Русалочья заводь - Ольга Шерстобитова

Я забыла зеркало в шатре, — вывела я для Тира слова в воздухе.

— Ничего страшного. Я телепортирую Арана сюда. Поможешь? — спросил он Лира.

— Да. Только это нам ничем…

— Давай позовем Арана, — сказал Тир спокойно.

Дальше Лир и Аран, взявшись за руки, стали шептать заклинания призыва.

Аран возник посреди зала неожиданно с ложкой каши в руке.

— Привет, — сказал он просто, а потом кинулся ко мне, обнял, и я прижалась к нему крепко-крепко. — Я тоже по тебе соскучился, Ари. Что случилось? — спросил он, обмениваясь рукопожатием с Тиром и смотря на мрачного Лира.

Тир рассказал.

— Дайте-ка мне взглянуть на книгу, — сказал спокойно эльф.

Он вчитывался долго, оторвался от книги и улыбнулся мне, замершей и растерянной, стоящей в паре шагов от него.

— Ну, с первым условием проблем не будет, до полудня еще почти семь часов. Со вторым условием справится магия. Что мы пещеру с озером не сотворим что ли? — улыбнулся снова Аран. — Третье условие уже выполнено, я рядом с вами. А что касается четвертого, — Аран остановился и ухмыльнулся. — Тут не написано, что жизнь должен отдать человек, — заметил эльф.

— Ты хочешь сказать, что это может быть животное? — спросил Тир.

— Ага. Поймай-ка молодую лань в лесу. Самое то. Помнишь, как мы с тобой спасали от наводнения гномов?

Наводнение в горах?

— Там требовался огонь в воде, — вспомнил Тир.

— Верно, — отозвался Аран.

— И мы поставили для обряда свечу в тарелке с водой, — улыбнулся Тир.

Как хорошо, что ты тут, Аран, — написала я огненными буквами.

— Даринель и Силадерь волноваться не будут? — спросил Лир спокойно, обнимая меня за плечи.

Отошел. Ну, слава богам.

— Нет. Мы же мысленно можем общаться. Она знает, что я тут с вами, — сказал Аран.

— Надо действовать, — сказал Рил, молчавший до этого.

Мы вышли из храма, и, пройдя через лес, на очередной поляне стали колдовать. Я не знала этих заклинаний, и могла только отдавать силы. Арану или Лиру. Через два часа появилась большая пещера с подземным озером. Еще через два часа Тир сказал, что Рокот долетел до Эридейле, и у них все в порядке. За полчаса до начала обряда, два эльфа привели молодую лань.

Тир, Аран, Лир и я вошли в пещеру. Эльф начертил круг, взял в руки книгу.

— Готовы?

— Да, — ответил Лир.

— Ари, ты должна стоять внутри вместе с ланью, — сказал Аран.

Я отпустила руку Лира и переступила черту.

Аран тоже переступил черту и встал со мной рядом. Лир и Тир замерли за пределами круга.

Заклинания были певучими, длинными и убаюкивали. И меня не покидало тревожное ощущение. Не получится. Эта мысль возвращалась и возвращалась ко мне, упорно не желая уходить.

Через час, Аран, не отрываясь, создал второй круг, перевел туда лань, покорно последовавшую за ним, при этом, не отрываясь от чтения заклинаний. Третий круг Аран начертил ножом за десять минут да полудня. Встал туда сам и стал нараспев читать последнее заклинание, вливая свои силы.

Ничего не произошло.

До полудня осталось всего минут семь.

Аран повторил заклинание. Лань дернулась и…исчезла.

Я посмотрела на них всех. Покачала головой.

Голос не появился.

Лир встал в круг рядом с Араном, не зная, что делать.

А потом — я готова поклясться, нам с Араном пришла одна и та же мысль.

Добровольно отдать жизнь. Добровольно. А на такое способны только люди. Ну, или животные, защищающие детенышей, к примеру. Еще и любовь нужна.

Лир и Тир, ничего не подозревая, обсуждали, что делать дальше.

Аран прочитал заклинание еще раз, сунул в руки Лиру книгу, ничего не объясняя при этом, улыбнулся мне и шагнул в круг, где до этого стояла лань. Я вытаращила глаза, рванула к нему, но не успела. Оба круга, словно изнутри стали твердыми. Я билась руками, смотря, как по Арану бежит серая змейка. Он что-то мне говорил. Успокаивающее. Нежное. Но слов было не слышно. Лир тоже оказался заперт в круге, Тир обреченно стоял рядом. Аран отвернулся от меня, показал Лиру на книгу взглядом.

Нет. Аран, что ты творишь? Нельзя так, нет.

Не слышит. Голоса то у меня нет.

А Лир?

Нет.

Лир.

Нет. Не читай. Я согласна жить без голоса. Он мне не нужен. Ни такой ценой. Аран нужнее.

Нет.

Но Лир меня не слышал. Наша мысленная связь оборвалась, как только я оказалась в этом проклятом круге. А еще возникло четкое ощущение подставы. Обманул. Аран нас всех обманул. Он с самого начала знал, что будет, но умудрился убедить нас в обратном, и улучить момент. Улыбался. Смеялся. Говорил, что все будет хорошо.

Эльф постучал по основанию запястья, показывая, что время уходит. Осталось всего-то минуты три. Лир замер. Посмотрел на друга. Не на меня. Поднес к глазам книгу.

Нет. Я же ненавидеть тебя буду за это всегда. Нет. Лучше я умру. Лучше…

Заклинание получилось коротким. Или мне так показалось? Круг Арана залил свет, и серая змейка поползла от его ног, превращая Арана в камень.

— Нет, — крикнула я в отчаянии и кинулась к нему, разрушая защиту круга.

Глава четырнадцатая

— Нет, нет, нет! Аран! Вернись. Ты нужен мне. Ты нужен нам. Всем нам нужен. Аран нет! — слезы текли, не переставая, я колотила каменную статую друга и не могла остановиться.

Я рыдала долго, и никто меня не держал. Успокоилась только часа через два, когда рядом раздался голос Рокота.

— Черт возьми! Что тут произошло?

Я посмотрела на него и зацепилась взглядом за Лира, сидевшего напротив меня с безумными глазами, сжимавший голову обеими руками, с отчаяньем, которое невозможно было передать.

— Ненавижу тебя за это, — сказала я тихо. — Лучше бы я без голоса осталась, чем потеряла Арана. Не прощу тебе этого. Никогда не прошу.

Лицо Лира побелело. Рокот глянул на нас, перевел взгляд на Тира, и тот ему стал рассказывать, что произошло.

Дракон ругался. Долго. Сильно. Со вкусом.

В пещеру вошел Рил. Когда — никто не заметил и не запомнил, но, видимо, он либо услышал рассказ, либо догадался о чем-то.

— Он превратился в камень, сердце бьется, — сказал хранитель спокойно, подходя к статуе Арана. — Ариадна, я так понимаю, ты готова была умереть, но не отдать жизнь Арандиэля. Это его и спасло. Нужно искать способ расколдовать его, — добавил Рил.

А я ведь и вправду об этом подумала. Так было больно терять своего брата, хоть и названного. И вообще того, кто готов отдать за меня жизнь. Их ведь по пальцам пересчитать можно.

— Правда? — голос Рокота был удивленный.

Он подошел к статуе, прижался ухом к груди Арана, не обращая внимания на меня, сидящую и обнимающую каменные ноги.