Путешествие в Англию и Шотландию задом наперед - Жюль Верн

Покидая мир архитектурных чудес и абсурдностей, посетители вынуждены были отбиваться от толпы нищих, продающих описания и изображения различных памятников. Туристы с трудом от них отделались, но Жак не удержался и дал несколько пенсов несчастным подметальщикам, очищающим дорогу перед идущими господами. Нищенство в Англии очень изобретательно. Это и профессия, и своего рода коммерция.

Спустившись по улице Парламента, можно оказаться перед Уайтхоллом, дворцом с мрачным прошлым, полностью перестроенным со времени казни Карла I. Это здание, украшенное ионическими колоннами, не относится к разряду высших архитектурных ценностей, скорее оно занимает среднее положение.

— Не будем отвлекаться на обсуждение знаменитого окна, под которым был воздвигнут эшафот для несчастного короля. У нас нет времени, да это и не так уж интересно.

— Я только что собирался попросить тебя об этом же, — отозвался Жонатан, который, казалось, уже был утомлен навязанной ему экскурсией. — Где мы?

— На Черинг-Кросс, где раньше происходили коронации королей Англии. А вот Трафальгарская площадь. На моем плане здесь указана Национальная галерея[241]. Думаю, это музей. Скверная постройка — большего я не могу сказать из вежливости. А теперь, дорогой Жонатан, взгляни на эту дорическую колонну со статуей Нельсона на капители[242]. Обрати внимание, что великий моряк как бы разделен на две части пересекающим его громоотводом. Вот она, английская справедливость. Адмиралу ставят памятник за победы при Абукире и Трафальгаре и в то же время сажают его на кол за частные преступления. Ну что же, оставим площадь, столь же гористую, сколь малопримечательную, и отправимся к парку Сент-Джеймс. Мои глаза должны отдохнуть на какой-нибудь зелени. Заглянем мимоходом на Пэлл-Мэлл и его клубы.

Английские клубы — это настоящие дворцы, и ни в одной стране мира не найти им подобных, возведенных с таким вкусом и тщанием. В Лондоне их множество, и расположенные на Пэлл-Мэлл Юнайтед-Сервис-клуб, Консерватив-клуб-хаус, Этенеум-клуб просто великолепны. Стоит ли удивляться такому скоплению памятников в одном городе? Девяносто одна корпорация, такие как галантерейщики, суконщики, торговцы рыбой, ювелиры, скорняки, кабатчики и другие, имеет свой собственный Дом. К этим предназначенным для собраний зданиям, и без того очень монументальным, присоединяются и благотворительные дома для неимущих, принадлежащих к тому же кругу. Кроме того, насчитывается по меньшей мере сорок ученых обществ всевозможных наименований, и каждое со своим собственным помещением, с колоннами и антаблементом. Клубы столь же многочисленны, сколь и общества. Все выставляется напоказ, удобно устраивается, дает пищу воображению английских архитекторов и приумножает английские памятники.

— Давай, — предложил Жак, — посмотрим место, где проходят парады конных гвардейцев. Туда ведет лестница площади Ватерлоо. Обрати внимание, Жонатан, на колонну герцога Йоркского. Ты можешь подняться на нее за шесть пенсов, а если бы тебе не было полных трех лет, так и вовсе бесплатно.

— Но на кой черт мне понадобилось бы лезть туда в два с половиной года?

— Понятия не имею. Таково правило. Это напоминает мне объявление в нантском омнибусе: «Дети до трех лет, путешествующие одни, имеют право бесплатного проезда, при условии, что они сидят на коленях у взрослых». Вот что можно прочитать в департаменте Нижняя Луара.

Глава XLI

БУКИНГЕМСКИЙ ДВОРЕЦ, ГАЙД-ПАРК, ПИКАДИЛЛИ, СТРЭНД

Площадь перед дворцом Конной гвардии — место для развода и парадов кавалерийских гвардейских полков. Каждое утро там можно услышать музыку, обычно звучащую в парижских кабачках. Но сейчас было уже поздно, маневры закончились, и Жонатану не удалось насладиться вариациями какой-нибудь темы из «Трубадура» в английском духе.

Парк Сент-Джеймс предлагает гуляющим солнечные лужайки и красивые тенистые уголки. Его пересекает небольшой ручей, протекая под тяжелым подвесным мостом. В одном конце парка расположен Букингемский дворец[243], резиденция королевы Виктории, в другом — дворец Сент-Джеймс. Последний, представляющий мало интереса для историка и археолога, служит для церемоний, приемов и придворных праздников. Здание очень красиво, особенно та часть его, которая выходит в закрытые сады. Однако снаружи туристам трудно судить о красоте орнаментов. Парк Сент-Джеймс переходит в Грин-парк, и лужайки сменяются лугами, а газоны — пастбищами. Множество барашков, гуляющих здесь и мирно щиплющих городскую траву, придают окрестностям буколический вид. Лондонские мясники арендуют здешние земли для выпаса своих огромных стад.

Как правило, за всеми этими парками, раскинувшимися в самом центре огромного индустриального города, создающими ощущение свежести, умиротворения, ухаживают весьма посредственно. Напротив, каждый волен свободно гулять по газонам, ничем и никак не огороженным.

В конце Сент-Джеймса виден монументальный вход в Гайд-парк, перед ним — Триумфальная арка.

— Жонатан, посмотри хорошенько на конную статую на площадке арки. По безвкусице и уродству она превосходит все, что только можно вообразить. Я бы сказал, что она перешла все границы хорошего тона. Лошадь под всадником явно пьяна, ей немалого труда стоит нести на спине герцога Веллингтонского[244], владельца вон того особняка. Престарелый герой имел возможность любоваться собой из окон столовой, и он поистине незаурядная личность, если это зрелище не портило ему аппетит. Но так как английский кумир должен был видеть себя и из спальни, лондонские дамы установили со стороны Гайд-парка изображение полководца в виде гигантского Ахилла. Зачем надо было выбирать этого крикуна и баламута древности, храбрость которого не может быть поставлена ему в заслугу, не знаю. Причем Веллингтон — совсем голый, и от этой наготы в дрожь бросает. Кроме того, статуи, бюсты и портреты герцога наводнили Британские острова. Положительно, англичане здесь явно злоупотребляют, так же как в свое время они злоупотребляли Ватерлоо!

Гайд-парк — огромный зеленый массив с широкими аллеями, бесконечными газонами, гигантскими деревьями, большой рекой и великолепным каменным мостом. Это своего рода клуб лондонского света. Сюда стекается великое множество карет, и это при том, что респектабельные экипажи этот район не посещают. Зачастую на козлах здесь сидят члены клуба «Четверка в руках», мнящие себя первыми кучерами в мире. В разгар сезона, когда из-за летней жары вся провинциальная аристократия устремляется в город, толпы буржуа, совершающих конные и пешие прогулки, представляют собой весьма любопытное зрелище. Целые семейства — отец, мать, юные девушки и молодые люди — гарцуют на дорогих лошадях; старые лорды приезжают сюда выгуливать свою ежедневную скуку, перед тем как перенести ее в верхнюю палату, где она благополучно усыпляет сих почтенных государственных мужей. Судебный исполнитель будит досточтимых пэров[245] в момент голосования. В Гайд-парке можно встретить очаровательных англичанок, кстати, женщин тут больше, чем мужчин. Впрочем, это характерно для Британских островов, и в ближайшем будущем Англия столкнется с серьезной проблемой.