Маг для бастарда - Вера Чиркова

Оно создано для особых случаев, это заклинание, когда человеку не хватает своей силы воли или собственной убежденности в очевидности фактов чтобы совершить какой- то поступок. Его кастуют, когда идут по узкой тропе, где нельзя заколебаться даже на миг, или когда нужно пойти признаться учителю, что случайно разбил его шар.

Я сосредоточился, представил знакомую зеленую вязь заклинания, мысленно сдвинул на затылок шапочку и положил на темя это плетение. Все, теперь нужно немного подождать. Как там говорит Ках? Хотя бы цвет кожи? Нет, черты лица я тоже хотел бы вернуть, хотя бы приблизительно, а вот прежняя длина волос мне не нужна, зато родной цвет как- то приятнее. Мне теперь понятно, почему они стали темными и жесткими, у самцов бронзовых песчаных дракончиков проходит по затылку почти черная полоска, но не волос, а острых шипов. А мои волосы скорее всего защитила шапочка… или тот простой факт, что шипы вставляют в наконечники стрел, но никак не в мантии.

Кстати, нужно вернуть и нормальный вид ногтям, постоянно тратить магию на иллюзию не самый лучший вариант.

— Уже хорошо, — похвалил с берега голос оборотня, и я в недоумении оглянулся, это он про что говорит?

Поймал одобрительную улыбку, приподнял в недоумении бровь и перевел взгляд на руки. А затем и на собственное тело.

Святая, пентаграмма, неужели получилось? Я внимательно изучал собственную кожу, никаких ячеек. Правда, цвет стал немного смуглее моего прежнего, но это такая мелочь. К тому же летом я всегда загорал еще сильнее. Дома, на плато магов, где не нужно все время ходить в мантии, а на тренировки учитель обычно выводил нас, меня и младшего ученика, в одних коротких бриджах. Я уныло вздохнул, вспомнив то золотое время, и сквозь светлую кожу мигом проступил драконий рисунок. Э! Ну вот этого не нужно! Боевая ипостась должна проявляться лишь в особых ситуациях и только по разрешению. Значит, нужно тренироваться и закреплять достигнутый эффект.

И я тренировался до тех пор, пока к берегу не притопал мрачный Ганик.

— Там Мэлин спрашивает, долго еще вы будете тут отмокать, — дерзко буркнул парнишка, решивший, что раз я его отдаю, то он может разговаривать со мной, как вздумается.

— Уже выхожу, — сообщил я весело, сейчас ничто не могло омрачить мою радость.

Но едва шагнув на берег, захватил наглеца воздушной петлей и отправил на свое место.

— Твоя очередь купаться.

— А вещи? У меня же нету… — он едва не заплакал от обиды.

— Ганик, — серьезно сообщил я парнишке, одеваясь, — я же сказал, что поделюсь с тобой своими. Сейчас выдам.

Посмотрел на несчастного слугу, сообразил что у него размокли в карманах какие- то сухари и тайком усмехнулся, а я предупреждал!

Но свой мешок распотрошил немедля, едва подошел к костру, выбрал те вещи что больше подходят для путешествия и погоды, и выдал сверток молодому оборотню, лежавшему неподалеку от костра с самым блаженным видом.

— Отнеси Ганику, и скажи, что сапоги я высушу.

Бастарда проводила парня хмурым взглядом, и поставила перед нами полную миску жареной рыбы. Не знаю, откуда она ее взяла, у нас такой посуды не было точно, но рыба была очень вкусной. Я вспомнил бульон, жареное мясо, ловкость, с которой принцесса управлялась с костром и нахмурился. Мне давно понятно, что ее прежняя жизнь проходила вовсе не в зажиточном доме. Непонятно другое, почему она так упорно изводила воспитателей и гувернантку? Ведь может же быть вполне нормальным в общении человеком?

— Ганик сказал, ты хочешь его оставить в Черуне? — тоном прокурора заявил этот самый нормальный человек, и я едва не подавился от неожиданности и возмущения.

Вот зачем она лезет в самое больное место сапогом?

— Ты сама знаешь, что нас кто- то преследует, — как ни хотел я говорить этих слов, а пришлось, — а я обещал его матери, что буду за ним следить.

И почти не солгал ей, я действительно обещал матери паршивца следить за ним и прибить собственными руками, если разобьет что- нибудь ценное.

— Я не про это… — внезапно она отвернулась, — у меня есть в Черуне знакомая… она бы взяла на время.

— Я буду за него платить, — подтвердил я, успокаиваясь, возможно и правда у ведьмы Ганику будет лучше.

А кем еще может оказаться знакомая Мэлин?!

Глава 15

В путь мы выдвинулись, едва утешившийся моими штанами и рубашкой Ганик натянул просушенные горячим ветром сапоги и влез на коня позади меня. Его собственную лошадь мы отдали оборотням, перегрузив с нее багаж на коня Мэлин.

Я на всякий случай привязал мальчишку воздушной петлей, отметив странную деталь, воздушные заклинания получались у меня все легче и брали очень мало резерва. Хотя с резервом происходило что- то и вовсе непонятное, но старый оборотень не мог мне ничего объяснить по этому поводу. Оборотнями обычно становились только самые слабые из имеющих магический дар, получавшие вместе с коконом и дополнительные возможности. Хотя и теряя при этом доверие простых людей, слухи и легенды всегда были на этих землях сильнее здравого смысла.

Обнаружив, что привязан, Ганик некоторое время веселился, испытывая воздушные путы на прочность, и раньше я обязательно отпустил бы его разочек, чтоб не шутил с магией. Но теперь чувствовал себя едва ли не предателем, и потому терпел все выходки малолетнего шалопая. А потом он и сам угомонился и как- то неожиданно уснул, и мне пришлось подмотать воздушных потоков, чтоб у него не болтались руки и не стукалась о мою спину голова.

Через пару часов я искренне порадовался, что Ганик спит, и даже немного укрепил его сон. Волчьи тропы были очень далеки от того, что вообще называется тропами. Мне пришлось забросить тренировки по удержанию своего облика и вплотную заняться дорогой. Бдительно следить за каждым шагом лошадей и прощупывать поисковичками каждый подозрительный камень.

Хотя Аган, молодой помощник Каха, к этому времени слез с лошади и бежал в облике оборотня впереди, старательно обводя отряд мимо всех сомнительных мест.

Вот и возле глубокой расщелины он вдруг резко свернул в сторону, хотя мой поисковик обнаружил на той стороне продолжение тропы.

— Привал, — скомандовал я и остановил коня.

— Маглор Иридос, — хитрый оборотень при моих подопечных разговаривал очень почтительно, — потерпите еще полчаса. Сейчас обойдем эту расщелину, и там будет более удобное место.

— Ках, я потому и приказал остановиться, что хочу прояснить некоторые вопросы. Мне кажется, или вы и в действительности сами принимаете решения, сможем ли мы проехать в том или ином месте, не считая нужным посоветоваться со мной?