Несносные дочери леди Элизабет - Юлия Арниева

точки на зелёном фоне. А в небе кружили морские птицы, чьи резкие крики доносились даже сюда, вдали от побережья.

– Я не думала, что мы так быстро управимся, – заметила Лорен, ловко направляя Грома по извилистой дороге. До поместья оставалось совсем немного, и конь, почуявший близость дома, прибавил шагу. – Обычно в городе можно провести целый день и не заметить.

– В этом есть свои преимущества, – ответила я, поправляя сползающую с плеча сумку. – Успеем вернуться до заката и ещё останется время на домашние дела.

– И на разбор трав, – мечтательно добавила Амели, поглаживая корзинку с приобретениями. – Я хочу сразу приготовить настойку из морского вереска. А ещё нужно разложить для просушки можжевельник…

– Эм… а что происходит? – прервала сестру Лорен, придерживая коня. Её рука инстинктивно легла на рукоять кинжала, всегда висевшего у неё на поясе. А глаза сузились, как у хищной птицы, высматривающей добычу. – Торговец обещал отправить всего одну телегу с нашими покупками, да и то к вечеру. А здесь целый обоз.

Действительно у поместья, было необычное оживление. Несколько телег, груженных мешками и ящиками, выстроились у ворот, а во дворе сновали незнакомые люди, разгружающие товары. Их громкие голоса и стук выгружаемых предметов разносились далеко вокруг, нарушая привычную тишину этих мест.

– И они слишком много всего привезли, – добавила я, озадаченно разглядывая внушительные ящики, которые выгружали дюжие молодцы с обветренными лицами и мозолистыми руками. – Наши покупки уместились бы в маленькую тележку, не больше…

Одна из телег была загружена какими-то деревянными конструкциями, обёрнутыми в мешковину, другая – ящиками разных размеров, аккуратно перевязанными верёвками. Третья содержала нечто, тщательно упакованное в солому, причём обращались с этим грузом особенно осторожно, словно он был чрезвычайно хрупким.

Мы переглянулись и, поторопив лошадей, въехали во двор. Посреди него, руководя разгрузкой, стоял Говард, отдававший чёткие команды, куда и что нести. Его голос звучал уверенно и властно, а рабочие безоговорочно подчинялись, признавая в нём человека военной выправки. Увидев нас, он приветственно махнул рукой, прерывая указания.

– Госпожа! Вы вернулись раньше, чем мы ожидали! – воскликнул капитан, направляясь к нам. На его лице играла лёгкая улыбка – редкое явление для обычно сурового воина. – У нас тут, как видите, неожиданная поставка.

– Что это за товары? – спросила я спешиваясь. – Мы не заказывали столько.

– Различные колбы, перегонные аппараты, ступки, весы… – начал перечислять Говард, жестом указывая на аккуратные деревянные ящики с медными замками, которые бережно вносили в дом. Их полированные поверхности сверкали в лучах солнца, выдавая дорогую работу. – Целая лаборатория для изучения трав.

Он подвел меня к одному из открытых ящиков, и я увидела изумительный набор стеклянных колб разных форм и размеров, от крошечных пузырьков величиной с наперсток до внушительных сосудов с длинными, изогнутыми горлышками. Стекло было не обычным, а особым, невероятно прозрачным, с легким голубоватым отливом, какое производят только лучшие мастера из Альмарской гильдии. Каждый сосуд был продуман до мелочей: идеально притертые стеклянные пробки с серебряными накладками, тончайшие градуировочные линии, выгравированные на боках, и даже крошечные символы, указывающие на назначение каждой колбы.

В другом ящике, выстланном темно-синим бархатом, покоилась коллекция перегонных аппаратов разной сложности. От простых алембиков с медными охлаждающими змеевиками до сложнейших конструкций с несколькими камерами, серебряными фильтрами и кранами из слоновой кости для регулирования потока. Некоторые части были украшены тонкой гравировкой с изображениями лечебных растений и формулами дистилляции, известными только опытным алхимикам.

– Всё это очень дорого и… – недоговорила я, внезапно Амели, стоявшая рядом со мной, судорожно вздохнула и покраснела до корней волос. Проследив за её взглядом, я увидела молодого человека, выходящего из дверей поместья. Он был одет в простую, но добротную одежду, и что-то активно обсуждал с одним из грузчиков. Но самой примечательной деталью его внешности была частично лысая голова, отливавшая в солнечных лучах ярко-зелёным цветом, словно покрытая изумрудным мхом.

Увидев наше прибытие, молодой человек на мгновение замер, но его лицо вскоре озарилось улыбкой, когда он заметил Амели. И он тут же устремился к нам, не обращая внимания на откровенные взгляды и еле сдерживаемые смешки рабочих, явно озадаченных его необычной внешностью.

– Лейна Амели! – воскликнул он, подходя ближе. Его глаза, удивительно ясные и полные восхищения, смотрели только на мою младшую дочь, словно во дворе больше никого не существовало. – Какая радость снова видеть вас! Я… я пришёл поблагодарить вас за вашу доброту и мастерство целителя.

– Рейнар, – выдохнула Амели, и её щёки стали ещё более пунцовыми. – Я не ожидала увидеть вас так скоро. И… – она неуверенно указала на его зелёную голову, – я вижу, вы не смогли найти средство от…

– О, – молодой человек смущённо провёл рукой по лысине, – я и не искал. Решил, что это достойное напоминание о моём… непростительном поведении. И о вашем мастерстве, конечно. – Он указал на телеги. – Я привёз всё, что может понадобиться для исследования трав. Вы говорили, что все ваше оборудование пришлось оставить в Лавении.

– Хм… думаю, нам стоит продолжить этот разговор внутри, – произнесла я, переводя взгляд с Амели на молодого человека и обратно. – И заодно выяснить, с чего вдруг такая щедрость и внимание к травам, которыми увлекается моя дочь.

Глава 25

Внутри поместья царил дух упорядоченного хаоса. Рабочие сновали из комнаты в комнату, расставляя ящики и распаковывая оборудование, а Тина и Рут пытались направлять их действия, чтобы ценные вещи не оказались в неподходящих местах. Заметив наше появление в дверях, обе служанки одновременно облегчённо вздохнули.

– Хвала богам, вы вернулись, госпожа, – проговорила Тина, быстро приближаясь к нам и понижая голос до драматического шёпота. – Тут такое творится, что ума не приложу. Сперва привезли все эти штуковины, – она махнула рукой в сторону очередного стеклянного прибора, который двое мужчин осторожно несли по холлу, – а ещё этот молодой лейр с зелёной макушкой…

– Всё в порядке, Тина. Пусть заносят, – проговорила я успокаивающим тоном. Затем, тут же обращаясь к Рейнару, чья зеленая макушка выделялась среди снующих работников, добавила: – Давайте пройдём на кухню. Там будет удобнее поговорить.

Кухня оказалась единственным местом, где сохранялся относительный порядок. Однако и здесь было заметно некоторое смятение: на дубовом столе, стояли несколько незнакомых глиняных кувшинов с затейливой росписью, а в углу появился новый сундук из темного дерева, окованный медными полосами.

– Лейны, как хорошо, что вы вернулись, – воскликнула Дори, поспешно снимая с огня котелок с кипящим отваром. – Я уж не знала, что делать со всем этим.

– Пока ничего, позже разберемся, – успокоила я старую служанку, взмахом руки,