выкладывайте!

— В девичестве Лорна Уоррен носила фамилию Нили и работала секретарем у некоего Коллистера Деймона Гидеона.

— Где это было? — спросил Мейсон.

— В Нью-Йорке.

— Продолжайте.

— Гидеон — это очень сообразительный краснобай. Дважды попадал в конфликт с почтовым ведомством, но выходил сухим. На третий раз попался.

— В чем его обвиняли? — спросил Мейсон.

— В использовании почты для вымогательства денег. Но тут случилось что-то непонятное. Они привлекли к суду Гидеона и его секретаря Маргарет Лорну Нили. Их дело рассматривал федеральный суд. Мне не удалось выяснить подробности этого процесса, но я знаю главные пункты обвинения. Гидеона судили по семи пунктам. Лорну Нили оправдали.

— Вы знаете почему? — поинтересовался Мейсон.

— Почему обвинили Гидеона или почему оправдали Лорну Нили?

— И то, и другое.

— Они обвинили Гидеона, поскольку он неправильно вел себя на суде: давал уклончивые ответы, говорил слишком быстро и невнятно. Он допустил ошибку, что ввязался в тяжбу с фермерами. Обвинение выставило в качестве свидетелей этих с мозолистыми руками сынов земли, и их честное поведение контрастировало с болтовней Гидеона. И это не могло не оказать влияния на присяжных.

Что касается оправдания Лорны Нили, то это обычное дело. Свежее лицо, невинные манеры, молодая девушка в нейлоне. В то время Маргарет Нили было только 26 лет.

— Странно, что их привлекли к суду вместе, — заметил Мейсон.

— Потому что обвинение хотело обязательно осудить Лорну Нили.

— Почему? Разве обвинитель считал, что она замешана в криминальном деле?

— Я не думаю, что предъявленные улики свидетельствовали против нее. Главное — обвинитель хотел получить от нее 47 тысяч долларов.

На лице Мейсона появилось выражение крайнего удивления.

— Когда почтовые инспектора навалились на Гидеона, призвали на помощь власти, они обнаружили, что у Гидеона практически пустые карманы: ничего в сейфе, чистый счет. Однако ему каким-то образом удалось расплатиться с адвокатом заранее, и оставленные на счету 47 тысяч долларов загадочно бесследно исчезли.

— В банке остались записи? — спросил Мейсон.

— Конечно. Гидеон снял все деньги. Он заявил, что положил их в свой сейф, поскольку знал, что на следующий день к нему придут некоторые из его разгневанных кредиторов. Хотел расплатиться с ними наличными, чтобы не оставлять следов о заключенных сделках.

— И сейф, надо понимать, был взломан в течение ночи? — поинтересовался Мейсон. — И власти нигде не смогли обнаружить эти 47 тысяч долларов.

— Именно так. Появились подозрения о том, что Лорна Нили, возможно, знала, где находятся деньги. Возможно, бережет их для Коллистера Гидеона, с тем чтобы возместить ущерб, нанесённый правительственными службами его делу. Полиция, как и ФБР, очень хотела бы знать, где сейчас находится Лорна Нили и где я раздобыл отпечатки ее пальцев. На меня было оказано большое давление.

— Да, но вы ведь ничего не могли сказать, — заметил Мейсон.

— Но давление было очень сильным, — запротестовал Дрейк. — Они даже угрожали мне, заявляя, что я помогаю преступникам.

— Тут ничего нет криминального. Маргарет Лорна Нили была полностью оправдана. Она не имела никакого отношения к мошенничеству.

— Исчезла она просто классически, — сказал Дрейк. — Полиция считала, что сможет найти ее по номеру социального страхования или с помощью каких-то других средств, но Лорна Нили бесследно исчезла. Из того, что нам известно, складывается следующая картина. Вскоре после процесса она, очевидно, встретила Гораса Уоррена и, вероятно, уехала в Мехико. Уоррен в то время был борющимся за свое место молодым бизнесменом, полным честолюбивых амбиций. Он уже обладал значительным состоянием. Свой клад к тому времени он еще не обнаружил. Это произошло через два года, когда на одном из принадлежавших ему участков была открыта нефть. С тех пор он осуществил ряд прибыльных вложений.

— Вы сплетничали, Дрейк, — ухмыльнулся Мейсон.

— Нет, я только внимательно слушал.

— Не возникло ли у кого-либо подозрений, откуда вы взяли отпечатки пальцев Лорны Нили?

— Я не могу этого сказать. От меня они ничего не узнали. Но возможно, что я оставил следы.

— Каким образом?

— Оформив прокат того грузовика-лаборатории.

Мейсон задумался.

— Видите, Пол… Даже в этом случае власти хотят жить сами и другим дать возможность делать то же самое. Они отдали Маргарет Лорну Нили под суд, но она была оправдана. Что же еще они хотят?

— Они идут по следам Коллистера Гидеона.

— Но он же в их руках.

— Они получили пустой мешок, — сказал Дрейк. — Они считают, что, если бы Гидеон вернул 47 тысяч долларов, его можно было бы освободить под залог.

— Гидеон отказался, не так ли?

— Гидеон настаивает, что он не знает, где находятся деньги. Продолжает утверждать, что ночью сейф был взломан.

— Он считает, что кто-то из его служащих навел взломщиков на след?

— Нет, он категорически настаивает, что это сделал кто-то со стороны. Секрет замка сейфа был записан на нижней стороне одного из ящиков его стола. Полиция обнаружила, что ящик был выдвинут из стола, его содержимое разбросано по полу. Взломщики, очевидно, обнаружили код, открыли сейф и забрали деньги.

— Были ли другие следы вторжения в помещение?

— Как я понимаю, очень много. Дверной замок был вырван с корнем. Пропали двадцать долларов, которые Маргарет Нили держала в своем столе, деньги из копилки, что-то около 95 долларов. Забрали деньги даже из коробки с марками, десяти- и одноцентовые монеты, которыми служащие платили за марки для личной переписки.

— Итак, Гидеон отказался от сделки, отказался от возможности выйти из тюрьмы под залог.

— Он заявил, что не может это сделать. Сказал, что ему ничего не известно о деньгах.

— Как долго он находится в тюрьме? — спросил Мейсон.

— Гидеон был освобожден в пятницу на прошлой неделе, — ответил Дрейк.

Мейсон задумался:

— Я думаю, что власти не упускают его из поля своего зрения.

— Не знаю, — ответил Дрейк. — Что я хочу вам сказать. Очень трудно держать человека под наблюдением, если он знает, что это такое, и не хочет быть в таком положении. Рано или поздно он уйдет из-под наблюдения.